С ветром на ты

читать 7 мин.

12 ноября в Московском планетарии состоялась премьера документального спектакля «Моменты моря. С ветром на ты»

Большие парусники – это символ свободы и силы. 
И лишиться их в одночасье… 
Не стоит человечеству этого делать. 

Все началось в июле этого года. Даниэлла Окуджава – на тот момент еще будущий автор пьесы – приехала из очередной экспедиции на «Крузенштерне» и поделилась своей идеей: необходимо поставить спектакль. Стали думать. Где играть? Как оформить? Кого позвать? Единогласно было решено одно: если делать, то прыгать выше головы. Набравшись смелости, позвонили Народному артисту России Сергею Гармашу. На наше счастье, он очень заинтересовался предложением принять участие в спектакле про моряков, но после первой же встречи поставил условие: это будет моноспектакль.

Пришел сентябрь, Даниэлла уехала в экспедицию за материалом, взяв с собой талантливого видеооператора, амбассадора Sony Александра Доринова. Вернулись они с историями от восьми членов экипажа парусника. Казалось бы, можно уже подвести к спектаклю, но… Когда Сергей Гармаш услышал, как Даниэлла вживую читает монологи моряков, он сказал: «Ты будешь читать со мной, и никак иначе». И закрутилось. Зародившаяся в июне идея доросла до глубокой документальной пьесы, состоящей из откровений моряков – людей, которые знают о жизни то, чего не знаем мы: о паруснике, любви, море, настоящем человеке.

И вот, 12 ноября в Московском планетарии состоялась долгожданная премьера спектакля «Моменты моря. С ветром на ты». В зале собралось более 350 человек, включая представителей СМИ, гостей и сам экипаж «Крузенштерна», которые приехали в Москву ради этого события.

В 20:10 в зале наступает тишина – все готово к началу. В 20:15 под громкие аплодисменты в зал заходят члены экипажа «Крузенштерна»: капитан Михаил Еремченко, помощник капитана по учебной работе Сергей Усанков, старший помощник капитана Павел Старостин, капитан-наставник Михаил Новиков, парусный мастер Игорь Майоров и боцман второго грота Александр Лесников. Все занимают свои места, свет гаснет, и на куполе Планетария мы видим первые кадры «Крузенштерна».

- Страх я ощутил в первую кругосветку. Настоящий. Животный. Мы шли весной через Тихий океан – от Гавайев до Токио. Ураган – 12 баллов. Скорость ветра до 40 метров в секунду. У меня под ложечкой все сжалось. Накаты были большие. Волна доходила как минимум до грота-реи. Корма полностью под воду уходила, не говоря уж про бушприт, – он нырял и разрезал волны…

Первое откровение – боцмана первого грота Владислава Коновалова – начинает читать Сергей Гармаш. На экране за артистами мы видим кадры шторма, и оркестр начинает играть.

- Я иногда думаю, что «Крузенштерн», уходящий под всеми парусами, – это самое красивое, что есть в мире. Я хочу, чтобы им гордились. Не только в Калининграде – везде. Я не знаю, как, но мы должны это сделать. Потому что большие парусники – это символ свободы и силы. И лишиться их в одночасье… Не стоит человечеству этого делать.

Этими словами завершает первый монолог Даниэлла Окуджава. К слову, для каждого монолога оркестр – струнный квартет, два гитариста и пианист – подготовил собственное музыкальное сопровождение. Композиторы Никита Резник и Павел Куприянов писали музыку специально к спектаклю.

Второй монолог – капитана Михаила Еремченко – читает Сергей Гармаш:

- На корабле до сих пор живет любовь друг к другу. Это тяжело описать, но так бывает только у моряков. Казалось бы, у людей в замкнутом пространстве должна копиться злость, раздражение, но нет. Я стараюсь, чтобы все друг к другу относились с какой-то теплотой, чтобы не было нервотрепки. Чтобы всем было комфортно, хоть немного похоже на то, как… дома? 

Третий монолог – старшего боцмана Михаила Привалова – артисты читают вдвоем. Михаил Привалов, к сожалению, не смог приехать в Москву на спектакль, но он все равно в зале: мы видим его на экране в окружении курсантов и других членов экипажа.

- Это счастье – быть на его борту. Счастье, что я приношу пользу, работая здесь. Я надеюсь, начальство это ценит. Это тоже счастье. Счастье, что дома все хорошо, что есть дом, что есть, куда вернуться. Но для меня давно счастье – вопрос противоречивый, потому что единственный сын (царство ему небесное), к сожалению, уже не с нами. Просто никогда не нужно думать о том, что счастье впереди. Может быть, оно уже давно было. А ты не заметил… Вот так случается, к сожалению.

Сергей Усанков – помощник капитана по учебной работе – руководит курсантами на борту парусника. Его цель – стараться прививать ребятам уважение к морю:

- Мне нравится работать с курсантами. Ребята правда сейчас не то, что были. Послабее физически. Не хочу брюзжать по-стариковски, но такое есть. Я, может, тоже разгильдяем был. Двойки получал. Может, и меня назвали дураком в свое время, но я этого не слышал…  Какие-то вялые они стали, что ли. Раньше после отбоя постоянно приходилось по ночам ходить по кораблю, выискивать их. Кого-то из женского кубрика вытащишь, кто-то на склад залезет. А сейчас? За весь прошлый год ни одного приказа о наказании не подписал – не за что. Рявкнешь, тявкнешь, погоняешь их чуть-чуть. А так, чтобы действительно наказать – было бы за что…Но главное, что ребята тут учатся уважению к морю. Не любить его, а именно уважать. 

Текст старшего помощника капитана – Павла Старостина – от начала и до конца читает Даниэлла Окуджава. Павел Старостин – самый юный член экипажа на паруснике. Но уже старший помощник:

- Море мне привили. Как только саженец пошел вверх, сразу и привили. Все свершилось само собой. И ничто не заставит меня оставить море. Это уже береговая болезнь, понимаешь? Нас тошнит, когда не качает. Я думаю, что если бы все сложилось по-другому, я бы все равно нашел путь в море.

Завершается монолог словами: «Эта та любовь, которая не может умереть, потому что заложена в тебе генетически. И ты не в праве выбирать. Она всегда будет с тобой и от этого не избавиться».

Михаил Новиков уже не ходит на «Крузенштерне». Он – капитан-наставник и руководит судами с берега. Но любит «Крузенштерн» он ничуть не меньше тех, кто до сих пор из года в год трудится на его борту. Может, даже наоборот, чуть сильнее:

- Пока «Крузенштерн» будут любить, пока им будут гордиться, он будет ходить по морям. Он питается какой-то особенной людской энергией. А если бы ее не было, то тут бы сломалось, то там – и давайте-ка к причалу. Как со многими парусниками и произошло. И капитан тут должен быть особенным, чтобы заставить это все крутиться. Это самое трудное. Чтобы капитан воспринимал его как свою собственную жизнь. Куда он, туда и ты. А с какого-то момента – куда ты – туда и он. И так вот вместе живем, дышим, побеждаем…

Игорь Майоров – парусный мастер – не знает, как становятся парусными мастерами. Когда-то давным-давно его просто поставили перед фактом: мол, парусный мастер не прошел медкомиссию, и будешь ты, Игорь Майоров, за него. Каковы шансы, что человек окажется на своем месте благодаря случаю, но при этом будет любить свое дело также сильно, как любит его Игорь Майоров?

- Я здесь больше пользы принесу. Да и регаты – это же очень красиво. Судно под всеми парусами идет – с ума сойти можно. Главное, чтобы только погода хорошая была.. А то вдруг что опять порвется.

Последний текст – Александра Лесникова – начинается со слов: «Как говорится, зачат я был в Тбилиси». Кажется, эта фраза в Клубе стала уже почти крылатой.

- Тот, кто один раз побывал в море, загорается им. А если на паруснике, то это, конечно, притягивает вдвойне. Но мне не нравится, когда новые приходят и относятся к паруснику как будто они тут три месяца свои как срок отбывают. Я из старых, и не любим мы таких людей. В море нельзя быть просто человеком сбоку. Нужно быть командой. Здесь это очень важно. Если ты хороший, нормальный человек, с друзьями, с товарищами, в команде работаешь, то у тебя это аккумулируется. Становишься еще лучше. Если ты – дерьмо, оно тоже аккумулируется. Но главное, что должно быть в моряке – это преданность. Морю, дому, родине. В море человека видно сразу. А если ты просто человечек, не моряк и не человек, море отсеет тебя моментально.

В завершении звучат слова:

- Потому море – оно не для всех. Не каждый выдержит. Я себя хорошо чувствую в море. И я рад, что я жив, а не как многие на берегу. И я очень люблю это судно. Капитаны меняются, уходят и приходят, боцмана приходят и уходят. Но ту любовь, которая зародилась у нас с «Крузенштерном», мы передаем другим, затем они передают дальше. Иногда говоришь и мурашки пробегают. Неумирающий дух этого судна. Оно как легенда. Не просто железо с парусами. Оно все в какой-то ауре любви.

Свет гаснет, оркестр играет финальную композицию, Даниэлла Окуджава и Сергей Гармаш вызывают на сцену членов экипажа. Зал встает и аплодирует. По всем четырем сторонам Большого Звездного зала мы видим «Крузенштерн» под всеми парусами –  это видео снимал с дрона фотограф Кирилл Умрихин.

- Вы знаете, мы очень часто слышим это слово, и уверен, относимся к нему по-разному. И я лично отношусь по-разному хорошо, но не всегда тот контекст, в котором я слышу это слово мне нравится. Я говорю о патриотизме. И вот, перед вами стоит живое воплощение патриотизма к жизни, к семье, к морю, к своему делу, к любви. Вот они, настоящие герои. Это зерно и соль нашей страны. Спасибо вам большое и низкий вам поклон, – обращается к экипажу и зрителям Сергей Гармаш

Под троекратное (два коротких, одно длинное) «Ура», посвященное легендарному экипажу легендарного «Крузенштерна», спектакль заканчивается и зажигается свет.

Разве можно придумать морякам подарок лучше?

Поделитесь с друзьями:

Ближайшие путешествия

На нашем сайте мы используем cookies и собираем метаданные.