ТОП 5 фильмов о смотрителях маяков

Атлантида

После длительного плавания молодой метеоролог Френд прибывает на затерянный в океане остров принять годичную вахту на метеостанции. На острове оказывается лишь суровый и немногословный смотритель маяка Грюнер. Френд довольно быстро понимает, что Грюнер что-то скрывает, старый метеоролог попал в какую-то передрягу, а остров кажется необитаемым только на первый взгляд.

Исчезновение

Смотрители маяка Джеймс, Томас и Дональд были немногословными, крепкими и неприхотливыми ребятами. В один прекрасный день они нашли на острове ящик золота, немного подумали и решили его поделить. Они забыли известную истину у золота всегда найдется хозяин, и это редко бывают тихие и застенчивые люди.

Свет в океане

Вернувшийся с войны смотритель маяка Том встречает трепетную девушку по имени Изабель. Зародившаяся между ними любовь полностью преображает Изабель и возвращает опустошенному Тому веру в жизнь. Молодожены поселяются на уединенном острове, к берегу которого однажды пристает лодка с новорожденной девочкой. Супруги решают воспитать младенца как родную дочь, не представляя, насколько разрушительными будут последствия этого выбора.

Маяк (2019)

1890‑е годы, где-то неподалёку от побережья Новой Англии. Молодой человек Эфраим Уинслоу приезжает на отдалённый остров работать помощником смотрителя маяка Томаса Уэйка. Тот обращается с подчиненным как с личным рабом. Запрещает ему подниматься на сам маяк и управлять светом. Эфраима не отпускает собственное прошлое, так парень-трезвенник всё чаще прикладывается к бутылке, и вскоре на каменистом острове — то ли ему мерещится, то ли в самом деле — начинает происходить всякая чертовщина.

Маяк (2016)

Томас Гриффит и Фома Хоуэлл, отправившись на месячную вахту на маяк острова Смоллс, не знали, что из-за страшной бури они окажутся отрезаны от всего мира на несколько недель, в течение которых их самым страшным врагом будет не голод и непогода, а они сами. Фильм снят по мотивам реальных событий.

Конейнеровоз Beluga — самое большое в мире коммерческое судно с парусной тягой

Парус отлично работает в условиях сильных ветров — до 8 баллов по шкале Бофорта. Но и при относительно слабых трехбалльных бризах он способен тянуть тяжелый контейнеровоз. Гигантским парусом управляет бортовой компьютер.

В 2013 году Beluga отправилась в первый трансатлантический переход. Его итоги показали, что благодаря системе SkySails, судовладелец сэкономил примерно 10–12% дизельного топлива — это 15–20 тысяч долларов. И значительно снизил выбросы углекислого газа в атмосферу.

James Craig — парусник с другого конца земли

Его 146-летняя (!) история началась 18 февраля 1874 года в английском городе Сандерленд на верфи Бертрама, Хэсвила и Компании (Bartram, Haswel & Co). Барк спустили на воду под гордым именем «Clan Macleod» — клан МакЛауда. Это был классический винджаммер-«выжиматель ветра». Он сочетал высшие технологические достижения парусного кораблестроения и великолепный дизайн.

Через месяц после судового испытания капитан Уильям Александер вывел барк в первый коммерческий рейс. На борту кроме жены капитана был экипаж из 16 человек. Барк зашел на стоянку в Рио де Жанейро, успешно обогнул мыс Горн и доставил груз угля в Перу. В этом рейсе у капитана родился сын.

Позже парусник ушел в Тасманию, а Южный океан стал его постоянным пристанищем — новый хозяин в 1883 году поставил барк на линию Нью-Йорк — Окленд. Крепкий барк 26 лет возил грузы между портами Нового Света, Азии и Европы. За это время парусник 23 раза обогнул мыс Горн! Почти каждое плавание — кругосветка, жестокие шторма и суровые айсберги.

В 1900 году новым хозяином барка стал судовладелец из Окленда Джеймс Крейг. Он дал паруснику свое имя. Шли годы, корабль старел — в 1911 владелец удалил с него мачты и сделал грузовую баржу.

Лишь Первая мировая война вернула барку частицу былой славы. Старую баржу перегнали в Сидней, подлатали и провели тимберовку — установили новые мачты. Послевоенная экономика остро нуждалась в торговых судах при минимальных вложениях. И о капитальном ремонте судна никто не думал. Его гоняли на износ. Однажды во время шторма в Бассовом проливе открылась течь и вода начала поступать с такой скоростью, что экипаж после мучительных 48 часов попыток откачать воду помпами и просто корзинами, покинул судно.

В 1925 году судовладелец снова переделал парусник в угольную баржу. Служба углевоза оказалась недолгой — в 1932 году во время сильного шторма баржу сорвало с якорей и выбросило на отмель тасманийского залива Речёрч Бэй. В корпусе образовались огромные пробоины и James Craig прочно сел на грунт. Где и остался на целых 40 лет.

Остается загадкой, как прибой не размолотил за это время корпус старого парусника. Может, барк ждал своего возрождения? Если так, то он получил его — в 1973 году группа австралийских энтузиастов занялась восстановлением парусника. Реставрационные работы шли вплоть до 1997 года, на них потратили 30 миллионов долларов.

В 2001 году, поставив 21 парус, James Craig снова вышел в море после восьмидесятилетнего перерыва.

Теперь парусник, стоящий в Морском музее Сиднея, открыт для посетителей почти каждый день. Пожилые волонтеры, многие из которых посвятили восстановлению корабля значительную часть своей жизни, по очереди проводят экскурсии. Они честно и с удовольствием рассказывают о проделанной работе и о том, что в итоге получилось — чудо возрождения.

Снежный кит

Он живет у берегов Австралии. Обычные горбачи черные со спины. Окраска брюха — черная, серая или белая. Мигалу же весь белый, без единого темного пятнышка. Настоящее новогоднее чудо, а не зверь)⠀Мигалу был первым белым горбатым китом, которого встретили люди. Произошло это 28 июня 1991 года в заливе Байрон-Бей к востоку от Австралии. Мигалу на одном из языков австралийских аборигенов означает «белый парень». 

У кита есть свой сайт и аккаунт в твиттере. Его охраняют специальными законами штата Квинсленд и Австралийского союза — морской транспорт не может приближаться к животному ближе чем на 500 м, а летательные аппараты — ближе чем на 600 м. Штраф за нарушение — около 16 500 долларов США. Такие строгие меры оправданы: в 2003 году Мигалу столкнулся с парусным тримараном, и на его коже остались шрамы.⠀

Ученые предположили, что родился Мигалу примерно в 1986 году. То есть сейчас ему 34 года. Это немало — горбатые киты живут примерно до 50 лет. Судя по поведению, Мигалу — самец. В 1993 году его видели сопровождающим группу самок с детенышами. В 1998 году записали его пение — сложно организованную продолжительную мелодию, исполняют которую только самцы.

«Нужно быть готовым к приключениям!»

В горячей воде вы зажмуритесь и полной грудью вдохнете морозный воздух, поднимите голову и сначала увидите звездное небо. Вы вдруг вспомните, что именно таким оно и было в вашем детстве за городом — черно-синим, необъятным, светящимся десятками ярких звезд. А уже потом на вас навалится восторг первого впечатления и перехватит дыхание почти так, как это показывают в кино. Потому что северное сияние, которое вы много раз видели по телевизору, окажется так пугающе и так взволнованно близко над вашей головой, что, возможно, достаточно протянуть руку чтобы коснуться сине-зеленого шёлка, ощутить его мягкость и неторопливое вечное струение через небосклон. 

В этот вечер вы удивитесь как легко и спокойно может быть внутри, какими тихими и заинтересованно-нежными могут быть разговоры, и как действительно долго можно смотреть на горящий костёр. Вам не захочется вылезать из горячей молодильни. Но аромат готовящихся здесь же на костре даров Баренцева моря выманит вас и вечер станет совершенным. Но аромат готовящихся здесь же на костре даров Баренцева моря выманит вас и вечер станет совершенным. Засыпая в теплом вигваме посреди тундры, ощущая сквозь закрытые глаза северное сияние над собой, вы будете счастливы ровно настолько, насколько позволите себе это.

И это только один из вечеров, который ждет всех участников приключения «Белоснежная тундра» от команды «Экспедиций под парусами». Вместе с экстремальным фотографом Кириллом Умрихиным вы отправитесь на край земли, в старинный поморский рыбацкий посёлок Териберка, чтобы столкнуться с белоснежной тундрой и её красотами один на один, освоить сноукайтинг под личным руководством чемпиона России, самостоятельно поймать, приготовить и съесть настоящую северную треску, увидеть северное сияние и получить те эмоции, которые невозможно получить больше нигде. Не верите на слово?

Давайте зададим пару вопросов Кириллу Умрихину, профессиональному фотографу в области экстремальных видов спорта и путешествий, организатору и участнику экспедиций в самые дальние уголки нашей планеты.

Чем тебя зацепила Териберка?

Териберка — это уникальное место, о котором я очень много уже слышал до этого и никак не мог добраться (прим. единственное место в европейской части России, куда можно добраться по автомобильной дороге через тундру Кольского полуострова, чтобы увидеть открытое Баренцево море и Северный Ледовитый океан). Благодаря постоянным ветрам это идеальное место для занятий сноукайтинга. Мой давний друг Коля Рахматов, (прим. многократный чемпион России по сноукайтингу в дисциплинах фристайл и джиббинг, основатель кайт школы KiteClass) не раз звал меня с собой, чтобы я посмотрел эту локацию, покатался с ним, поснимал и вот наконец-то всё сложилось — вместе с «Экспедиции под парусами», вместе с Колей, мы собираем группу для того, чтобы отправиться в это уникальное место. Там нас ждёт настоящий Северный Ледовитый океан, красивая береговая линия, старый поселок Териберка, который всех привлекает после фильма «Левиафан». В общем, конечно, я ухватился за эту возможность!

Кирилл, ты известен как фотограф, тесно связанный с экстремальными видами спорта. Экспедиция в белоснежную тундру — это тоже отдых для людей не робкого десятка?

Это приключение — просто уникальная возможность, получить жизненно необходимую каждому человеку долю экстрима, при этом находясь в абсолютно комфортных и безопасных условиях. Это не экспедиция, где ты не знаешь, что и как будет. Мы выстраиваем цивилизованное приключение, с гостиницей, я бы сказал с идеально настроенным бытом, поэтому это один из тех случаев, когда ты можешь погрузиться в мир экстрима, почувствовать его, полностью схватить всё, что тебе надо, но при этом не рисковать здоровьем. Люди останутся точно счастливы!

Твои топ‑5 к чему нужно быть готовым в таком путешествии?

1. Оооооооооо! Во-первых, нужно быть готовым увидеть северное сияние! Это то, о чем я мечтал, потому что я ни разу в жизни не видел его. Это как тройная радуга, как извержение вулкана, как обрушение гигантской волны в Назаре (прим. город в Португалии на побережье Атлантического океана, известный своими гигантскими волнами). Северное сияние — это одно из самых воспоминаний в этой поездке, которое останется с вами на всю жизнь.

2. Переночевать в тундре, в настоящем вигваме и там же посетить эту походную баню с купелью. Это даст совершенно неповторимые, не сравнимые ни с чем эмоции, потому что горячая баня на природе, под светом холодных звезд на берегу Северного Ледовитого океана – это что-то уникальное и супер красивое!

3. Обязательно будем много гулять по Териберке, ходить и смотреть своими глазами кадры из фильма «Левиафан», немного погрузиться в историю Териберки как рыбацкой древней деревни.

4. Лично мой пунктик. Я хочу посерфить. Возьму с собой всё необходимое. И, если будут волны и хорошие условия, я хочу попробовать посерфить в Северном Ледовитом. Нужно ли говорить, что второй такой возможности может и не выпасть вовсе?!

5. Нужно быть готовым к приключениям! Несмотря на то, что мы продумали весь маршрут и все детали — приключения никто не отменял! Мы будем их искать!

Что делать в поездке, если ты со сноубордом и лыжами на «вы»?

Переходить на «ты» в комфортном для каждого режиме. Именно для этого в команде профессиональные инструкторы по сноукайтингу, под их руководством мы и будем учиться. Хочу заметить, что кайтинг с лыжами — это не так сложно. Слиться с ветром и поехать вперед — смогут все! Поэтому мы там все перейдем с кайтингом на «ты» очень быстро и дружно. У нас будут для этого все возможности. Паниковать или волноваться точно не стоит!

Что тундра может предложить сегодня городскому искушенному туристу?

Воооооот! Как раз городскому искушенному туристу тундра предлагает то, чего он не получит больше ни в одном городе мира: дикую природу, уникальный ландшафт, суровый климат Северного ледовитого океана, приключения на свежем воздухе и звезды, которые он в городе точно никогда не увидит!

Поэтому, друзья, если вы вдруг засиделись в городе, наездились по ресторанам, то самое время поехать в тундру, порыбачить, поесть морских ежей и крабов и, конечно, же позаниматься спортом! Потому что никакой фитнес-центр не сравнится с тем, чем мы будем заниматься в тундре!

Едем в тундру с Кириллом 14 апреля. Программа приключения по ссылке.

Планируем 2021 год сейчас!

Дахабские каникулы

с Tequilajazzz

В марте мы ВПЕРВЫЕ делаем музыкально-творческий спортивный лагерь под парусами: «Дахабские каникулы с Tequilajazzz»

В этот раз можно приезжать с детьми, особенно интересно будет подросткам от 10 лет — они освоят азы яхтинга, кайтинга и виндсерфинга. Наравне со взрослыми, которые нетривиально встретят весну.

Да-да, границы открыты, регулярные авиаперелеты есть (от 7 тыс. руб.), виза не нужна. 


Белоснежная Тундра: на Край Земли 

c Кириллом Умрихиным 

с 14 по 21 апреля

В середине апреля из жаркого Египта телепортируемся встречать весну в Тундре! 

Едем туда (уже в третий раз) за белым снегом, северным сиянием и катанием на кайтах за Полярным Кругом! Берем исключительно новичков, чтобы привезти обратно уже профи;-)

А совокупность впечатлений просто зашкаливает — посмотрите программу и поймете сами. Собрали всё самое лучшее.


Экспедиция на Командорские острова 

с Кириллом Умрихиным 

с 17 по 30 мая

Есть места на Земле, о которых все слышали, но никто там не был.

Одно из таких: Командорские острова в Тихом океане.

Труднодоступные и невероятно красивые. С нетронутой природой и дикими обитателями.

Наш друг фотограф Кирилл Умрихин под эгидой NIKON сделал туда экспедицию два года назад. В этот раз Кирилл возглавит уже нашу экспедицию — идем в мае на Командоры под парусами!

Опыт хождения в море строго обязателен.


Больше Чем Регата: 

«Крым под парусами с Ундервуд» 

с 22 по 29 мая

Небо голубое, город золотой Мне так хорошо с тобой

И я внутри такой пустой

Я такой пустой

Как в Черном море белый буй Возьми себе на память поцелуй…

Мы расспросили «местных», начиная с Володи и Максима — музыкантов группы «Ундервуд».

Они подтвердили, что лучшее время для знакомства с Крымом — это конец мая. Туристов еще нет (майские уехали, летние еще не приехали), очень тепло, все цветет и невероятно красиво!

Будем ходить по Черному морю на яхтах, останавливаясь на ночевки в лучших местах, вместе смотреть по ночам на звезды и слушать любимые песни «Ундервуд».

Поехали встречать лето в Крыму?


Эгейское море:

«Что-то хорошее с Алексом Дубасом»

с 13 по 20 июня

То, что мы придумали с Алексом еще прошлой весной, наконец- то осуществится в июне: ласковое море, отличная компания, интересные места. Мы сами проверили морской маршрут в октябре — это того стоит! Действительно «что-то хорошее», чего нам так порой не хватает…


О‑о, это странное место Камчатка… 

да, это лучшее место — Камчатка!

Прошлым летом мы побывали в разных местах под парусами. И впервые на Камчатке. Влюбились навсегда и бесповоротно.

А невозможно по-другому. Это «страна» вулканов и гейзеров, которую нужно увидеть хотя бы один раз в жизни каждому человеку.

Но увидеть можно по-разному: мы покажем ее вам со стороны Тихого Океана — с борта двух океанских лодок «Bellatrix» и «Hydra».

В 2021 году организуем сразу ТРИ экспедиции:


Северные Курилы под парусами — затерянный мир на краю света

Лучше, чем Исландия. Круче, чем Норвегия. Ярче, чем Гренландия. Так не бывает? Бывает. Это Северные Курилы. Еще одно открытие прошлого лета — ходили туда дважды, в этом году пойдем трижды. Разумеется под парусами. Зачем?

Все ответы найдете сами в удобные вам даты:


Экспедиционная регата

«Байкал под парусами»

«Случилось так, что темой прошлого лета 

Стала для нас мелодия эта

Напевали ее от заката до рассвета 

Выпивали вино, курили сигареты

В море звука и в море света

И просто в море бирюзового цвета»

Никто из нас не ожидал такого. Я стоял на бушприте лодки в 4- х балльную качку, под мной был почти километр самой чистой в мире воды, и цвета она была — ультрамарин. «Да это же МОРЕ», — радостно крикнул я шкиперу, а он кивнул и добавил: «Священное море БАЙКАЛ».

В экспедиционную регату «Байкал под парусами» в июле вновь пойдут музыканты Tequilajazzz во главе с Евгением Федоровым:

Впервые под парусами по Байкалу пойдут музыканты группы Мегаполис во главе с Олегом Нестеровым в середине июля:

Вместе с новыми музыкантами зовет вас с собой в конце июля продюсер фестиваля «Дикая Мята» Андрей Клюкин:


Шантарские острова — царство гренландских китов

В конце лета зовем вас на Шантарские острова, главное достоинство которых — невероятное количество гренландских китов. Нигде в мире нет такой концентрации этих млекопитающих, как на Шантарах. На расстоянии вытянутой руки.

Просто посмотрите фото и все поймете сами. А лучше возьмите билет на самолет и успейте попасть в нашу группу — спрос на Шантары самый высокий.

Отправим туда уже четыре экспедиции вместо двух:


В заключение

Вот такой «план А» экспедиций на первую половину 2021 года. Все, что нужно для его осуществления — успеть занять свое место в команде и купить билет на самолет. И чтобы сделать Дальний Восток ближе, авиаперевозчики предлагают в этом году специальные условия: билеты из Москвы за 22950 руб. туда-сюда с багажом. Хороший повод, чтобы осуществить мечту об экспедиции в край китов и вулканов.

Поэтому можно смело планировать свой год путешествий.

Очень скоро мы расскажем вам про «план Б» — об экспедициях туда, куда пока еще нельзя добраться…

Хорошего нам Нового 2021 Года!
Пусть он будет менее штормовым, чем предыдущий)

Алексей Мясников и команда «Морских»

2020‑й. Несмотря ни на что и вопреки всему!

Доброе утро последнего дня 2020 года, «Морские»!

Пожалуй, это моя самая длинная статья за всю нашу историю. 

Искренняя и честная. 

Я пишу её мысленно вместе с вами, вспоминая самые крутые моменты, что случились в уходящем году.

А нам есть что вспомнить, так что налейте чашку чая или кофе, устраивайтесь поудобнее и давайте вместе еще раз сходим в море!
Море воспоминаний и впечатлений, что подарил нам 2020 год.

Как все начиналось?

Оглянитесь на год назад — многие из вас помнят свой декабрь 2019.
Громадье личных планов на год предстоящий и предвкушение новых путешествий.

Тем временем три парусника: «Крузенштерн», «Седов» и «Паллада», каждый по своему маршруту и с практикантами на борту вышли в кругосветную экспедицию «Паруса Мира».
Кстати, лучший кадр за всю историю, по словам капитана «Паллады» Зорченко Николая Кузьмича, сделал с дрона координатор нашей группы Кирилл Умрихин в Тихом Океане — вот полюбуйтесь:

Фото: Кирилл Умрихин

Весь декабрь мы активно оформляли группы в кругосветку на «Палладе» и планировали съемки второй части фильма «Паруса мира». А люди покупали авиабилеты, согласовывали отпуска длиною в месяц, ведь участие в Кругосветке — это все-таки Событие!

Январь 2020. Что за вирус такой?

В то время, пока мы путешествовали на новогодних праздниках, в китайском городе Ухань массово заболевали люди. 30 января ВОЗ объявила эту вспышку чрезвычайной ситуацией, имеющей международное значение. Так в нашей реальности появился Covid 19. Но тогда мы даже не представляли себе последствий. Это было где-то далеко и и не с нами.

Экспедиция легендарных парусников шла своим чередом, а мы вели активную подготовку к нашей регате в Таиланде.

Фото: Юрий Масляев

Февраль 2020. Трансатлантика кругосветки.

В середине февраля в Ушуайе группа из 20-ти практикантов во главе с космонавтом Сергеем Рязанским и основателем Ocean TV Андреем Подколзиным сменила ребят, которые прошли мыс Горн с запада на восток.

Их ждал трансатлантический переход на борту «Паллады» и 200-мильная регата парусников.
Пожалуй, самый эпичный и насыщенный на события месяц всей кругосветки:

были и шторма, и порванные паруса, и даже сеанс спутниковой связи с МКС, организованной Сергеем Рязанским прямо с борта «Паллады»!

Фото: Юрий Масляев

Март 2020. Началось… но мы успели!

В начале марта в Таиланд со всех концов земного шара (было же время!) слетелись 40 человек, чтобы принять участие в регате. Большинство — впервые.
И все получилось!

За музыку и настроение благодарю наших друзей – музыкантов TequilaJazzz Женю Федорова и Костю Чалых. А ярким открытием регаты стала певица Тося Чайкина — благодаря замечательному трио неофициальным гимном регаты стала песня «В полбутылке октября»…

Тревожные звонки начались с того, что порядка 10 человек отказались ехать в Таиланд из-за риска заболеть.
Затем мы приехали на почти пустой Пхукет — уже закрыли границы с Китаем. Первые измерения температуры, первые маски…

За три дня до окончания регаты напряжение стало нарастать — скачки курса валют, новости о возможном закрытии границ. Апогеем был обратный вылет, когда последние участники прилетели домой в Германию 16 марта, а на другой день

Европа закрыла границы. Уфф! Успели!

Фото: Алексей Левин

Но в мире уже началась пандемия.

В то же время «Паллада», завершая трансатлантику подходила к берегам ЮАР. Помимо основных задач, нужно высадить на берег ребят, и взять на борт новых практикантов, которые уже прилетели в Кейптаун.

При помощи российского консула всем удается улететь домой без карантина, при уже закрывающихся границах, и «Паллада» выходит в сторону Индийского океана. А буквально через два дня Маврикий, куда парусник держит курс, закрывает свои границы. На борту 9 наших практикантов во главе с Григорием Кубатьяном…

Фото: Григорий Кубатьян

Апрель 2020. Жизнь онлайн.

Поначалу это было даже весело: «А давайте устроим посиделки в онлайне?» — и все собирались по вечерам у ноутбуков, обсуждая новости.

Но потом онлайна стало слишком много — магазины, кино, заказ еды, экскурсии — всё онлайн.
А где-то была настоящая жизнь, где-то было море, ветер и паруса…

«Да вы шутите?!» — именно так отреагировали наши ребята на борту «Паллады», когда им по спутниковой связи сообщили, что захода на Маврикий не будет, и еще месяц идти до Сингапура. Новости с Большой земли про электронные пропуска, закрытие границ и то, что теперь весь мир сидит взаперти казались чьим-то злым розыгрышем.

Однако, ребята не грустили — ведь каждый день было что-то новое, например, праздник Нептуна при пересечении экватора! Гриша Кубатьян писал дневники кругосветки: на каждый день по одному — почитайте здесь, как хорошо им там было.

Тогда мы сами еще верили, что это лишь временные меры и через месяц все закончится. Но с каждым днем становилось все только хуже. Ближе к маю стало ясно, что «Паллада» не сможет зайти ни в Сингапур, ни в Японию. Держим курс на Владивосток!

Фото: Григорий Кубатьян

Май 2020. Да здравствуют… дачи!

Пожалуй никогда в своей жизни мы не проводили столько времени дома и на дачах, как в прошлом мае. Закрыты границы, даже между регионами.

Удивление. Негодование. Смирение. Принятие. Восторг.
Той весной мы прошли все состояния, кроме восторга, пожалуй. Хотя определенное удовольствие от сидения дома получили все.

Удаленка стала нормой жизни, онлайн — ключевым каналом продаж.

Стало окончательно ясно, что летом не будет ничего из того, что мы запланировали: отменили все регаты, морские фестивали — состояние полной неопределенности.

Радовали лишь вести с «Паллады», которая шла уже в водах Китайского моря. Ребята стали полноценными членами экипажа, а Стас Ляховецкий организовал полноценный 42‑х километровый марафон на паруснике — впервые в истории. Даже подали заявку в книгу рекордов Гиннесса. Вот так!

Фото: Григорий Кубатьян

Июнь 2020. Возвращение домой.

В начале июня парусники вернулись домой: «Крузенштерн» в Калининград, «Паллада» во Владивосток, и лишь маршрут «Седова» был неопределен — почти все лето парусник стоял во Владивостоке, ожидая решения по продолжению кругосветки. Что при закрытых странах и портах было практически невозможно…

А мы встречали с почестями наших ребят с «Паллады», ведь они провели в море 2,5 месяца без остановок. Все живы, здоровы и счастливы — пожалуй, они прожили карантин лучше всех на свете)

Фото: russiansails2020

Июль 2020. Встречаться нельзя откладывать!

А вот запятую можно было поставить самим. И мы решили — конечно встречаться! Тем более, что наконец-то сняли запреты на работу летних веранд и разрешили перемещаться внутри страны.

5 июля мы провели большую встречу «Морских друзей» на Клязьме в новом формате — регаты, BBQ турнира и музыкального концерта. Со всех концов страны съехались 150 путешественников и это было круто! Посмотрите отчетное видео со встречи вот здесь.

Чествовали участников кругосветки во главе с капитаном «Паллады» Зорченко Николаем Кузьмичем. Именно тогда мы утвердились в главном девизе наших экспедиций: «Проверь свою мечту на прочность!»

Фото: Ульяна Махкамова

А 17 июля мы в нетерпении собрались на Байкале, чтобы провести сразу две регаты подряд с музыкантами TequilaJazzz и «Ундервуд» — спасибо Жене, Косте, Максиму Кучеренко и Володе Ткаченко, что решились выехать в такое время и не прогадали.

Реалии тех дней уже внесли свои коррективы в проведение мероприятий — отрицательный тест на ковид стал обязательным атрибутом путешественника.
Скажу прямо, что экспедиционная регата на Байкале стала самым большим вызовом для меня, как для организатора.
Новый маршрут на север, неизвестные шкиперы и лодки, полное отсутствие инфраструктуры, риск стать очагом заражения, если кто-то заболеет… десятки новых факторов. Мне пришлось аккумулировать весь свой опыт, чтобы все прошло так, как нужно.

Но ничего не получилось бы, если бы не лучшие Люди:
Те, кто встречал нас — председатель федерации парусного спорта Иркутской области Александр Московских и команда лучших шкиперов. Те, кто сопровождал нас — местные жители и проводники. Те, кто одевал нас — наши новые партнеры Tretorn и Thule. Я очень рад, что наши пути пересеклись и мы теперь не только партнеры, но и друзья!

И самые главные Люди, без которых ничего бы не случилось — те, кто решился поехать с нами — настоящие искатели приключений. 118 человек открыли для себя одно из лучших мест на планете. Именно там родился новый хештег #ПровереныБайкалом.

Я горжусь тем, что нам вместе всё удалось. И горжусь тем, что я родился там и вырос: Байкал — наша большая любовь! Посмотрите короткие отчетные видео — почувствуйте настроение и энергию тех дней.

Август 2020. Шантары, Курилы, Камчатка

Китайский иероглиф «Кризис» состоит из двух иероглифов — «Угроза» и «Возможность». Как вести себя в кризис — спешно закрывать бизнес или искать новые пути — выбираете вы сами.

Еще в апреле, когда все стало ясно про связь Европы с медным тазом, мы стали искать альтернативу по России. И нашли! Но вот только акватория Дальнего Востока оказалась не альтернативой рафинированной Европе, а настоящим «затерянным миром». Места по красоте своей — превосходят Исландию и Норвегию, а столько китов, как на Шантарах вы не встретите нигде в мире.

Отныне и навсегда — каждое лето мы проводим Экспедиции на Шантарах, Курилах, Командорах и Камчатке!

Фото: Кирилл Умрихин

Сентябрь 2020. Северный Морской Путь «Седова» и «Народная» регата

В середине сентября «Седов» продолжил свою кругосветку. Только уже по другому — гораздо более сложному пути. Северному Морскому. Там где обычно ходят не парусники, а ледоколы.

Забегая вперед скажу, что льдов «Седов» так и не встретил — эффект глобального потепления налицо. Именно на этот переход отправилась наша съемочная группа, чтобы доснять фильм «Паруса Мира».

В конце сентября мы провели регату в Турции, которую действительно можно считать народной, ведь эту страну еще в декабре 2019 выбрали путешественники в ходе опроса на лучшую географию. Мнение людей для нас важно и поэтому мы взяли в чартер 10 лодок, еще в те времена, когда никто про коронавирус ничего и не слышал…
И надо же было случиться тому, что именно Турцию откроют в августе!

Этот год также знаменателен тем, что мы подружились и сделали крутой партнерский проект с Андреем Клюкиным — продюсером независимого музыкального фестиваля «Дикая Мята». Несмотря на то, что летний фестиваль отменили, нам удалось провести его в Турции, где наша регата получила название «Дикая Мята под парусами».

Вместе с 73-мя новоиспеченными яхтсменами «фестивалили» Андрей Клюкин и приглашенные музыканты Костя Чалых, Миша Лузин, Zoloto, Маяк и Саша Мусор.
Впервые на регате был полностью женский экипаж, включая

шкипера. Несмотря на то, что все девушки были новички, под руководством опытнейшего шкипера Иры Городецкой им удалось занять 3‑е место!

Невероятно горжусь тем, что на наших регатах случаются такие истории.

Фото: Александр Благин

Октябрь 2020. То, что не должно было случиться, но все-таки случилось

Кинофестиваль в Греции под парусами «Бегущей по волнам» с Алексом Дубасом, Артемом Ткаченко и Павлом Деревянко с учетом всех обстоятельств не должен был случиться: границы закрыты, «Бегущая» на Кипре, курс евро — уже за 90 рублей.
Но мы проявили упорство и вышла очень необычная история с неожиданным продолжением — позвольте вам ее рассказать под занавес уходящего года:

Сначала мы с Алексом решили заменить страну с Греции на Турцию. Сделано.

Но затем пришлось заменить и парусник — «Бегущей» нельзя было попасть в Турцию. Сделано.

Однако, за день до поездки из-за истории с визой пришлось заменить и главного хедлайнера. Вместо Алекса поехал Михаил Довженко — основатель и ведущий интеллектуальных игр «Студии Довженко».

Как результат, изменился и формат — в сторону игр, разумеется)
И получилось неплохо!
В теплой Турции. Под парусами «Эгейского клипера». В компании трех «Ко»: Довженко, Деревянко и Ткаченко и еще 15 замечательных людей мы впервые провели серию интеллектуальных игр под парусами.
А в ноябре наше знакомство с Михаилом получило закономерное продолжение)

Ноябрь 2020. Клуб морских друзей «Паруса Мира»

Это было неизбежно. Мы давно уже стали клубом, хоть и неформально. Сначала к «Крузанутым» — тем, кто ходил с нами под парусами Крузенштерна, добавились те, кто ходил на «Седове», затем парусников и регат стало еще больше и сообщество растет с каждым днем.

Клуб морских друзей «Паруса Мира» — для всех тех, кого волнует море!
И если (совершенно случайно) вы еще не знали о Клубе — вступайте вот здесь

В ноябре мы провели первую встречу морских друзей и поняли, что вновь нашли отличный формат для наших встреч: интеллектуальные игры на морскую тематику, специальные гости и музыкальный концерт. Видео как это было — посмотрите здесь, а красивые фотографии — здесь.

Тем временем 27 ноября «Седов» вернулся в Калининград, успешно и без потерь пройдя Северный Морской Путь. Кругосветная экспедиция трех легендарных парусников завершена.

Фото: Ульяна Махкамова

Декабрь 2020.

В середине декабря мы провели предновогоднюю встречу морских друзей, и если один раз можно назвать случайностью, то успех двух встреч — показатель того, что это нужно людям.

Было много давних друзей и новых знакомых. Песни и стихи наших друзей, Дед Мороз и подарки. Громкий смех, крепкие объятия и позитивная энергия хороших людей. Живая энергия, черт побери, а не очередной онлайн! А это чего-то стоит — мы будем продолжать!

Фото: Ульяна Махкамова

В заключение.

Эту статью я сознательно написал так, как это чувствую. На одном дыхании.
За каждой строкой вижу лица близких мне по духу людей, с которыми можно «проверить на прочность» любую мечту. Какую именно, где и когда — об этом расскажу в отдельной статье.

А в этом — пусть останется на память весь 2020 год, который мы точно прожили не зря!
Несмотря ни на что, и вопреки всему)

С наступающим вас Новым 2021 Годом! Алексей Мясников и команда «Морских»

Кругосветка «Паллады». Прибытие

Владивосток. Вантовый мост на остров Русский, самый длинный в мире. Он так и называется — Русский мост. В этом путешествии было так много удивительного, а теперь еще этот мост перед нами. Я попытался вспомнить, где его видел? Ну, конечно! Он изображен на 2000-рублевой купюре, а я давно не держал в руках денег.

Русский мост.

К нам подошел пограничный катер. На борт поднялась группа строгих молодых женщин в масках. Они прошли в учебную аудиторию, раскрыли лаптопы. Сцена из американского кино: антиутопические женщины в форме и масках молча сидели и печатали. Нас вызывали по одному и сверяли с фотографией в паспорте. Проверка шла быстро: за время пути никто не изменился настолько, чтобы нельзя было узнать.

По окончании формальных процедур к «Палладе» подошли буксиры и потянули её к причалу. Мы встали напротив другого вантового моста — через бухту Золотой Рог. Я даже смутился: это тот же мост? Почему мы так долго вокруг него крутимся? Потом понял, что мост другой.

Входим в порт Владивосток.

Парусник поставили к военному причалу, рядом с эсминцем «Быстрый» и ракетным крейсером «Варяг». По соседству уже стоял парусник «Надежда», поприветствовавший сестру торжественными гудками. Следом за «Палладой» в бухту входил «Седов».

На берегу собрались люди. Обычных горожан не пригласили из-за карантина, но и допущенных лиц было немало. Представители «Дальрыбвтуза», городские чиновники, журналисты, отряд юнармейцев и группа очаровательных девушек-барабанщиц. Были речи, гимн, поздравления и награждения, была радостная круговерть, которая затянула в себя прибывших. Курсанты и члены команды собирали вещи и выходили на улицу, где их ждали родители, друзья, родственники. Нигерийский курсант Артур Нвабуфо раздавал интервью журналистам. Оказывается, он теперь знаменитость: все видели размещенный им на ютубе клип про «музыку для бабушки и девушки».

2,5 месяца в пути, и наконец у родного берега!

Я спустился по трапу и почувствовал под ногами твердую землю. Только сейчас я понял, как гудит от усталости тело. Такое состояние у меня бывало, если провести за рулем бессонную ночь. Но это всего одна ночь, а мы вибрировали вместе с двигателем «Паллады» два с половиной месяца. Интересно, что чувствовали моряки и курсанты, для которых путешествие длилось семь месяцев? Что чувствуют те, кто посвятил работе на судне жизнь? Сколько сил, выносливости, терпения нужно?

Море — это трудно. Но оно того стоит.

< Предыдущая запись  >

Кругосветка «Паллады». День 75. Последний день эпопеи

От последнего дня я ждал чего-то особенного. На рассвете мы собрались на баке и хором прокричали «Один!», показав камере указательный палец. Но что делать дальше? Ночью нас снесло в сторону, «Паллада» вернулась назад и легла в дрейф. Русские острова были видны с палубы, но во Владивосток нам разрешили войти лишь утром. Еще один день ожидания.

По судовому телевизору уже несколько дней показывали российские каналы, а телефонная сеть всё не ловилась. Это южнокорейская работала на расстоянии в 60 миль, когда их островов даже не было видно. Российская, как нам пообещали, включится, когда пройдем таможню.

Неунывающие практиканты Клуба Кожухова.

Смотреть телевизор было неинтересно. Мы отвыкли даже не столько от телевизора, сколько от новостной повестки. Казалось, что дикторы обращаются не к нам, а к каким-то другим людям, с иной планеты. Врач Алексей Черников выдал нам упаковку с масками. Еще чуть-чуть, и мы должны были влиться во всероссийский карантинный маскарад.

Девушки начали собирать чемоданы. Парни решили, что займутся этим за пять минут до схода на берег. Обменивались фотографиями и отснятым видео. Обещали друг друга навещать.

Вечером мы собрались на прощальный ужин. Это такой ужин, когда все могут сказать что-то хорошее каждому. В обычной жизни нелегко говорить друг другу добрые слова. Симпатия — штука нежная, уязвимая и предпочитает прятаться за иронией, шуткой. Но во время прощального ужина разрешено говорить как есть, искренне и от души. Пусть мы собрались не в шикарном ресторане, а в пустой курсантской столовой.

Собрались в пустой курсантской столовой.

Совместные путешествия не всегда сплачивают людей, но часто ссорят. Выявляют в человеке скрытое, будь то орлиные крылья или змеиный яд. Когда объявили, что нам придется провести на судне столько времени, я переживал: как к этому отнесется группа? Сможет ли выдержать испытание? Что нам делать друг с другом так долго? Но в итоге ни дня не пожалел, что в качестве практикантов на «Палладу» пришли именно эти люди: остроумные, работящие, энергичные, смелые. У каждого из них я учился отношению к жизни. И мне с ними было хорошо и весело.

< Предыдущая запись — Следующая запись >

Кругосветка «Паллады». День 74. Конная армия и деревянный флот

Небо затянуло родным, пасмурным. В последние дни перед приходом во мне боролись два чувства: радость, что возвращаюсь домой, и раздражение от того, что так медленно.

«Паллада» стояла в дрейфе. С берега прилетели российские чайки, удивленно раскрыв клювы: «Отчего не торопитесь к родным берегам? А? А?» Или их удивление мне почудилось, и они просто ждали, когда из столовой выбросят за борт пищевые отходы? Я бросил чайкам кусок хлеба, они возбужденно и благодарно загоготали.

Перед заходом в порт «Паллада» всё начищено и накрашено.

На судне объявили большую приборку. Такая приборка делается перед заходом в порт. Выскребается щетками палуба, моются переборки. Если во время малой приборки матрос может побрызгать из шланга на валяющийся на палубе сор, и так сойдет, если боцман не заметит, то после большой приборки всё на самом деле становится чистым.

Соскучившись по работе, практиканты схватили щетки и начали драить палубы. Потерев немного, они обнаружили, что щетка с длинной ручкой похожа на деревянную лошадку. Можно оседлать её и сыграть в конную армию, проскакав по палубе в одну сторону, а потом обратно.

Чистота – залог душевного здоровья.

Последние дни казались безумными, сюрреалистичными. Какие-то курсанты решили подшутить надо мной и периодически взывали из-за угла «Кубатья-а-ан! Кубатья-а-ан!», иногда по громкой связи. Я так и не выяснил, кто это. Мне было всё равно, даже забавно. Если б хотя бы ругались на меня — но нет, не ругались. Просто отправляли в эфир мои позывные. Как если бы я был божеством, а они верующими в моё существование. Иногда я бродил по палубе в тумане, потерянный во времени и пространстве, с трудом понимая кто я такой. А по громкой связи напоминали: «Кубатьян». Ага, точно!

Детский писатель Юрий Парфенов обнаружил среди набросанных на своей кровати вещей футболку, которую не стирал со времени бегового марафона. Но вместо того, чтобы постирать, он вывесил её на всеобщее обозрение, гордый, что у него сохранился такой раритет. Даже с номером.

Дежурные в рубке УСС (учебно-судовой службы) позволяли себе разные выходки. Объявляли по громкой связи врастяжку: «Курса-а-нтику Клымюку прибыть к рубке у‑сэ-сэ».

Мы нормальные! Нормальные!

Курсанты сдавали казенные тропические сандалии. Матросы примеривались, не забрать ли их себе? В ближайшее время новой кругосветки не будет, а неношеная почти обувь пригодится на даче.

Никто никого не наказывал. Все думали лишь о том, что вот он — конец кругосветки. Скоро домой.

Практикантка Елена Комратова собрала нашу группу в учебной аудитории. Выдала краски, кисточки и деревянные заготовки в виде корабликов. Она купила их заранее, по числу практикантов, прятала два с половиной месяца и теперь извлекла на свет:

— Раскрашивайте!

Первое образование у Елены педагогическое. Если бы она не возглавляла департамент в банке, то была бы энергичной и веселой воспитательницей в детском саду. Мы послушно сели раскрашивать кораблики.

— Сережа, молодец! Красивый у тебя кораблик. И Лада молодец! А у Ромы пока не получается. Старайся, Рома! — ходила Елена между нами. Я бы не удивился, если бы за красиво покрашенный кораблик она погладила по голове. 

Наш деревянный флот.

Даже захотелось этого: чтобы похвалили, одобрили мой кораблик, раскрашенный как «Паллада». У него черный корпус с белой полосой и черными «шашечками», символизирующими пушечные камеры исторического фрегата. Белые паруса, желтые мачты и бушприт. Мой кораблик оказался раскрашен чуть лучше, чем у Ромы, но хуже, чем у Сережи. И по голове меня не погладили. Зато разрешили привязать получившийся сувенир на ниточку и забрать с собой.

< Предыдущая запись — Следующая запись >

Кругосветка «Паллады». День 73. Сила духа

Старший боцман Николай Абрамов много лет обливался холодной забортной водой. Выходил на палубу в 5 утра, еще до рассвета, и выливал на себя четыре ведра подряд. В тропических морях вода была тёплой. Боцман ворчал, но продолжал обливаться, чтобы не изменять правилу. В Японском море температура воды опустилась до 13 градусов, не ледяная, но достаточно холодная. И старший боцман предложил организовать акцию по массовому обливанию. Мы всей практикантской группой поддержали.

Нашли ведра и бочки, с вечера договорились с машинным отделением, чтобы включить пожарный шланг для набора забортной воды. Теперь главное — не проспать.

В 5 утра кубрики загудели. Мы надели плавки и шлепанцы, взяли полотенца и поднялись на палубу. Над морем лежал туман, было зябко. При каждом выдохе изо рта вырывался пар. Старший боцман в шортах и теплой куртке уже был здесь. Ему помогал расставлять ведра матрос Максим Сметанин, вырядившийся в собственноручно сшитые из парусной ткани белую рубаху и штаны. В этом исподнем наряде он выглядел как выведенный на расстрел герой Гражданской войны.

В 5 утра на палубе холодно.

Поддержать акцию пришли капитан-дублер Сергей Толовиков в банном халате и военный врач Василий Коваль. Детский писатель Юрий Парфенов еще до обливания растирался полотенцем, чтобы взбодриться и разогнать кровь. На палубу выбрался даже нигерийский курсант Артур Оге Нвабуфо в красных трусах.

Подключили пожарный шланг, хлынула мощная струя и за секунды наполнила морской водой три большие пластиковые бочки. Участники акции, каждый со своим ведром, выстроились вдоль борта. Практикант Роман Маричев выбрал скромное 5‑литровое ведерко из-под майонеза, но у него ведерко отобрали и вручили нормальное — на 10 литров.

— Готовы? — крикнул старший боцман. — Хором говорим «сила духа». И на слове «духа» выливаем воду на голову… Си-и-ила..

— …Ду-у-уха! — выдохнули собравшиеся и опрокинули на себя ведра. Вода оказалась холодной, но терпимой. Захотелось подбежать к бочке, зачерпнуть еще раз и вылить на ближайшего соседа. Ближайшим соседом к большинству мужчин оказалась вышедшая в купальнике практикантка Елена Комратова, так что в это утро она закалилась крепче старшего боцмана.

«Сила… ду-у-уха!»

В азарте я вылил на себя три ведра, после чего замотался в полотенце. Главное — не простудиться до прихода во Владивосток. Сильные духом спортсмены-обливальщики поспешили в горячий душ и постель, чтобы доспать оставшиеся до подъема полтора-два часа, а старший боцман остался на палубе складывать пустые ведра и бочки.

< Предыдущая запись — Следующая запись >

Кругосветка «Паллады». День 72. Корейский патруль

Мы находились в Японском море. На интерактивной судовой карте появился Владивосток, до него оставалось 200 миль. Можно долететь за сутки, но нужно за четверо. Дата прихода была согласована заранее, нарушать её нельзя. Заодно «Паллада» успеет подготовиться к встрече, прихорошиться, подкраситься. Она и так сияла: выходишь на палубу и переживаешь, как бы к чему не прилипнуть, стенам или перилам.

В море нам не было одиноко. Вчера рядом проходили китайские рыбачьи лодки. Мы решили так по красным флажкам спереди. Но не исключено, что они были северокорейскими. Шли строгой колонной, две впереди, две сзади, будто конвоировали друг друга.

А сегодня, когда мы лежали в дрейфе, к нам подошел северокорейский катер. На его палубу вышло 12 человек. Все в коронавирусных масках, но у некоторых они были сдвинуты на подбородок. У двоих офицерская форма, остальные в гражданском или в камуфляже, одинаково популярном у рыбаков и охранников парковок. Пограничники? Катер был темно-серого, военного цвета. С крошечным флагом на мачте и с красным транспарантом на корейском языке. Я сумел перевести только восклицательный знак в конце. Наверное, здесь было написано что-то вроде «Обгоним и перегоним Южную Корею по вылову рыбы, кальмаров и нарушителей государственных границ».

Все корейцы были в масках.

Между мачт был переброшен электрический провод с висящими на нем мощными лампами для привлечения морской живности в ночное время. На юте лежали мотки рыбачьих сетей с буйками. То ли конфискованные, то ли пограничный катер еще и рыбачил по ночам. Оружия не было видно: ни пулеметов, ни автоматов у команды. И всё же катер вел себя, будто представлял государственную власть. Никто не улыбался, не махал приветственно рукой.

— Кто вы такие? Зачем здесь стоите? — закричал на английском строгий молодой офицер. — Не фотографировать! Не фотографировать! Кто вы такие? Вы собираетесь рыбачить? У вас есть документы?

На палубе столпились курсанты. Хихикали, фотографировали секретный корейский катер и кричали в ответ: «Владивосток!!»

Практикантка Елена Комратова выскочила в коротких шортах на капитанский мостик и помахала корейцам рукой, чем ввела их в ещё большее смущение. Что за странное судно с высокими мачтами? Зачем подкрадывается к берегам Северной Кореи? Что за девушка-капитан машет рукой?

То ли патрульный катер, то ли рыболовный.

Наконец, к борту подошел внушительный старший штурман Константин Романов и объяснил корейцам, что, дескать, хотим и стоим, и хоть находимся в корейских экономических водах, но имеем на это право. Корейцы насупились, офицер на всякий случай сфотографировал нас на телефон, погранично-рыбацкий катер развернулся и направился прочь, то ли за подкреплением, то ли чтобы поймать добычу помельче.

Вслед уходящему катеру полетел съемочный дрон оператора Евгения Тюнина, и я заволновался, что корейцы всё-таки достанут из кубрика ружьё и собьют летающего шпиона. Но, видимо, ружья у них действительно не было.

< Предыдущая запись — Следующая запись >

Кругосветка «Паллады». День 71. Ода нагелю

На море установилась хорошая погода, летняя. Можно было загорать и ходить по деревянной палубе босиком. Если лечь, приятно пахло досками, деревенским домом. Желтые мачты с реями были похожи на стволы деревьев без листьев. Прямые паруса укатали по-зимнему, до следующего рейса они не пригодятся.

На судне шли последние уборки. Вытащили хлам из кладовок-кондеек и перебирали. А чего там только не было! Старые ведра, швабры, щетки, запасные металлические блоки. В груде хлама я заметил старый деревянный нагель, истончившийся от частого использования и покрытый следами желтой краски.

— Подарите! — попросил я боцмана грот-мачты Владимира Рыбкова. Заберу в домашний морской музей. Там у меня уже хранились кусочки парусов «Крузенштерна» и «Мира», дубовый комель-блок с «Седова» и прочие раритеты.

Боцман удивленно покрутил нагель в руке:

— Это польский ещё. Ему больше 30 лет. Забирайте.

Нагель — это металлический или деревянный штырь, который устанавливают на кофель-нагельной планке. Кофели и нагели — одно и то же. На нагелях крепят шкоты, брасы, гитовы, горденя, фалы и ниралы. Нижняя часть нагеля устанавливается в отверстие, верхняя остается сверху, так что на оба конца «восьмеркой» наматывают снасть. Получается быстро и надежно. Но если потянуть снасть, забыв снять её с нагеля, то деревянный штырь сломается, а металлический погнется. Представьте, с одной стороны снасть натягивает парус, приводящий в движение 3‑тысячитонное судно, а с другой её тянут два десятка крепких курсантов. Нечто подобное произошло на левом борту у фок-мачты: погнули металлический нагель.

У нагеля фаллическая форма: длинный, крепкий, на конце утолщение. Поэтому он — вечный объект матросских шуток и дружеских пожеланий «не сесть на нагель». И даже угроз «я вот тебя нагелем сейчас». Время от времени курсантов заставляют шкурить и покрывать лаком облупившиеся нагели. Это тоже со стороны выглядит забавно. Ну, а что? Коллектив мужской, поводы для веселья незамысловатые. Ещё вчера я улыбался курсантам, сидящим рядком и яростно надраивающим деревянные жезлы. А сегодня сам сел на палубу, полировать нагель. Работа нудная, тяжелая, пыль во все стороны.

Одному из курсантов боцман поручил вычистить до блеска мощные болты, которыми был прикручен к надстройке запасной якорь. Каждый болт предстояло выкрутить и потом долго тереть наждачкой. Сели рядом: курсант с болтом, я с нагелем.

— Кому это нужно? — ворчал курсант, скрипя шкуркой. — Кто эти болты увидит? Что это вообще за работа такая!

Несколько раз он попытался увильнуть, пристроив вместо себя юнгу, но боцман вернул курсанта на место. Наконец, объявили перерыв, и курсант испарился. Я остался на палубе, желтая краска оказалась въедливее, чем я надеялся. Вооружился целым арсеналом шкурок и щеток. После часа труда нагель стал такой гладкий, что можно выставлять на витрине на Риппербане в Гамбурге.

Через некоторое время на палубу вернулся курсант, озабоченно глядя по сторонам:

— Где мой болт? Куда делся? Ага, вот он! — лицо расплылось в улыбке. После небольшой разлуки болт не казался враждебным. Уже свой, родной.

Вот и я смотрел на старый неказистый нагель почти влюбленными глазами. Какой он получился ладный, да нарядный! Покрыл его лаком и повесил сушиться на солнце у фок-мачты. А пока работал, сочинил небольшую оду в честь нагеля.

На паруснике каждый видит мачты,
И спереди всегда торчит бушприт.
А что важней? Не скажешь однозначно.
Всё важно, что стоит, висит, бежит.

Терзает рулевой штурвал в ненастье,
И паруса помогут вдаль нестись.
Но на тебе лишь держатся все снасти.
Стой крепко, нагель, не ломайся и не гнись!

< Предыдущая запись — Следующая запись >

Кругосветка «Паллады». День 70. Мерцание Владивостока

Мы шли по Корейскому проливу. На мостик вышел капитан Зорченко и разглядел в пеленгатор барк «Седов»:

— Пройдем рядом. Вчера он слишком быстро от нас ушел. Заправьте сифон.

Взяли курс 30 градусов — на «Седов». Четырехмачтовый барк неторопливо шел под двумя марселями и стакселями. Сзади была видна кильватерная струя. С бортов висели матросы и наводили глянец при помощи кистей и краски. «Седов» похорошел — был заново покрашен и сиял белизной.

Взяли курс на «Седов».

Мы подошли к нему близко, так что можно было перекрикиваться с бортов. Курсанты «Паллады» построились на палубе и под музыку помахали барку тропическими кепками. «Седов» ответил басом — двумя длинными гудками, одним коротким.

Я в этот момент забрался на марсовую площадку, чтобы поснимать сверху. И не обратил внимание, что на марсовой установлен динамик судового гудка. Когда загудела «Паллада», меня чуть не сбросило с площадки звуковой волной. Качественно заправили сифон, гудок звучал как иерихонская труба.

Вид на «Седов» с марсовой площадки.

В этом походе «Седов» всегда был где-то рядом. Мы часто видели его мачты на горизонте. Барк шел с нами во Владивосток, но потом собирался продолжить путь на Камчатку. Во Владивостоке большая часть курсантов планировала сойти на берег, их место займет группа из Мурманска. А на участке до Камчатки с ними пойдут камчадалы с «Паллады».

Когда рукпрак Александр Криворучко объявил об этом своей камчатской группе, курсанты расстроились. 7 месяцев плавания: учеба, «рабочка», вахты на камбузе, в столовой, в МОП и на сортировке мусора. Соскучились по земле, по дому, по друзьям. На руках уже были авиабилеты домой из Владивостока. И вдруг добавляют еще месяц на «Седове». Причем в море только две недели, а остальное время в порту во Владивостоке. Хорошо, если в город выпустят, а могут из-за вируса на борту запереть — умрешь от скуки.

Могут и на борту запереть…

Но приказ есть приказ. На «Седове» недобор курсантов, нужно поддержать. К тому же, если лететь на самолете, придется две недели сидеть в карантине. А так курсанты получат еще один месяц плавательного ценза и опыт работы на другом паруснике. Обучение подходит к концу, на следующий год пойдут на оплачиваемую практику на рыболовецкие суда. За год такой практики, по словам Александра, курсанты решают все бытовые вопросы — покупают квартиры, машины и всё что нужно. К концу обучения они ни в чем не нуждаются, но ради этого стоит приложить усилия. Работа ждет тяжелая, намного труднее, чем на «Палладе». Будут вспоминать «рабочку» и МОП со слезами умиления.

Вечером мы подошли к корейскому острову Улындо. Рядом с островом корейцы недавно обнаружили затонувший русский броненосец «Дмитрий Донской». На момент Цусимской битвы он уже считался устаревшим, частично ходил под парусами. Моряки сумели уйти на нем и высадиться на острове, а чтобы броненосец не достался врагам, его затопили. Говорят, он, хоть и поврежден, но в хорошем состоянии. Возможно, его когда-нибудь поднимут и отремонтируют.

Броненосный фрегат «Дмитрий Донской» под парусами.

Ночной остров красиво и таинственно мерцал огнями домов. Редкое зрелище. Месяц назад так мерцал Сингапур, а два месяца назад — остров Реюнион. Море было не слишком щедрым к нам: одно мерцание в месяц. Но скоро мы увидим последние огни этого плавания — огни Владивостока.

< Предыдущая запись — Следующая запись >

Кругосветка «Паллады». День 69. Цусима

Ночью нас обступили японские кальмароловы. В первый раз я почувствовал, как тесно может быть в море. Лодки проходили очень близко и светили яркими фонарями. Хотя «Паллада» не отклонялась с пути, предназначенного для судоходства, мы умудрились намотать на винт японский трал.

Двигатель захрипел, судно затряслось. Срочно остановили ход, включили освещение мачт, чтобы избежать столкновения. Что делать? Ждать утра, чтобы нырнуть в воду и срезать сеть ножом? Или продолжить путь, подключив второй двигатель, и надеясь, что два мотора вместе порвут намотавшиеся на винт веревки? Могут порвать, а могут замотать ещё плотнее. Бывает, от нагревания пластиковые тросы запекаются так, что никаким ножом не срежешь.

Поднявшийся на мостик капитан решил рискнуть. Включили второй двигатель и медленно пошли вперед, пока гул не выровнялся до нормального. Похоже, что сеть разорвалась и пошла ко дну. Но вдруг кусок остался?

При свете дня остановились, чтобы проверить. Спустили «джонсона», резиновую моторку. Подплыли к корме. Старший боцман приготовил «телевизор», длинный металлический бак с ручками и стеклянным дном. Такой бак погружается в воду, и через него можно осмотреть винт. Для полной уверенности практикант Сергей Косарев спустил с борта камеру go-pro, растянув её на двух крепких нитках, чтобы камеру не крутило. Остатков веревки было не видно, похоже винт в безопасности.

— Один раз в рейсе четыре намотки было! — вспомнил стармех Петр Холдобо. — Первые два раза удалось разорвать, а в третий — винт вообще крутиться перестал. Вода ледяная, гидрокостюма нет, нырять не в чем. Что делать? Поставили паруса. Пошли вперед, а винт запустили в обратную сторону. Не сработало. Снова набрали скорость, еще раз попробовали. Не помогло. В третий раз разогнались до 9 узлов. Запустили винт в обратную сторону, и размотали веревку. Пришли во Владивосток, только выдохнули и тут же у причала намотали на винт рыбачью сеть.

Хорошо, что мы не легли в дрейф ночью. Днем было намечено мероприятие, которое нельзя пропустить. 115 лет назад 27 мая 1905 года возле японского острова Цусима погибла российская военная эскадра, и огромная Российская империя проиграла войну с крошечной островной Японией.

В 13 часов 30 минут «Паллада» подошла к месту, где случилось одно из самых драматических морских побоищ за всю мировую историю, в результате которого русский флот потерял более 30 боевых кораблей. Погибло 5 тысяч моряков. Часть броненосцев до сих пор лежит на дне, став братской могилой для героев.

Чтобы почтить их память, команда и курсанты «Паллады» выстроились на палубе. Курсанты на юте, команда и практиканты на квартердеке, офицерский состав на мостике. Приспустили российский флаг. В этот момент к нам подошел «Седов», поприветствовав «Палладу» двумя печальными длинными гудками.

Капитан Зорченко выступил с трогательной речью, посвященной героизму погибших. Сняли фуражки и спустили в воду венок с траурной лентой «От экипажа Паллады». Этот венок хранился на паруснике и обошел весь мир, чтобы погрузиться в воду возле Цусимы.

< Предыдущая запись — Следующая запись >

Кругосветка «Паллады». День 68. Вести с земли

Весь день на бушприте дремали две цапли. Одна белая, другая желтоголовая. Если люди подходили близко, цапли нехотя расправляли крылья, делали круг над «Палладой» и садились обратно на сетку бушприта, пряча сонные головы в перьях.

Куда они едут? — размышлял я. Понимают ли, что движутся на север, или просто отдыхают после долгого перелета? Если не понимают, то наверное удивятся, проделав за сутки больше ста миль. А если понимают, то выходит, что они тоже морские практиканты, как и мы: то на бушприте посидят, то на мачту взлетят, то по палубе с важным видом прогуляются.

Наши практикантки Лада Залетова и Ирина Закожурникова решили окончательно закрыть вопрос с подъемами. Лада не могла избавиться от высотобоязни, а пенсионерке Ирине было сложно подниматься по вантам. Тем не менее, обе женщины набрались смелости, чтобы покорить брам-салинг и бом-брам-рею. Это около 45 метров от уровня палубы.

Высоту берет Ирина Закожурникова из Астрахани.

Самое сложное при подъеме на мачту — выйти на салинговую и брам-салинговую площадки. Нужно подниматься по металлическим путенс-вантам под отрицательным углом. Для этого нужны отвага и тренированные руки гимнаста. Но Лада и Ирина нашли обходной путь по креплениям рей. Ирина поднялась на брам-салинговую площадку, а Лада вышла на нок бом-брам-рея. Выше только клотик — шляпка мачты, на которую вахтенные офицеры запрещали подъем.

Всё-таки море меняет людей. Они стояли над морем — улыбающиеся, загорелые, отважные женщины. Разве кто-нибудь подумал бы в начале пути, что они решатся подняться выше марсовой площадки? Ни за что!

Мы оказались в параллельной вселенной. Здесь море, а там на суше — незнакомый нам коронавирус. Каждый из нас получал из дома сообщения, иногда тревожные, иногда удивительные. Только по ним мы могли представить, что происходило в мире.

Жена практиканта Стаса Ляховецкого ездила каждый день на работу. У неё была такая работа, что из дома её делать нельзя. Ходила по Москве в маске и перчатках, а по вечерам устраивала пробежки во дворе, пока не видит Росгвардия. Их 4‑летняя дочка сидела с бабушкой на даче и занималась удаленно через видеосервис Zoom английским языком.

У практикантки Елены Комратовой вирусом переболела двоюродная сестра в Москве. К счастью, вылечилась. Подруги жаловались, что в изоляции едет крыша: нечего делать. Одна увлеклась онлайн-танцами, другая вычистила мебель, перемыла посуду, постирала шторы — дом блестел, как никогда раньше. Офис перешел на дистанционную работу. Родные и даже начальница писали: «Лена, какое счастье, что ты в море!»

Лена и Лада

Муж Ирины Закожурниковой остался в Астрахани. Сидел дома, смотрел из окна на Волгу, на улицу не выходил. О нем заботилась дочь, привозила продукты. Внучка заканчивала медицинский колледж и собиралась проходить практику в больнице. Никогда Ирина не разлучалась с мужем так надолго. Даже три недели путешествия казались слишком долгим сроком, а вышло 2,5 месяца. Но нынешнюю кругосветку она считала одним из самых важных событий в своей жизни, наряду с поступлением в МГУ и встречей с мужем.

Роман Маричев поделился двумя историями из Орла. У его приятельницы была небольшая туристическая фирма, которая кормила её и дочку. С началом карантина фирму пришлось закрыть, других источников дохода у женщины не было. Попыталась устроиться кассиром в продуктовый магазин. Там потребовали санитарную книжку. Но контора, выдающая такие книжки, оказалась закрытой из-за коронавируса. Круг замкнулся, деваться некуда.

Другая знакомая работала медсестрой в больнице. Платили оскорбительно мало, и она устроилась работать помощником нотариуса, а потом ушла в службу судебных приставов. Год назад у неё истек сертификат медсестры, и она решила его восстановить. Без видимой цели, жалко же, если пропадет. Заново сдала экзамены, а нынешней весной сертификат пригодился: устроилась работать в больницу для инфицированных коронавирусом. Ей предложили зарплату 250 тысяч в месяц. Это при том, что на последнем месте работы не выходило и тридцати. Вот такие перемены в жизни.

Сам Роман надеялся выйти на работу, как только доберется до дома. Его начальник написал в рабочий чат: «Роман присоединится к нам после 4 июня. Его не принял Сингапур». «Не принял Сингапур? — ответил один из коллег. — Как скучно я живу!»

Непотопляемые практиканты Клуба Кожухова

В городе Оха на Сахалине, где жили Сергей и Светлана Косаревы, не было ни одного заболевшего.

— Их еще в Южно-Сахалинске отлавливают! — смеялся Сергей.

Горожане некоторое время прятались по домам, но сейчас гуляли по улицам, катались на мотоциклах, ходили на охоту. Нефтяные и газовые промыслы не переставали работать. Детские сады были открыты тоже: надо же нефтяникам где-то оставлять детей? Даже кафе открылись. У подруги Светланы дочка собиралась идти на школьный выпускной бал.

Город Оха обсуждал не коронавирус, а скандал с мэром Гусевым, который в очередной раз попался на незаконной охоте. Его попытались выгнать, а он упирался и заявлял: меня народ выбрал, народу виднее, кому и где можно охотиться!

15-летний сын Сергея и Светланы жил с бабушкой. Первый месяц был рад тому, что остался без родительского присмотра. Но теперь писал, что скучает.

Сергей отправился на «Палладу», вернувшись с месячной вахты. Даже домой не заезжал. А сейчас вместо него работал сменщик, уже три месяца. По возвращении в город Сергей собирался сесть на машину и уехать на вахту на 3 месяца, не заходя домой. Увидеть сына он сможет лишь осенью. 

Родители Михаила Голованова застряли дома в Нижнем Новгороде: мама не могла выехать на дачу, папа грустил, что не получится подготовить яхту к летнему сезону. Чтобы выйти, нужно оформить QR-код, а они не умеют. В целом жизнь в городе была терпимая, но люди мучились из-за агрессивной информационной среды. По этому поводу Михаил вспомнил притчу:

— Идет путник, а навстречу чума. «Откуда идешь, чума?». «Из города. Убила тысячу человек». «А я слышал, что 5 тысяч». «Нет, только тысячу. Остальные от страха умерли».

Притча не про наших практикантов. Чуму шапками не закидаешь — это понятно. Но и от страха никто из нас умирать не собирался.

< Предыдущая запись — Следующая запись >

Кругосветка «Паллады». День 67. Последний отсчет

Владивосток был всё ближе. Десять дней, и мы дома. Наши практиканты на радостях придумали каждое утро выкрикивать на камеру число оставшихся дней. Начали вчера. А сегодня уже:

— Девять!!!

Обратный отсчет, который завершится словом «Приехали!». Мы возвращались на многострадальную, коронавирусную и такую любимую сушу. Придется носить маски, перчатки и соблюдать всё, что нужно, к чему большая часть планеты уже привыкла, а мы еще нет.

Мы вошли в Корейский пролив, где проходили районы стрельб. Судя по карте, у берегов Южной Кореи их больше десятка. Над нами постоянно кружили НАТО-вские самолеты-разведчики. Присматривались, а не занимаемся ли мы разведкой сами? Не плывет ли под нашим днищем секретная российская подводная лодка? Мы и сами не знали. Было приятно думать, что плывет.

К вечеру возле острова Чеджудо появилась связь, но неустойчивая. Десятки телефонных огоньков перемещались по палубе, пытаясь найти точку, где заработает интернет, и наконец скопились на баке.

— Руководителю практикантов Кубатьяну прибыть на мостик, — закричало радио зловещей хрипотцой 3‑го помощника Дениса Шишина.

Я поспешил на мостик. Шишин стоял, широко расставив ноги и слегка раскачиваясь на носках, как охранник подпольного казино. Для завершения образа не хватало электрошокера в руке. Впрочем, он искрился сам, без дополнительных приспособлений.

— Сколько, уважаемый руководитель практикантов, вам говорить, чтобы ваши практиканты не светили на баке по ночам! Из-за ваших телефонов нам совершенно не видно встречные лодки! Это может привести к аварии. Я на вас рапорт напишу, — сказал 3‑й помощник, вставляя в свою речь живописные непечатные восклицания.

На мое предположение, что прямо в этот момент на баке могут быть не только практиканты, но вообще все, Денис Шишин обозвал нас «пассажирами» и надулся как рыба-луна.

Что ж, корабль — не пансион благородных девиц. Работа на мостике сложная, нервная. Тем более, что Шишин оказался прав. В толпе собравшихся на баке светлячков было два практикантских, их я попросил удалиться к грот-мачте, а на остальных пусть 3‑й помощник охотится сам.

Вообще-то Денис не всегда реагировал нервно. В переходе от Кейптауна до Маврикия он был дружелюбным. По нашей просьбе включал и выключал свет на палубе, помогал разобраться в прогнозе погоды, рассказывал о своем опыте на паруснике «Надежда». Лишь в последний месяц его злило всё на свете. Практикантка зашла с вопросом на мостик, он на неё накричал, дескать, не спросила разрешения и вообще мостик не для посторонних. Курсанты-рулевые отклонились от курса — он их выгнал с руганью.

— Ну, а что делать, если курсанты тупят? Вот что ваш второй механик делает? — возмущенно спросил он практиканта Сергея Косарева, присутствовавшего при последней сцене.

— Он их учит, — спокойно ответил Сергей, проводящий почти всё время в машинном отделении. Но 3‑й помощник не согласился, уверенный, что некоторых учить бесполезно, и встал за руль сам. Мне показалось, что Денис Шишин тайно вел собственный обратный отсчет до прибытия во Владивосток. И вместе с нами тихо шептал в каюте по утрам: «Девять!!!»

< Предыдущая запись — Следующая запись >

Кругосветка «Паллады». День 66. Висельник на бушприте

Капитан рассказал историю. В 1997 году «Паллада» была на регате на острове Окинава в Японии. Суда встали у причала на американской военно-морской базе. Парусников было много: из Польши, Мексики, Индонезии. В одном из баров моряки заговорили о том, что у большинства судов есть бушпритная фигура, а у «Паллады» отчего-то нет. А может и не было этого разговора, но его последствия были точно. Ночью шутники-яхтсмены из Австралии выкрали фигуру полковника Сандерса, стоящую у входа в местный ресторан KFC. Незаметно подплыли к «Палладе», закинули веревку на бушприт и подтянули полковника наверх.

Утром капитана разбудили. Приехала военная полиция на «хаммерах». С десяток рослых полицейских с пистолетами в кобурах стояли на пирсе, недобро скрестив на груди руки. Они потребовали проводить их на палубу и указали капитану на висящее на бушприте тело.

— Я вышел на площадку и обмер. Висит человек неживой, за шею подвешен. У меня в глазах потемнело, — вспоминал капитан. — Что поразило, человек был в шляпе. Я еще думаю: что же он в шляпе? Наверняка дергался туда-сюда, шляпа должна была улететь. А он еще и с тростью. И тут понял. Отправил вахтенных снимать «висельника».

Пока вытаскивали несчастного полковника, его трость упала в воду. Курсанты понесли фигуру обратно в ресторан. В благодарность их там бесплатно накормили, но всё-таки не забыли спросить: «А где трость?» Потом токарь по фотографии фигуры сделал из медной трубки новую трость. И тоже получил талоны на бесплатную жареную курицу из Кентукки.

Потом австралийские шутники признались. И сообщили, что ещё хотели прицепить «Палладу» к забору, чтобы, уходя на регату, она эффектно утащила за собой забор. Просто не успели.

< Предыдущая запись — Следующая запись >

Кругосветка «Паллады». День 65. День рождения капитана

В этот важный для «Паллады» день капитан не вышел на утреннее построение. Никто не вручил ему поздравительный диплом, не объявил: «Очередная радость пришла в наш дом…». Видимо это и есть удел сильных мира — выше тебя нет никого, кто одобрительно похлопал бы по плечу и перед строем вручил диплом с поздравлением.

Впрочем, ветераны «Паллады» уже с утра шушукались, собирая подарки капитану, а от команды Николаю Зорченко подарили огромный торт в виде цветочной корзины. Хотя торт — заслуга камбуза и лично повара Галины Михайловой. Не было ни одного праздника, чтобы она не удивила своей выпечкой и кондитерскими изделиями. Но в этот раз она соорудила что-то невозможное, воздушное, достойное лучших ресторанов от Кейптауна до Владивостока.

Про капитана Зорченко не зря говорили — «легендарный». Полвека в море, из них почти тридцать лет на парусниках. Награжден орденом Александра Невского, орденом «За морские заслуги», а медали даже не считал нужным упоминать. Принимал на борту правительство Кубы, открывал парад в Севастополе. Командовал не только «Палладой», но и барком «Седов», даже ходил на нем вокруг света. И жалел лишь о том, что так и не смог попасть в Антарктику, проплыть мимо айсбергов.

Легендарный капитан.

В море капитан проводил по 8–10 месяцев в году, но это не мешало ему оставаться главой семьи.

— Главное, чтобы семья не мешала моряку работать, — говорил капитан. — Для меня работа превыше всего. Всё, что я имею, это только благодаря работе. Когда моя жена была невестой, я ей сказал: работу менять не буду, жену — могу, а работу — нет. Жена приняла мои правила. Знает, что несмотря на мой мягкий характер, работа у меня одна. Конечно, важно, чтобы семья не только банковской карточкой пользовалась, но и знала, что папа приедет, наведет порядок. Поможет, посоветует, что-то купит, ремонт сделает. Семью содержу я, и руковожу я. Даже когда не рядом, когда в морях, они живут так, как я скажу.

Судя по этой речи, у капитана не такой уж мягкий характер. За внешней мягкостью, доброжелательностью, дипломатичностью чувствовались упрямая воля и решительность. Да и как иначе работать капитаном столько лет? Отдавать приказы, наказывать провинившихся, действовать в экстремальных ситуациях.

Интересная деталь биографии: капитан Николай Зорченко 7 лет служил в ГАИ. Оказался там, получив повестку о призыве в армию. К тому моменту он уже был старпомом и старшим лейтенантом запаса. Можно было пойти на флот, но в этот момент объявили партийный набор в милицию. И Зорченко, как члена партии, отправили служить в качестве замполита. Дослужился до капитана милиции. А потом вернулся на флот и тоже стал капитаном. Получается, что Зорченко — дважды капитан.

Что-то в нем есть от полицейского…

После службы в 1991 году он пришел на парусник, как думал, на один-два рейса. Его бывший однокашник капитан «Паллады» Арсентьев искал себе помощника, чтобы был «незлобивый, и не дурогон», так как с курсантами нужно уметь работать. В итоге Зорченко остался на «Палладе» и стал её неотъемлемой частью.

Вечером на судне устроили концерт, последний в этом рейсе. В честь завершения кругосветки и в честь капитана. Пели военные и морские песни, пели про «Палладу». Юнга Савелий сочинил и прочитал капитану хвалебную оду. Как на зло, перед этим Николая Кузьмича срочно вызвали на мостик: важный телефонный звонок. Наверное, поздравительный — из самых высоких сфер, проигнорировать невозможно. Поэтому юнга читал поздравление залу без капитана. Ода всем понравилась, но капитан её не услышал.

Концерт в честь завершения кругосветки.

Практикантка Ирина Закожурникова нашла в старом журнале текст песни про «Палладу», за подписью неких боевахтинцев, видимо сотрудников редакции газеты «Боевая вахта». Детский писатель Юрий Парфенов быстро сочинил к тексту оригинальную мелодию, немного напоминающую песню «Паруса Крузенштерна», но не настолько, чтобы сразу догадаться. Мы всей практикантской группой разучили её и спели вместе с юнгами.

Признаюсь: не выучил снасти.
Учить хоть сегодня готов.
Какое же всё-таки счастье:
Руками потрогать швартов! — 2р

Притронусь к истории словно,
Былое представить я рад:
Штурмует свирепые волны
Прославленный русский фрегат. — 2р

«Паллада», «Паллада» — легендой
В душе моей с детства живет,
Надеть бы матросскую ленту,
Что русский прославила флот. — 2р

Идти вам по белому свету
Сегодня, друзья, не впервой.
«Паллада» несет эстафету,
Несет в океан мировой. — 2р

Моряцкое сердце, порадуй:
Увидеть хочу чудеса.
«Паллада», «Паллада», «Паллада»,
Возьми под свои паруса! — 2р

< Предыдущая запись — Следующая запись >

Кругосветка «Паллады». День 64. Главный по УСС

Самая важная служба на «Палладе» — это УСС, учебно-судовая служба. Судно, по сути, плавучее училище. Подготовка курсантов — его основная задача. Возглавлял УСС помощник капитана по учебной части Владимир Раменский. Если капитан на судне — бог, то Владимир Раменский был полубогом, вторым по важности в иерархии. Именно он здоровался с курсантами на утреннем построении, за исключением праздничных случаев, когда выходил сам капитан.

Судовая жизнь была аккуратно расписана по часам. В 8 утра построение и подъем российского флага. В 8:30 капитан собирал в своей каюте руководителей служб для совещания. В 8:50 Владимир Раменский собирал в салоне команды руководителей практики, а те передавали курсантам новости и распоряжения. Учебный и рабочий планы были расписаны на недели вперед, но в расписание иногда вмешивалась погода или другие события.

— Это у преподавателей на берегу всё стабильно, меняется лишь картинка за окном: снег или дождь, — объяснял Раменский. — У нас в любой момент на занятиях может быть аврал. В шторм в учебной аудитории укачивает. Или вдруг поломка, приходится лектора снимать с занятия, так как он занят в ремонте. К смене часовых поясов тоже нужно привыкать.

Владимир Раменский в праздничной бейсболке

Поэтому на судне программа на день определялась по утрам. Пока руководство совещалось, курсанты занимались малой приборкой. Подметали и мыли палубы судна, драили медные ручки. Наряд по МОП чистил МОП «до конца малой приборки».

С 9:30 до 11:20 шли учебные занятия и судовые работы с перерывом на 10 минут. Курсанты заранее знали, кто пойдет учиться, а кто работать. Например, сегодня у курсантов с верхних коек учебная смена, а с нижних — рабочая. На следующий день они поменяются. Отдельное расписание у тех, кто пойдет на вахту — на камбуз, в столовую, на мостик или в машинное отделение. В некоторых случаях они могут даже не выходить на обязательные для всех зарядку, построение или авралы.

После обеда с 12:30 до 15:20 еще три учебно-рабочих часа. И после полдника вторая малая приборка до 17:20, а потом начнутся любимые всеми спортивно-культурные мероприятия.

Команды, что и когда делать, отдавали с мостика, сверяясь с часами и списком команд, висящих на стене. Но кроме мостика этим занималась рубка УСС, в которой сидел дежурный курсант и также отдавал команды, касающиеся текущих вопросов: «Курсанту такому-то прибыть туда-то», «Наряду по МОП прибыть в МОП», «Матросы и курсанты первой смены приглашаются на обед. Приятного аппетита».

Рубка УСС — крошечная комната со столом, судовым телефоном на стене, микрофоном громкой связи и кулером с водой. Дежурные менялись, у каждого была своя манера отдавать команды. Одни говорили отрывисто и строго, другие не выговаривали буквы, третьи упражнялись в остроумии. Юнга Савелий, занимавшийся в театральном кружке, даже из простого приглашения на обед делал спектакль. «Приятнейшей трапезы» — растягивал он сахарным голосом дореволюционного полового.

Еще один микрофон находился в каюте капитана, который тоже мог отдавать команды или зачитывать новости. Как правило, все знали, кто и в каком порядке выходит в судовой эфир. Но иногда бывали накладки, когда микрофоны включались одновременно или звучали противоположные по смыслу команды.

Научить курсантов уверенно пользоваться судовой связью, командовать и выполнять команды — одна из задач учебного парусника.

Владимир Раменский на параде

— Сначала их учим мы: учим жить по уставу, объясняем правила поведения и распорядок дня. Потом они сами начинают учить друг друга, — говорил Владимир Раменский. На флоте он работал с 1979 года, несколько раз горел на судах, но море не разлюбил. Будучи сам капитаном дальнего плавания, предпочитал работать с курсантами. Устраивал концерты, КВНы, спартакиады, праздники. Раменский порой ворчал и сердился, но человеком был безусловно добрым. Учил курсантов, и сам учился у них:

— У всех ребят телефоны и ноутбуки. Они предложили: давайте проведем соревнование по компьютерным играм? Я сначала сомневался: что это такое? Потом согласился. Собрались в учебной аудитории, объединили компьютеры в сеть. И отлично провели мероприятие. Такой был ажиотаж! А победителей наградили.

По мнению Раменского, в этой кругосветке курсанты вели себя на редкость дисциплинированно и учились хорошо. Когда из-за коронавируса отменили заходы в порты, помощник по учебной части переживал больше других. Не из-за себя, а из-за ребят, оказавшихся запертыми на борту. Но курсанты сказали: всё нормально, идем домой и отлично. Никто не опустил руки, не заявил: ничего не хочу делать, я устал. Главные достоинства моряка, считал Раменский, это терпение и умение преодолевать трудности. В этом смысле курсанты не подвели.

В свободное от работы время он выходил на палубу полюбоваться природой:

— Радуги на море такие красивые бывают… на земле не встретишь. Звезды совсем близко, особенно на экваторе, так ярко видно, что хочется рукой схватить.

Про людей попроще говорят: «звезд с неба не хватает». Это точно не про Раменского. Судя по судовым концертам, он их даже выращивал.

< Предыдущая запись — Следующая запись >

Кругосветка «Паллады». День 63. Грудь в медалях и нигерийский клип

Мы стояли в дрейфе, красились. На меня дрейф нагонял тоску. Хотелось скорее домой, но монитор в учебном классе показывал нашу скорость — 1 узел в случайном направлении. На интерактивной карте наше судно было похоже на стрелочку компаса, забывшую где север, и бессмысленно крутящуюся вокруг оси. 

Или на стрелку часов, показывающую вечный «файв о„клок». Время шло, но не двигалось. Мы сидели и пили чай в компании с зайцем и шляпником. Детский писатель Юрий Парфенов пошел в салон отдыха команды и провалился внутрь дивана.

— Я провалился во временную яму, — заявил он, выкарабкиваясь из-под подушек. — Это потому, что мы находимся на широте египетских пирамид.

Проверили по карте: действительно там находимся. Может поэтому нас крутит?

Боцман фок-мачты Владимир Ганцалев за работой.

Чтобы судно перестало крутиться, команда фок-мачты торжественно выволокла из парусной мастерской плавучий якорь: обшитый канатом брезентовый мешок, похожий на гамак для толстого человека. К мешку была прикреплен оранжевый буй. По замыслу, плавучий якорь должен был стабилизировать судно относительно течения. Спустили в воду, посмотрели, но нет — якорь плавал без желания выровнять «Палладу».

— Максим, кажется в мешок рыба заплыла! — крикнул кто-то.

— А что, хорошая штука. Можно и рыбу ловить, — легко согласился старший матрос Максим Сметанин. Но удержать судно весом в 3 тысячи тонн плавучий якорь не смог. Матросы повздыхали и с сожалением вытянули мешок обратно.

В операции по заброске якоря принимала участие практикантка Елена Комратова. Давала полезные советы и звенела медалями на груди. Во время марафона Лене кто-то подарил значок. Потом еще один. Подаренные значки и медальки она вешала на грудь и обнимала дарителя, так что команда судна начала дарить Лене один значок за другим: олимпийский значок, беговой, пионерский, даже нагрудный знак «почетный член экипажа». 

За оказанную при установке бесполезного якоря помощь Лене вручили третью по счету сувенирную медаль «УПС Паллада». И теперь она была похожа на корейского генерала.

Грудь её в медалях, ленты в якорях.

После развлечения с якорем, мы собрались в салоне команды для презентации нового видеоклипа нигерийского курсанта Артура Оге Нвабуфо. Пришел и сам Артур. Клип снимал я, но участвовали многие. В сцене про девушку снималась Елена Комратова, в сцене про бабушку — матрос-уборщица Людмила Богомолова. В финальном танце участвовали юнги, эту сцену снимал с дрона оператор Евгений. Так что клип получился эпическим.

Песню Артур сочинил на английском, за исключением всего двух фраз: Eto musika for devushka, Eto musika for babushka. Песня задумывалась как российская патриотическая. По музыке — смесь диско и хип-хопа. Бит прислали его друзья из Нигерии, а вокал Артур записал в студии во Владивостоке.

Этой песне предшествовала любопытная история. Отец Артура Нвабуфо был певцом и однажды написал песню в честь президента Нигерии. У власти тогда был Гудлак Джонатан. Президенту понравилась песня, и её автор был обласкан и приближен к власти. Но в результате парламентского расследования выяснилось, что при попустительстве президента Гудлака из казны пропало почти 7 миллиардов долларов, что государственная нефть продавалась по заниженным ценам и прочие неприятные вещи. Возможно, руководителя Нигерии оговорили недоброжелатели, но в 2015 году свой пост он потерял. Потерял привилегии и певец, прославлявший неудачливого Гудлака. Новый президент Мохаммад Бухари сменил штат придворных льстецов. Тем не менее, папа Нвабуфо не сдался, и раскидал своих сыновей по разным перспективным сферам, как фишки в казино, надеясь, что хотя бы сыновья добьются успеха. Артур должен был выучиться на морского капитана, а потом, при очередном повороте колеса фортуны, вернуться в Нигерию и стать адмиралом. А написать хвалебную песню в честь российского президента он придумал сам. Ну, а что? Если в Нигерии получилось, почему не выйдет в России? 

Какой матрос не мечтает стать адмиралом?

К сожалению, Артур переоценил знание нашими согражданами английского языка. Написал бы по-русски, кто знает, какова была бы судьба этой песни? А пока что ей требовался перевод. 

Текст песни:

Ха-ха-ха! Услышьте сейчас.
Давайте все в России праздновать. Надевайте свою танцевальную обувь.
Ха-ха! Вот так хорошо.
Все в России поднимайте флаг России. Давайте праздновать. Давайте покажем, что у вас есть.
Россия — ваша Родина. Танцуйте со своим Отечеством. Россия — чудесная страна.
Это песня вашей победы. Это песня вашей истории.
Это музыка для девушки. Это музыка для бабушки.
Есть так много всего, чем можно гордится. Есть так много, чему можно быть благодарными. Так что давайте праздновать.
Россия — земля чемпионов, земля королев, земля королей, и всяких разных вещей. Так что давайте праздновать.
Здравствуйте, мистер Путин. Я называю вас мистер Добродетельный. Я видел вас по ТВ. Вы нравитесь мне больше, чем Индия. Вы нравитесь мне больше, чем икра. Давайте праздновать.
От Америки до Африки давайте праздновать. С любовью из России. Давайте праздновать.
Это музыка для девушки. Это музыка для бабушки.
Вот как мы делаем в России!

За ночь я смонтировал клип из 127 отснятых кусочков. Начинался он так: Артур вместе с курсантами скреб палубу металлическим скребком. Потом танцевал на вычищенной палубе. Затем, одетый в парадную форму поднимал российский флаг. Танцевал, стоя за штурвалом. Брал пеленг. Танцевал с девушкой и бабушкой. Тренировался на палубе вместе с курсантами, поднимал штангу, подтягивался, отжимался. Общался с портретом Путина. Танцевал возле штурманской карты. И, наконец, танцевал с юнгами на палубе у фок-мачты.

Получилось задорно, всем понравилось. Не знаю, могу ли я претендовать на приз от MTV. Но, думаю, что внёс некоторый вклад в международный шоу-бизнес. Не каждый может похвастаться, что снимал российско-нигерийский музыкальный клип.

< Предыдущая запись — Следующая запись >

Кругосветка «Паллады». День 62. Красота неописуемая

28 градусов северной широты, 124 восточной долготы. Солнце вышло снова, и на палубе было тепло. Мы легли в дрейф и стояли, едва покачиваясь на волнах. До порта Владивосток осталось меньше тысячи миль. Эту дистанцию можно пройти за неделю, но нужно было растянуть на две. 

Нас ждали не раньше 3 июня. У курсантов шел нужный им морской ценз, а команда получала зарплату и командировочные исходя из этой даты, не возвращать же лишнее? К тому же на судне было много работы, которую предстояло сделать до возвращения: покрасить корпус и детали палубных надстроек. 

Штиль и солнце — лучшее время для покрасочных работ. Кроме того, нужно было починить пострадавшие во время шквала паруса. На фоке разорвало по шву нижний марсель. На гроте и бизани потрепало верхние марселя. Ничего страшного. В истории «Паллады» были шторма, когда рвало по 20 парусов за раз. А тут всего три.

В парусной мастерской образовался пошивочный цех. Вместе со старшим боцманом Николаем Абрамовым трудились матросы Олег Анищенко и Максим Сметанин. А им помогала практикантка Лада Залетова. Прошив очередной шов, они хором удовлетворенно вздыхали присказкой старшего боцмана: 

— Красота неописуемая!

Срезают поврежденные паруса.

На гроте и бизани курсанты срезали верхние марселя и на тросах аккуратно спустили вниз. Наверх подняли запасные. В парусной мастерской хранилось несколько комплектов парусов: чиненые-перечиненные, зато всегда в наличии. 

На фоке не стали срезать парус. Олег и Максим оседлали рей и зашили марсель прямо наверху. Максим орудовал иглой и гардеманом, самостоятельно сделанной портновской перчаткой. Олег придерживал парус и подавал нитку. За день поправили паруса, как будто и не было шквала.

Олег и Максим зашивают парус

Пока мы стояли в дрейфе, к судну приплывали медузы и экзотические морские создания. Практикантка Ирина Закожурникова заметила большую белую рыбу, которую стоявшие рядом матросы назвали рыбой-луной. Мимо парусника прошла стая дельфинов. Они выпрыгивали из воды: маленькие, черные, блестящие. Один раз подплыла акула. На поверхности был виден только плавник. Хищный треугольник порыскал вдоль борта, но не нашел чем поживиться и разочарованно скрылся в морской глубине.

Небесную голубизну перечеркнул белый след самолета.

— Какой красивый самолет! — захлопала в ладоши практикантка Елена Комратова.

Лена Комратова от радости качается на штаге

Все недоуменно попытались разглядеть самолет, но его не было видно. Не теми глазами смотрели. Ведь след самолета означал, что перелеты разрешили снова. Значит мир возвращался к нормальному состоянию.

Вот и капитан Зорченко по радио заверил, что эпидемия идет на спад, и карантин вот-вот снимут. Практикант Михаил Голованов получил по почте сообщение, что начались вылеты с Маврикия. Если бы полтора месяца назад мы смогли выйти на острове, то сейчас летели бы домой. Но нас не выпустили, так что жалеть не о чем. Зато мы проплыли половину мира. И если повезет, думали мы, то к нашему возвращению, вирусная вакханалия и правда растеряет силу.

< Предыдущая записьСледующая запись >

Кругосветка «Паллады». День 61. Пионерская зорька

19 мая. На море стало пасмурно и зябко. Не нашей северной зябкостью, а неуловимой, которую можно ощутить, вынырнув из тропиков. В кубрике мы начали укрываться шерстяными одеялами.

Я разглядывал скопившиеся на небе облака и понимал, что недозагорел, а теперь уже и случая не будет. Надо было тоже, закатав трусы покороче, растянуться на палубе, поворачиваясь к солнечному жару то одним боком, то другим, как рыба на сковородке. А теперь буду ходить остаток года с темными руками и лицом. Ну, это ничего, благородный загар, офицерский.

Всегда готов!

В этот день в 1922 году была создана пионерская организация. Я бы и не вспомнил, но старшие товарищи подсказали. Мы захотели отметить 98-летие пионерии. В нашей практикантской группе пионерами были все, кроме Стаса Ляховецкого. Он был октябренком, кандидатом в пионеры. Решили его тоже принять.

Практикантка Елена Комратова в парусной мастерской из старых флагов расцвечивания сшила пионерские галстуки. Красной материи не хватило, и галстуки вышли бело-красные, как у польских скаутов. Заодно Лена сделала две красные пилотки. Слишком большие и выглядевшие на нас как шапочки епископов. Пришлось их чуть подшить.

Практикантка Елена Комратова сшила пилотки и галстуки.

Помпоуч Владимир Раменский выдал для пионерского мероприятия барабан с палочками и пионерский значок из своей личной коллекции значков. Как играть на барабане, никто из нас толком не вспомнил. Получился не задорный пионерский бой, а мрачный белогвардейский, под такой разве что с отрядом каппелевцев идти в психическую атаку. Зато с барабаном можно было позировать для снимков.

Детский писатель Юрий Парфенов явился на пионерскую линейку с флагом. Нацепил на палку свою оранжевую футболку со светоотражающими полосками и ходил с ней по палубе, как с хоругвью. На Юрия зашикали, чтобы не дискредитировал пионерскую идею. Он обиделся, и умаршировал в кубрик.

Зато в пионеры приняли подвернувшегося под революционную руку нигерийца Артура Оге Нвабуфо. Надели на него галстук и пилотку, заставили отдать честь и крикнуть «Всегда готов!». Пионер-интернационалист Артур выполнил ритуал, опасливо согласившись, что к борьбе за дело Ленина и коммунистической партии готов, только отпустите.

Нигериец Артур тоже с нами.

Вечером мы вспоминали пионерское детство: как ходили строем, трубили в горн, собирали металлолом и макулатуру. Оказалось, что огромный, веселый и хулиганистый практикант Сергей Косарев был примерным пионером. А спокойного и интеллигентного Михаила Голованова дважды отчисляли из пионеров за плохое поведение и предпринимательскую деятельность, он собирал и сдавал за деньги пустые бутылки. 

Я сам не скажу, каким был пионером. Помню, что ходил в школу в аккуратно наглаженном галстуке, но однажды перестарался и прожег галстук утюгом. Не уберег! Так и ходил оплавленный, пока мне не купили новый галстук.

< Предыдущая запись — Следующая запись >

Три документальных фильма о парусниках и людях, жизнь которых изменило море

Кругосветка Лауры (2013)

Фильм, рассказывающий невероятную историю Лауры Деккер, голландской школьницы, ставшей в 2012 году самой юной путешественницей, совершившей одиночное кругосветное путешествие на яхте.

На момент путешествия Лауре было 17 лет.

Утренний свет (2008)

История о пятнадцати друзьях, которые отважно бросили вызов профессиональным яхтсменам в парусной регате T52.

Это один из последних проектов племянника Уолта Диснея — Роя Эдварда Диснея. Фильм выпущен киностудией Walt Disney.

«Утренний свет» — это название яхты Morning Light, на которой ребята участвовали в престижной гонке.

180° на юг (2010)

Что вы знаете об Ивоне Шуинаре?

Это человек, который изменил понимание outdoor индустрии, основав компанию Patagonia. Его друг Дуглас Томпкинс основал компанию The North Face.

Произошло это после экспедиции на парусной яхте в 1968 году в Патагонию, в которой они (и не только) приняли участие. Фильм рассказывает об этом уникальном путешествии, которое реконструирует авантюрист Джефф Джонсон.

Фильм доступен в сервисе Netflix.

Кругосветка «Паллады». День 60. Пор-р-рвали парус

Мы проходили остров Тайвань. Нас подхватило южное течение Куросио. Теплое течение, попутное. Оно добавило нам скорости. Море плескалось и было похоже на море, а не на застывшее цветное стекло.

Ветер усилился, на мостике решили сыграть парусный аврал, перебрасопить реи и поставить прямые паруса, подтянутые к реям гитовыми и горденями. Но свежий ветерок неожиданно превратился в шквал с дождем. Паруса со страшными хлопками начало бить о реи.

Внезапный шквал

— Отставить брасы! Ставим паруса, пока их не порвало! — грозно командовал с мостика капитан-дублер Сергей Толовиков. — На нижних марселей шкоты! Веселей! Веселей!

Судно качало. Вымокшие курсанты бросились на шкоты. На этот раз аврал действительно был похож на аврал.

— Берем! Ещё берем! — рычали боцмана.

— Подбирайте гитовы на верхнем фор-марселе. Что стоите ждете? Выбирайте левый шкот нижнего грот-марселя! — командовал мостик.

Вымокшие курсанты бросились на шкоты

— Давай! Ходом пошли! Раз-раз-раз! — надрывались курсанты. Поскальзывались на мокрой палубе, валились с ног, снова вставали и тянули.

Слишком поздно. Паруса распузырило ветром и справиться с ними было сложно. Один за другим затрещали по швам марселя на всех трех мачтах. Растерзанный парус на бизани яростно трепыхался на ветру, пытаясь сорваться с рея и улететь в Японию. Над штурвалом вырвало дождевой тент.

Шквал прошел так же внезапно, как и начался. Палуба выровнялась, паруса перестали сходить с ума. Ошалевшие курсанты подобрали и закрепили снасти. В суматохе остался незакрепленным гордень грота, он улетел в воду и шлепал по ней концом.

Выглянуло солнце, и спустя час ничто на палубе не напоминало о том, что произошло.

Максим Сметанин и курсанты фока

— Завтра будем срезать лопнувшие паруса, менять на целые, — с некоторым даже удовлетворением заметил старший матрос Максим Сметанин. Он недавно завершил ремонт парусов, порвавшихся во время штормовой регаты в Атлантике, и обрадовался новой работе.

Ближе к вечеру стало тепло и солнечно. От японских островов отделилось пять кораблей береговой охраны. Они приблизились и обошли вокруг нас. Казалось, будто крупные рыбы играют в догонялки. Три японских корабля, два китайских. Вооружены пушками. Внешне похожи, даже раскраска одинаковая, светло-серая. У японских три синих наклонных черты на борту и написано Japan Coast Guard, у Китая три красных черты и надпись China Coast Guard.

Мнения на палубе разделились. Может мы стали свидетелями территориального конфликта? Или попали в зону военных учений? Китайцы с японцами маневрируют, а мы, русские, делаем вид, что проходим тут совершенно случайно. Вчера «Седов» проходил, сегодня мы. Совпадение?

Думаю, ничего секретного мы не увидели. Лишь совместные маневры по отработке рутинных задач. Например, проведения спасательной операции или задержания контрабандистов. Береговая охрана больше занимается гражданскими вопросами, чем военными. Несколько часов покружившись вокруг, корабли отстали и продолжили игру самостоятельно.

< Предыдущая запись — Следующая запись >

Кругосветка «Паллады». День 59. Братья курсанты

Мы пересекли 23‑ю параллель, Тропик Рака. То есть вышли из тропиков и двигались к северным широтам. Стало прохладнее. Температура воздуха оставалась под 30 градусов, но ветер посвежел. На палубе не осталось почти никого, кто решил бы, что ему подходит «форма одежды — голый торс».

Незаметно проскочили Филиппинское море, самое большое в мире, и вышли в Восточно-китайское. К западу от нас находился Тайвань, к востоку — мелкие японские острова.

Дом был близок. Многие курсанты расслабились, да и устали. Семь месяцев в кругосветке, два последних без выхода на сушу. Кто-то еще был способен бежать на аврал, другие плелись нога за ногу, звеня наброшенной на плечо страховочной обвязкой.

— Свободны, бездельники! — насмешливо кричал боцман фока Ганцалиев курсантам после аврала, и они моментально исчезали с палубы, пытаясь рассредоточиться по койкам, пока их вновь не пристроили что-нибудь делать.

— Курсанты не понимают своего счастья, — вздыхал старший матрос-инструктор Олег Анищенко. В свои 39 он уже был опытным судоводителем, но хотел попасть в кругосветку и поэтому пошел матросом. — Вот где они еще получат нужный для работы ценз на большом судне и в дальнем плавании? В России судов мало, на практику попасть сложно. Попадешь на маленькое судно или такое, которое вдоль берега ходит, и ценз твой бесполезен — в хорошую компанию на танкер или сухогруз не возьмут.

Старший матрос-инструктор Олег Анищенко

Но многие курсанты понимали, зачем они здесь. Например, братья Иван и Павел Деркачи. У них разница в возрасте чуть больше года, но братья со школы не разлучались. Вместе поступили в морское техническое училище, вместе пришли на «Палладу». Они были похожи, с непривычки легко перепутать. Павел моложе, крупнее, чаще улыбается. Иван собран, сконцентрирован, увлечен спортом. Это он рекордсмен «Паллады» — отжался 130 раз. И именно он, единственный из курсантов, записался на марафонскую дистанцию в 42 км и честно пытался её пробежать, но осилил только полумарафон, что тоже немало. Оба брата танцевали, выступали в КВН и всегда были заметны в работе и на аврале.

Курсанты Павел и Иван Деркачи

— Кубрик у нас дружный, — рассказывал Павел. — Но ребята разные. Одни активные, ответственные. У других нет большого интереса к работе и учебе. До конфликтов дело обычно не доходит.

— Я с детства знал, что стану моряком, — вспоминал Иван. — Даже сомнений не было. И сейчас себя моряком чувствую. Мы на паруснике уже во второй раз. Прошлой весной на «Седове» ходили. Кстати, мы вас помним. Вы там песню «Лопухи» пели. Хорошая песня.

Вот если раньше мне братья Деркачи просто нравились, то теперь я уверен: на таких курсантах всё и держится. И про песню они точно заметили!

< Предыдущая запись — Следующая запись >

Кругосветка «Паллады». День 58. Кто такие «маслопупы»?

Новая смена курса: мы обходили Тайвань с востока. Опасный тайфун ушел в сторону и рассеялся. Остались его следы: рваные тучи, волнистое море и потерянный рыбацкий буй, плывущий нам навстречу.

Мы шли под косыми парусами, но больше под двигателем. Шли небыстро: чух-чух, над выхлопной трубой вился дымок то с левого борта, то с правого. В зависимости от направления ветра, закрывали то один люк, то другой, чтобы дым не летел на мостик. Дым выходил над турником левого борта или над турником правого, и я хорошо знал, каков он на запах. Последние дни я почти не подтягивался, после марафона потянул спину, поэтому просто висел. Дым валил, я висел, штурман на мостике делал измерения, а вместе это называлось «мы идем домой».

«Седов» нас обогнал на сутки, у него был мощнее двигатель. Но что-то у него случилось. Я слышал, что в Атлантике во время шторма в их мотор попала морская вода, и теперь он барахлил. Говорили, что к ним в Кейптаун прилетал механик из России. А теперь «Седов» торопился во Владивосток, чтобы отремонтироваться перед продолжением пути в Калининград.

На «Палладе» текущий ремонт делали самостоятельно и непрерывно.

Старший механик Петр Холдобо

— В 97 году шли в этих же водах, с Пусана до Сингапура, и у нас полетела турбина двигателя, — вспоминал «дед», он же старший механик Петр Холдобо. — Скорость упала, еле 5 узлов набирали. Поставили вместо турбины обычный комнатный вентилятор. Мощность двигателя выросла с 30 процентов до 50. Пошли на 2 узла быстрее, так и добрались до порта.

Наша практикантская группа подружилась с 3‑м механиком Алексеем Непомилуевым. Алексей был парнем веселым и вдумчивым, отцом двоих детей. Мечтал выучиться на кардиохирурга — не получилось, стал механиком, работал в заграничных плаваниях, потом получил экономическое образование и несколько лет проработал в банке. В итоге решил, что работать с механизмами легче, чем с людьми, и снова стал механиком. Из-за перерыва в работе Алексей иногда встречал своих бывших учеников, обогнавших его на карьерной лестнице:

— Когда-то я работал в Сингапуре на 350-метровом танкере. Прислали к нам практикантов-грузинов. Один у меня на вахте в машинном отделении стоял. Я его гонял сильно, говорил: из тебя толка не выйдет. А он меня грозил зарезать. Через пару месяцев мы наладили отношения, он начал учиться. А через 6–7 лет мой практикант стал в этой компании старшим механиком. Огромные деньги зарабатывает.

Алексей рассказывал без зависти, с уважением. Ему нравилась профессия механика. Временная работа в банке лишь убедила в этом.

3‑й механик Алексей Непомилуев

— На пароходе все думают, что главный — капитан или помощники капитана, — рассуждал Алексей. — На самом деле, важнее люди, которые обеспечивают жизнедеятельность судна, это механики. У нас всё просто: машина сломалась, ты или починил её, или нет. Результат работы сразу виден. Самое сложное — когда всё починишь, начинаются долгие, скучные вахты. Но механизмы часто выходят из строя, и снова возвращается нормальная работа.

На судне различают «маслопупов» — это механики, и «рогатых» — тех, кто стоит на мостике. «Маслопупы» — потому что в масле по пояс, а откуда взялось слово «рогатые», никто мне объяснить не смог. Существует версия, что это словечко пришло с военного флота. Так называли ракетчиков из-за шевронов со скрещенными пушечными стволами и молниями. Действительно, что-то чертовское в этих шевронах есть.

В каюте у 3‑го механика стоял холодильник, где мы, практиканты, иногда хранили еду. Ни мы, ни Алексей сами толком не знали, что скрывает его бездонный холодильник. Пару дней назад он обнаружил в нем мешок квашеной капусты, который дала ему мама перед выходом из Владивостока. Больше полугода мамина капуста путешествовала вокруг света, а была обнаружена перед самым возвращением. Оказалась очень вкусной, кстати. Гораздо лучше, чем вымороженная, которую подавали в столовой.

Вечером Алексей собрал нас у себя в каюте, чтобы отметить покупку. Он приобрел у нигерийского практиканта Артура Оге Нвабуфо плазменный телевизор, который тому доставили на борт в Сингапуре. Раньше Артур снимал квартиру в Сингапуре, пока не переехал во Владивосток. Когда мы стояли на рейде, он получил посылку с вещами, многие из которых были ему не нужны.

К телевизору прилагались диски на английском языке.

— Есть музыкальный фильм про Фредди Меркьюри. Поставим для фона, — предложил Алексей и вставил DVD-диск. Но оказалось, что фильм включает сцены нетрадиционных развлечений певца, которые на флоте не одобряют. И которые закончились печально для него самого.

Странные развлечения Фредди Меркюри

— Вот зачем он так-то? — насупились мужчины. — Чего ему в жизни не хватало?

Итоговое мнение было таким: на флоте мятущегося гения бы перековали. Постоял бы несколько месяцев вахты в машинном отделении четыре через восемь, голову бы проветрил, в плечах бы стал покрепче, поздоровее, глядишь, и выжил бы. И песню бы новую написал — про море.

< Предыдущая запись — Следующая запись >

Кругосветка «Паллады». День 57. Главная по тарелочкам

Заканчивался второй месяц автономного пути. Я люблю море, но иногда мне хотелось сбежать с парусника. От монотонности и замкнутости местной жизни. От тряски и шума. От радио, которое лучше знает, что и когда делать. От тесноты койки, на которой нельзя сесть, чтобы не стукнуться головой о верхнюю койку, а на верхней не лучше — там стукаешься об потолок. От того, что нигде нельзя уединиться: если не считать кровати, на судне нет собственного угла, только общественные. От того, что нельзя решить, что и когда есть — это решает написанное на всю неделю меню. Я с завистью смотрел на мелкие рыбачьи лодки. Казалось, что их-то хозяева свободны по-настоящему. Могут плыть куда захотят, а не по придуманному другими людьми маршруту.

Тем большее уважение у меня вызывали люди, которые шли седьмой месяц и не жаловались. Более того, были довольны выбранным путем. Анна Рубцова, буфетчица курсантской столовой, каждое утро вставала в 6:10, чтобы в 6:30 быть на кухне. Её рабочий день заканчивался в 21:30, когда все курсанты были накормлены, посуда вымыта, столовая убрана. И так каждый день! Семь месяцев без выходных, если не считать нескольких коротких выходов на сушу, последний раз в Кейптауне.

Хозяйка курсантской столовой.

Раньше Анна работала ведущим менеджером по логистике в хорошей компании. В 2010‑м году пошла практикантом на «Седов», влюбилась в парусники и с первых дней почувствовала себя моряком. Принимала участие в одном из этапов кругосветки 2012–2013 года. «Седовым» тогда командовал Николай Зорченко. Очень хотела отправиться и в кругосветку на «Палладе», но не хватало денег и отпускных дней. Поэтому связалась с Николаем Кузьмичом и попросилась на работу. Капитан Зорченко честно предупредил, что будет непросто, но Анна была готова к испытаниям. Бросила должность, на которой проработала 8 лет, и прилетела во Владивосток. К жизни на паруснике приготовилась заранее, взяла с собой годовой запас кремов и умывальных принадлежностей.

— По сути, я осталась менеджером, «главной по тарелочкам», — смеялась Анна. — Мне не нужно ничего делать самой. Слежу, чтобы работала вахтенная бригада. Курсанты едят в две смены, каждый прием пищи мы накрываем два раза. В работе для меня главное — общение с молодежью. Парни бывают озорные и хитрые. Но во время шторма в Атлантике, когда нас кидало из стороны в сторону, они всегда подставляли плечо или руку, чтобы меня поймать, чтобы не ушиблась.

В начале пути Анне было сложно. Недисциплинированные курсанты отлынивали от работы, могли украсть чужую булочку. Лишь несколько человек, пришедших после армии, не жалели себя, не спрашивали «почему я?», а брали и делали. За время пути повзрослели и другие курсанты, и теперь тоже справлялись с работой.

Днем в перерывах Анна отдыхала, выбиралась на палубу почитать или посмотреть на воду. Последнее ей не надоедало.

Матрос Анна Рубцова.

— Парусники — это машина времени, — размышляла Анна. — Время здесь как вода, то тягучее, то быстрое. Во время обеда по радио объявляют: «прослушайте информацию о прохождении нашего рейса», и в конце звучит «в порту таком-то полагаем быть тогда-то». Вот это «полагаем быть» для меня вначале было непонятно. На суше мы привыкли договариваться точно. А здесь ты полагаешь быть, но будешь ли — зависит не от тебя. Прикладываешь силы, но не знаешь наверняка. Мне всего хватает, о суше я не скучаю, только о родных. Когда вернусь, встречусь с друзьями, обниму их и буду рассказывать морские байки.

< Предыдущая запись — Следующая запись >

Кругосветка «Паллады». День 56. Военная хитрость

Капитан решил обхитрить тайфун. «Паллада» поменяла курс и направилась в тайваньский пролив. Мы находились на 16 градусах северной широты и 116 градусах восточной долготы. Ветер был противный, он же левентик, он же «мордавинд», то есть дул прямо в лоб. Даже косые паруса пришлось убрать, шли под машиной.

Шторм пока не давал о себе знать. Светило солнце, катились небольшие волны, качки не было. Еще один спокойный день. Но бывают ситуации, когда шторм лучше, чем штиль.

Военный врач Василий Коваль вспомнил как в молодости находился на боевом дежурстве на подводной лодке. Дело было в 1973 году, накануне израильско-арабской войны. Лодка должна была пройти через Гибралтар в Средиземное море, чтобы её не заметили мощные натовские радары. Это было почти невозможно. Но не для русских моряков. Дождались плохой, штормовой погоды и ночью поднялись на поверхность. Прицепили к рубке фалы, на них укрепили десятки фонарей. Вытащили динамики, включили на полную громкость западные музыкальные хиты. Матросы орали, изображая пьяную команду рыбацкого судна. Этаким манером проскочили Гибралтар и лишь затем погрузились. Радисты вероятного противника так и не поняли, что за судно прошло мимо.

Полковник Василий Коваль

Заодно Василий Трофимович вспомнил другую историю. Лодка только начинала боевое дежурство и вышла в надводном положении в нейтральные воды. Нужно было погружаться, но тут её обнаружил британский самолет-разведчик «нимрод». Самолет тут же раскидал вокруг лодки радиолокационные буи, похожие на большие оранжевые морковки. Теперь куда бы лодка не пошла, буи могли вычислить её направление. Самолет летал низко, и пилот радовался: попалась советская лодка, не уйдет! Командир лодки отдал приказ: буи ликвидировать. Два часа лодка ходила по району, матросы подцепляли дорогостоящие буи-шпионы багром, подтаскивали к лодке и разбивали кувалдой. Неприятельский пилот ничего не мог сделать. Кружился над лодкой, пока не иссякло горючее, обиженно погрозил кулаком и улетел на базу. Буи были ликвидированы, лодка погрузилась и ушла. А из цветных импортных проводов, которые находились внутри плавучих морковок, матросы до конца похода делали браслетики и сувениры.

На флоте без хитрости никуда. Иной раз посмотришь на курсанта — ну, хитрец! Спрятался под кофель-нагельной планкой, делает вид, что шкурит палубу, а сам на телефоне в игру играет. Или во время малой приборки курсанты заберутся в учебную аудиторию, включат музыку, на скамейках разлягутся и притворяются, что драят латунные ручки от иллюминаторов. В аудитории кондиционер, прохладно. Скоро приборка закончится, наступит время учебных и судовых работ, от которых тоже можно увильнуть. А там и обед недалеко.

< Предыдущая запись — Следующая запись >

Кругосветка «Паллады». День 55. Тайфун Вонгфонг

С мостика раздалось:

— На баке, посмотрите справа на 20 градусов. Что там?

Все, кто был на носу, подошли к ограждениям. Впереди и чуть справа посреди спокойного моря бурлила вода. Из облаков к этому месту тянулся длинный тонкий поводок. Смерч! Но небольшой. Если зайдешь в это пятно, паруса растрепать может, но вряд ли порвет.

Паруса «Паллады» выдерживают ветер до 24 метров в секунду. Во время шторма в Атлантике ветер был еще сильнее и порвал шесть парусов. Их только сейчас закончили ремонтировать. Сегодня в парусной мастерской матрос Максим Сметанин зашил последний из них — верхний марсель.

Попавшийся навстречу мини-смерч — всего лишь занятное явление природы. Торчащий из воды крутящийся столб до неба. Такие встречаются в тропиках и субтропиках. Обычно живут недолго — минут двадцать. Но иногда разрастаются до ужасающего торнадо.

— Бывает, день жарит, а к вечеру резко похолодает, и солнце садится, тогда как дунет! Это и в европейской части случается: крыши сносит, провода рвет, деревья выворачивает, — заметил вышедший на бак капитан Николай Зорченко.

Капитан Зорченко на баке

Мы пропустили смерчик по левому борту. Видимо, он — передовой разведчик тропического циклона, который сейчас разворачивался к востоку от Филиппин. По системе оповещения ГМССБ на судно пришло сообщение с пометкой SECURITE. Из лекции молодого рукпрака Сан Саныча я помнил, что это сигнал об опасности третьей категории. Выше только PAN PAN (немедленная опасность) и MAYDAY (бедствие). В любом случае следовало обратить внимание на этот сигнал.

Сообщение прислала японская метеорологическая служба. Она предупреждала об угрозе серьезного тропического шторма. В течение дня таких сообщений пришло несколько, всякий раз сила шторма повышалась. В одном из последних текстов шторм был назван тайфуном Вонгфонг.

Я поднялся на мостик и посмотрел карту погоды. Тайфун Вонгфонг крутился у побережья Филиппин. Мы шли с другой стороны островов. Если верить прогнозу, через три дня наши пути могли пересечься. Уже сейчас на море усилился ветер. Дул под углом в 30 градусов, натягивал косые паруса, увеличивая нашу скорость. Мы шли под машиной и парусами со скоростью 6 узлов. А в сердце тайфуна скорость ветра — 70 узлов! Почти 40 метров в секунду. Рыбацким лодкам не позавидуешь, да и филиппинским посёлкам на побережье тоже.

Тайфун шел к Тайваню. Если стихнет, мы обойдем Тайвань, как и планировали, с востока. А если продолжит бушевать, придется идти по проливу, обходя остров с запада. В последнем случае пространства для маневра будет меньше: с двух сторон суша, а еще подводные камни и встречные суда. Оставалось надеяться, что Вонгфонг покрутится немного и увянет.

— На всякий случай, отсыпайтесь сейчас, — посоветовал старший штурман Константин Романов. — Когда начнет качать, не до сна будет.

Я решил послушать его совет и отправился в кубрик отсыпаться.

< Предыдущая запись — Следующая запись >

Кругосветка «Паллады». День 54. Про награды и героев

На судне пахло краской: «Палладу» готовили к возвращению домой. Нужно было красить, пока штиль. Погода может измениться, в качку и дождь красить не получится. А во Владивосток парусник должен прийти во всей красе.

Днем капитан Зорченко собрал бегунов-марафонцев на палубе и вручил им награды. Победители получили олимпийские значки и вымпела. Старший матрос Олег Анищенко, практикант Стас Ляховецкий и курсанты братья Деркачи в придачу к вымпелам получили сувенирных медведей. Тех, что готовили для зимней олимпиады в корейском Пхенчане. Олимпийскую сборную России на эти соревнования не допустили, медведи остались и, спустя год, нашли своих героев. Мне медведь не достался, только вымпел. Но я и ему был рад.

Мне достался вымпел.

Награждение — важное событие. Признание даже небольшого успеха заставляет стремиться к большему. Посмотришь на юнг на параде: украшены значками и медалями, как боевые ветераны. Пусть это значок за участие в предыдущем параде, зато заслуженный.

В коллекции «Паллады» много наград и памятных знаков. Кубки за победу в регатах, призы за участие в официальных мероприятиях, эмблемы дружественных парусников. Часть установлена в офицерской кают-компании, часть вывешена в салоне отдыха команды или в коридорах судна. На лестнице, ведущей к каюте капитана, выставлено больше полусотни наград: японских, корейских, китайских. Есть США, Австралия, Венесуэла, Оман, Бруней, Британская Колумбия.

На американской памятной табличке название написали с ошибкой: «Поллада». Наверное, вручающие слышали о греческих мифах только из голливудских фильмов.

На китайской табличке написано: «Дорогая Леди Паллада, добро пожаловать в порт Шанхай!». Очень мило. Капитан Зорченко называет «Палладу» пароходом, но китайцы сразу поняли, что это леди. Не просто фемина приятной наружности, а аристократка.

С нами на «Палладе» проходил практику нигерийский курсант Артур Оге Нвабуфо. Он решил выразить признательность России и подарить сувенир от себя лично. И написал хвалебный рэп со смешанными англо-русскими словами типа: «Поднимайте русский флаг. Это музыка для babushka, это музыка для devushka. Хело, мистер Путин, ты нравишься мне больше, чем Индия».

Как собрать миллионы просмотров?

Для песни он собрался записать клип, чтобы выложить на ютуб и собрать миллионы просмотров. Я согласился помочь ему. Часть съемки запланировали на мостике. Решили, что Артур будет стоять за штурвалом, рассчитывать маршрут на карте, брать пеленг и одновременно с этим петь и танцевать.

На вахту Артур пришел в тропической форме с курсантскими погонами. Курсанты и особенно офицеры в этих светло-коричневых рубахах и шортах делались похожи на колониальных полицейских, как их показывали в советском кино, не хватало пробкового шлема. А уж Артур в этом костюме меньше всего был похож на российского моряка.

— Может не стоит снимать? — усомнился капитан-дублер Сергей Толовиков. — Это какая-то антиреклама для «Паллады» получится.

— Ничего страшного, — решил капитан Зорченко. — Пусть снимают.

Пока нигериец весело — для съемки — вращал рулевое колесо, «Паллада» увалилась в сторону от курса на 10 градусов. Но курс быстро выровняли.

Танец Артура был чем-то средним между распальцовкой гангста-рэперов и боевым гопаком африканских аборигенов. Во время съемки танцор увлекся и начал срывать с себя форму.

— Артур, ты что делаешь? — испугался я.

— Я подумал, что так танец будет выглядеть более энергическим! — смутился он.

— Не надо. Ты, считай, в офицерской форме!

Артур пообещал исправиться и заправил форму как положено. Нам еще сцену с флагом снимать и с портретом Путина, а я теперь тоже опасался, не получится ли чего-нибудь лишнего?

< Предыдущая запись — Следующая запись >

Кругосветка «Паллады». День 53. Наш ответ Ёлке

Ночью телефон поприветствовал: «Ни хао! Добро пожаловать в Китай». Хотя до Китая, если судить по карте, было далеко. Мы шли между Вьетнамом и Филиппинами. Но Китай раскинулся островками по всему Южно-китайскому морю.

Возле одного из островов шел промышленный лов кальмара. В море сияли десятки огней. Огромные лодки, похожие на светящихся пауков, шевелили гигантскими тонкими лапами, держащими паутину сетей. Над лодками, как из печных труб, поднимался черный дым. Пауки не двигались. Несчастные кальмары сами шли на свет прожекторов и попадались в китайские сети.

Несколько практикантов и матросов-полуночников ходили по ночной палубе и ловили интернет, светя телефонами. Неизвестно, кто кого. То ли мы ловим сеть, то ли сеть нас, как тех кальмаров. Пойманная сеть выдала порцию дезинформации о царящих на суше ужасах коронавируса и еще больших ужасах борьбы с ним.

Оказалось, что там на земле певцы и поэты уже посвящают вирусу баллады. Некая певица Ёлка — думаю, что это псевдоним, не могли же родители в самом деле так назвать родную дочь! — спела такие строчки:

Мы не выживем после карантина,
Так что плыви бригантина,
По морям, по морям, там мы вдвоем
Никогда не умрем, не умрем, не умрем.

Почти про нас. Только у нас парусное вооружение не бригантины, а корабля. И нас здесь 158 человек. Кто-то мечтает о бригантине, а мы наоборот: о суше, о доме, о близких.

Вот мой ответ Ёлке:

Карантин пройдет, как и не было.
Отлежались, поднялись, эка невидаль!
Корабли домой возвращаются.
Апокалипсис — отбой! Отменяется.

Днем я выполз из кубрика на хромой ноге и с больной поясницей. Давал о себе знать вчерашний марафон. Боль — вечный спутник высоких спортивных достижений. Я намазал поясницу и колено лечебной мазью, и к вечеру отправился играть в волейбол.

В команду со мной попал курсант Никита Чернов, который неделю назад во время игры потянул ногу и потом несколько дней хромал. Судовой доктор наложил ему гипс, так что Никита ковылял по палубе на костылях, пока остальные курсанты работали. Теперь гипс ему сняли, и что же? Никита снова на площадке!

— Ты, что это? Симулянт! — прикрикнул на него стармех Петр Холдобо. — На работу тебе нельзя, а в волейбол можно?!

Но прикрикнул не строго. Стармех уважал спортивный дух.

Никита сам был худенький, но пел басом, исполняя на гитарных вечерах любимую песню курсантов — про коня: «Мы пойдем с конем по полю вдвоем…»

На поле мы с Никитой, два хромых инвалида, вышли против могучего практиканта-волейболиста Романа Маричева и неутомимого юнги Савелия Дроздова. Савелий сам придумал так распределить игроков, очень уж ему нравилось побеждать.

Савелию очень нравилось побеждать.

Мы с Никитой проиграли. Но с большим достоинством и небольшой разницей в очках. Проиграть не стыдно, стыдно сдаться до окончания игры.

< Предыдущая записьСледующая запись>

«Крузенштерн» и «Седов» пройдут плановый ремонт

Фото: Юрий Масляев

На «Крузенштерне» ремонтные работы будут наиболее сложными. Паруснику предстоит замена сразу двух главных двигателей. Старые агрегаты уже отработали свои моточасы, прошли десятки тысяч морских миль и нуждаются в полной замене. Представители судовладельца, Балтийской государственной академии рыбопромыслового флота (БГАРФ), уже закупили двигатели и доставили их в Калининград.⠀

На «Седове» ремонт будет не таким масштабным — он должен завершиться к апрелю 2021 года. В середине весны начинается летняя навигация и барк должен уйти в учебный рейс. По планам БГАРФ «Крузенштерн» выйдет в море после ремонта в середине лета.⠀

Навигация 2021 года завершится торжественно — российский флот отметит 100-летие «Седова» и 95-летие «Крузенштерна». Это еще один повод довести до идеала внешний вид и техническое состояние парусников.

Будущее парусного судоходства: лодки на водороде, нетонущий металл и автовоз под парусами

Лодки на водородном двигателе 

В Норвегии уже ходят паромы с водородными силовыми установками. А голландская верфь Feadship амбициозно заявила, что к 2025 году откажется от традиционных двигателей внутреннего сгорания в пользу водородных и электрических агрегатов.

Существуют два типа водородных двигателей:

1. Моторы на сжиженном Н2.

Работают на принципе пропановых установок. В них водород смешивается с воздухом, окисляется кислородом. Проще говоря — горит. Далее тепловая энергия переводится в электричество и используется в работе двигателя. В выхлопе остаются только вода и испарения моторных масел.

2. Аккумуляторные агрегаты.

Эти топливные элементы похожи на свинцовые аккумуляторы. В них в результате электрохимической реакции ионов водорода и кислорода образуется электрический ток, который идет на питание двигателя.

Но водород в чистом виде в природе не встречается. Промышленные способы его добычи — из метана, угля, с помощью атомной энергии и даже из биомассы. Но действительно «золотое дно» производства водорода —  электролиз воды. Для судостроения это практически неиссякаемый источник энергии. Ведь воды вокруг кораблей буквально море.

Катамаран Energy Observer — «испытательный полигон» технологий для судовых водородных двигателей. Этот 30,5‑метровый парусник построили в 1983 году. Более 30 лет он гонялся на серьезных трансокеанских и кругосветных регатах. В 1993 году новозеландский яхтсмен сэр Питер Блейк установил на нем скоростной рекорд кругосветного путешествия. Новая страница в истории катамарана началась в 2016 году. Парусник капитально перестроили — он стал плавучей лабораторией, на борту которой тестировали и совершенствовали энергосберегающее оборудование.

В 2017 году команда Energy Observer отправилась в шестилетнее кругосветное плавание. До 2023 года экипаж будет обкатывать систему из водородного двигателя, солнечных батарей и других возобновляемых источников энергии. В 2019 году Energy Observer совершил Арктическую экспедицию к Шпицбергену, пройдя маршрут исключительно на водороде, энергии ветра и солнечных панелей.

Сердце катамарана — водородные двигатели c топливными элементами и установка для электролиза морской воды. Они автономно обеспечивают Energy Observer топливом. Французские специалисты-энергетики разработали компактный вариант такого устройства. Система за час производит из 4 литров воды до 4 кубических метров чистого Н2.

Устройство электролиза очищает от примесей морскую воду.  Для опреснения 90 литров питьевой воды требуется затратить 250 Вт электричества. Из них 30 литров используются для электролиза и получения Н2, который поможет снова выработать электричество. Система циклична и требует лишь своевременного техобслуживания.

В 2018 году установка проработала около 1,5 тысяч часов и произвела 488 кг Н2. На борту Energy Observer может храниться до 63 кг Н2. Этого хватило бы для обеспечения электричеством семьи из четырех человек, живущей в доме площадью 140 кв.м., в течение 40 дней.

Тепло, которое выделяется во время работы двигателя, на Energy Observer используют для обогрева кают и нагрева воды. Кроме водородного двигателя на борту Energy Observer также установлены солнечные батареи и пара автоматизированных поворотных жестких парусов-крыльев Oceanwings от дизайн-студии VPLP. Общая площадь солнечных батарей превышает 200 кв.м., а площадь каждого паруса — более 31 кв.м. Также электричество на катамаране получают от гидрогенераторов, использующих силу океанского течения.

Мощность двух двигателей Energy Observer — 115 л.с. Оптимальная скорость для этого катамарана — 4,5 узла. Максимальная скорость, которую развивало судно — 12,7 узла.

В море не тонет

Металл, который не способен утонуть в воде, создали специалисты Санкт-Петербургского политехнического университета.

Работой над созданием металла занимались в лаборатории легких материалов и конструкций. Научные сотрудники ВУЗа создали уникальную алюминиевую сэндвич-панель. Плотность разработки оказалась меньше, чем у воды. За счет этого ячеистого свойства материал не погружается в воду.

Нетонущим металлом уже заинтересовались конструкторские бюро и судостроительные предприятия.

Супер-парусник перевезет через Атлантику тысячи автомобилей

Компания Wallenius Marine разрабатывает новый суперпроект — парусный автовоз. Да, вы не ошиблись! Этот футуристичный парусник получит имя OceanBird — Океанская птица. Судно будет двигаться исключительно силой ветра. В этом ему помогут пять парусов, похожих на крылья самолета. На парусной тяге корабль разгонится до 10 узлов. При этом он способен нести на палубах до 7000 легковых автомобилей!

Судостроители рассчитали, что парусник пересечет Атлантику за 12 суток. Грузовые суда, движимые «ископаемым» топливом, совершают подобный рейс за восемь дней. OceanBird уступает им в скорости, но зато он абсолютно безвреден для океана и атмосферы.

Выдвижные крылатые паруса вытянутся на высоту 80 метров. Ими будет управлять программное обеспечение. Алгоритм программы точно рассчитает высоту выдвижения парусов и угол поворота. Парусник оснастят гибридной силовой установкой. Экипаж будет применять ее при маневрировании и наборе хода. Вспомогательный двигатель будет работать на экотопливе. «Океанская птица» снизит вредные выбросы в атмосферу на 90% благодаря комбинации парусов и «чистого» двигателя.

Пока OceanBird находится на стадии проектирования. Проект парусника доработают в 2021 году. Заложат судно в 2024 году. 

Корабелы будущего уверенно создают новые парусные суда с дополнительными «чистыми» источниками энергии. Они доказывают, что паруса — это не прошлое, а будущее морских путешествий. Описанные в статье технологии судостроения помогут передать потомкам планету в более достойном виде, чем она есть сейчас.

Байкальская нерпа — в мире такая одна

Обыкновенные тюлени, ушастые тюлени, длинномордые тюлени, морские слоны — все эти животные обитают в соленой океанической воде. Тюлени обычно не живут в пресной, но озеро Байкал стало домом уникального вида — байкальской нерпы. Эти ластоногие — эндемик озера, их можно увидеть только здесь. 

Никто не знает как нерпы попали на Байкал. Вероятнее всего ластоногие пришли сюда из акватории Северного Ледовитого океана еще во времена ледникового периода. Они проделали долгий путь по поймам сибирских рек Енисея и Ангары. Этот же путь проделал и другой эндемик озера — омуль. Хотя есть и альтернативная версия: нерпы мигрировали по реке Лене, в которую, как предполагают ученые, был сток из Байкала. А есть еще любопытная легенда о существовании подземного канала, соединяющий Байкал с океаном, по которому то и пришли многие обитатели в озеро. Но доказательств этой версии пока не найдено. 

Легенда о нерпах 

Жили когда-то две шаманки Айсухан и Хусыхэн. Они не могли иметь детей и хитростью забрали трех отпрысков Байкала. Но не смогли женщины удержать детей. Те закричали: «Возьми нас, мать Молочное море и отец Недоступные горы!». Природа откликнулась на зов, и прямо над головой похитительниц поднялись высокие волны. 
Один мальчик не успел убежать и остался в руках Айсухан. Другой обратился в черную белку и скрылся в горных уступах. Третьей была маленькая девочка, которая стала нерпой и двинулась в сторону озера. На прощание она сказала брату: «Мне суждено стать нерпой, а тебе жить среди людей. Так пусть тебя впредь зовут Эхирит, «найденный в воде». Помни про меня, угощай порой сметаной и молоком».
Затем сестрица соскользнула в воду. С тех пор местные жители, прежде чем отправиться на промысел, совершают ритуальное окропление Байкала молочными продуктами. 

Нерпы — удивительные млекопитающие. Вот десяток любопытных фактов: 

  1. Нерпы спят в воде. Они находятся без движения в воде очень долго — сон продолжается пока хватает кислорода в крови. В это время можно подплыть к нерпе с аквалангом, прикоснуться или даже перевернуть ее, но животное продолжит спать. 
  2. Нерпа — вершина в пищевой цепи экосистемы озера Байкал. Единственный источник опасности для нее здесь — человек. 
  3. Байкальская нерпа — это единственное млекопитающее озера. 
  4. Нерпа может погрузиться на глубину свыше 230 метров и находиться под водой до 40 минут. 
  5. Это толстенькое и на вид неповоротливое животное плавает со скоростью 25 км/ч. 
  6. Самка нерпы может влиять на течение своей беременности. При неблагоприятных условиях или опасности она может остановить развитие эмбриона, при этом он не погибнет, а впадет в анабиоз. И это состояние спячки внутри организма матери может продолжаться даже до следующего брачного периода. Тогда на свет появляются сразу два детеныша из разных пометов! 
  7. Нерпята рождаются абсолютно белыми. Это обеспечивает им безопасность в логове из снега и льда. Мать кормит детеныша молоком достаточно долго — до 3 месяцев. И после перехода на «взрослое рыбное меню» цвет нерпенка меняется на темный. 
  8. Нерпы зимуют на льду озера. На торосистых участках Байкала в нагромождениях льдин они строят домики из под воды: скребя лед когтями передних конечностей нерпы проделывают отверстия диаметром 10–15 см — продухи, в которые потом высовывают носы и дышат. 
  9. Одна нерпа за год съедает тонну рыбы.
  10. Байкальская нерпа — один из трех видов тюленя в мире, который живёт в пресной воде.

Нерп можно встретить почти по всей акватории озера Байкал, кроме южных его оконечностей. Летние месяцы они проводят на мысе Северный Кедровый, мысе Понгонье и Хобой, в районе реки Ледяная и больше всего особей можно встретить на Ушканьих островах. А осенью нерпы уходят на мелководье в районы Чивыркуйского залива и Провала — там быстрее встает лед. 

Ушканьи острова собственно и названы так благодаря нерпам. Байкальские рыбаки за быстроту и ловкость сравнивали нерпу с зайцами. А зайцев когда-то в Сибири называли ушканами. Вот и стали эти места, издавна облюбованные ластоногими, называть Ушканьими. 

Байкальская нерпа способна жить только на Байкале. Даже если бы каким то образом удалось создать подходящие условия в другом месте, она не бы выжила — нерпе подходит исключительно вода озера. 

Сейчас на Байкале насчитывается более 100 тысяч особей.

Сейчас на Байкале насчитывается более 100 тысяч особей.
Маршрут всех экспедиционных регат «Байкал под парусами» проходит через Ушканьи острова. Если позволит погода, мы зайдем на острова, чтобы понаблюдать за нерпой в ее естественной среде обитания. Ссылка для тех, кто хочет отправиться в гости к байкальской нерпе под парусами здесь!

«Славянка» пережидает шторм у берегов Крита

«Славянка» уверенно вышла под парусами из Эгейского в Ионическое море в сторону Гибралтара. Но сильные встречные ветра заставили идти галсами с зарифленными парусами. Сильный западный ветер со скоростью 10–12 м/с поднял зыбь высотой 3–3,5 метра.⠀

Уже 7 декабря ветер усилился до 14 м/с. Пошла волна в 4 метра. Скорость судна составляла 5,5 узлов. Шхуна шла в бейдевинд под зарифленным на две полки гротом и подзакрученным вторым стакселем-джибом. Двое суток экипаж упорно вел судно правым галсом к африканским берегам. Моряки полагались на обещанный синоптиками отход ветра на юго-западные направления. Тогда «Славянка» могла бы сменить галс и выйти к Сицилии.⠀

В ночь с 8 на 9 декабря ветер окреп до 16–20 м/с. Лодка находилась в 100 милях от острова Крит. Капитан понял — лавировать дальше значит подвергать судно и экипаж серьезному риску. «Славянка» легла на обратный курс и резво помчалась к северо-западной части Крита к безопасной бухте Киссамос.⠀

Пока шхуна стоит на якоре в бухте в ожидании улучшения погоды. Экипаж отдыхает и набирается сил после испытания штормом.

Кругосветка «Паллады». День 52. Первый морской марафон

В истории «Паллады» проходили чемпионаты по волейболу и перетягиванию каната, состязания по подтягиванию, отжиманию и поднятию гири. Случались и боксерские поединки. Но то, что произошло сегодня, случилось, вероятно, впервые за всю историю учебных парусников.

Был объявлен марафон в честь 75-летия победы в Великой Отечественной войне. Идею предложили старший матрос-инструктор Олег Анищенко и практикант Стас Ляховецкий. Они уже бегали марафон раньше, но на суше и в северных широтах. А здесь тропики, движущееся судно, деревянная палуба с подъемами и спусками.

Полный круг по палубе – 150 метров. Марафонская дистанция – 42 километра, это 282 круга или 5 часов бега. Серьезное испытание! Чтобы привлечь участников с разным уровнем подготовки, определили следующие дистанции: 1 км, 5 км, 10 км, полумарафон 21 км и, наконец, марафон 42 км.

Капитан Николай Зорченко идею поддержал. Был создан оргкомитет марафона, в который вошли Стас и Олег, а также девушки-практиканты Лада, Лена и Света. Материализовавшийся в штабе оргкомитета детский писатель Юрий Парфенов выразил желание стать судьей марафона. Бегущим судьей, так как сам записался на дистанцию в 1 км.

Старший матрос-инструктор Максим Сметанин помог подготовить палубу к забегу. Был размечен маршрут, определены линии старта и финиша, вывешены праздничные баннеры, установлены столы для волонтёров, отмечающих пройденные круги, а также столы для воды, фруктов и кусочков шоколада для поддержания сил марафонцев. Вынесли музыкальные колонки.

Лада подготовила формы для протоколов забега. Стас придумал дизайн нагрудных номеров и распечатал на принтере для всех бегунов. Я эти номера выдавал участникам и объяснял, как их укрепить скотчем и нашить на форму. Объяснял зря, потому что скотч и нитки были не у всех. Номера прикрепляли лейкопластырями, значками и булавками.

Принять участие в соревновании пожелало 37 человек, почти четверть всех находящихся на корабле. Но на старт вышли не все. Кто-то был должен идти на вахту. Некоторых забраковал судовой доктор Алексей Черников, автоматический тонометр которого показал у них повышенное давление. Думаю, была виновата жара или неточность прибора.

Перед забегом

Забракованный старший боцман Николай Абрамов не поверил измерениям и отправился к своему другу и сослуживцу военному врачу Василию Ковалю. Тот замерил давление повторно, и допустил боцмана к забегу на 1 км.

Не сдалась и матрос-уборщица Людмила Богомолова. Она решила пробежать 1 км, несмотря на запрет доктора.

Итого на старт вышло 27 человек, равномерно распределившись по категориям.

В 17:20 на палубе было многолюдно. Возле грот-мачты собрались бегуны и болельщики. Под номером 1 вышел капитан-дублер Сергей Толовиков, записавшийся на дистанцию в 5 км. Второй номер получил капитан 1 ранга и старший боцман Николай Абрамов. Третий был у полковника медицинской службы Василия Коваля. Под номером 4 бежал руководитель юнг капитан 2‑го ранга Вячеслав Гоголь. Остальные номера были распределены по алфавиту, кроме 13-го: его решили не использовать. К суевериям на флоте относятся с уважением.

Капитан Зорченко произнес торжественную речь, заметив, что сам бы побежал, но у него уже запланированы важные дела. И кроссовки не годятся для бега, а только для ходьбы.

Я капитана понимал, у меня была похожая ситуация. Приходилось бежать в кроссовках для горных походов. Они были прочные и не скользили по палубе, на этом их достоинства заканчивались. Но не бежать же 10 км в шлепанцах?

Старт объявили в 17:40. Вперед вышла группа бегунов на 1 км. В её составе были ветераны: старший боцман Николай Абрамов, врач Василий Коваль, матрос Людмила Богомолова и детский писатель Юрий Парфенов.

- Я – бегущий судья! – выкрикнул Юрий Парфенов, спортивно подпрыгивая на месте в семейных трусах. Никто не возражал. Немного хаоса не помешает хорошо организованному мероприятию.

Заиграла музыка. Километровщики стартовали, сразу за ними вышли на старт бегуны на 5 км: капитан-дублер Сергей Толовиков, помощник капитана по связям с общественностью Ольга Щедрова, рукпрак Вячеслав Гоголь, практикантка Елена Комратова, юнга Савелий Дроздов и несколько курсантов.

Следом побежала группа, записавшаяся на 10 км. Всего 7 человек. Кроме меня, в ней бежали старший матрос Максим Сметанин, рукпрак Михаил Пахомов, нигериец Артур Оге Нвабуфо и курсанты.

Нигерийский спортсмен Артур Оге Нвабуфо

На полумарафон вышли только курсанты. А на марафон – практикант Станислав Ляховецкий, старший матрос Олег Анищенко и курсант Иван Деркач.

Мы находились на 9 градусе северной широты. Тропики! В 6 вечера здесь так жарко, что и без марафона пот ручьем. Я надел ярко-красные купальные шорты, оранжевую бандану и тельняшку с длинными рукавами и пришитым на груди номером 18. Наряд нелепый, но практичный. Бандана – чтобы не напекло голову, и пот не заливал лицо. Тельняшка – чтобы на солнце не обгорели руки. На ноги – крепкие горные кроссовки, тут вариантов не было. Давно травмированное колено замотал эластичным бинтом.

Не костюм красит атлета.

Не костюм красит атлета, а спортивные достижения, так я утешал себя. Всё-таки 10 км бежал впервые в жизни, да еще на паруснике, посреди Южно-китайского моря.

Бегуны на 1 км быстро сделали 7 кругов и завершили соревнование. С гордостью ходили по палубе и одобрительно посматривали на тех, кто продолжал бежать. Детский писатель Юрий Парфенов отправился командовать волонтерами из протокольной группы, подбадривая их полезными комментариями.

Протокольная группа

Время и круги волонтеры определяли на глаз.

- Девять кругов! – кричали они спортсмену.

- Одиннадцать! – кричал он в ответ.

- Ладно, одиннадцать, – покладисто записывали волонтеры.

Некоторые из бегунов считали дистанцию по начатому кругу, другие по уже завершенному, третьи не считали вовсе.

- У тебя какой круг? – спросил меня нигериец Артур, когда я в очередной раз обгонял его.

- 21‑й, – ответил я.

- А судьи их считают?

- Обязательно.

Немного расстроенный, Артур прибавил ходу, но потом устал и перешел на шаг.

Через полчаса после старта начали финишировать бегуны на 5‑км. Рукпрак Вячеслав и один из юнг сошли с дистанции. Даже 34 круга – немалое испытание. Зато юнга Савелий и курсант Павел Деркач, родной брат вышедшего на полный марафон Ивана Деркача, во время забега поняли, что 5 км им недостаточно, и побежали дальше.

Практикантка Елена Комратова прибежала четвертой в своей группе, но решила изменить правила и продолжила бежать поперек протокола. Она осилила дистанцию в 7 км, на которой и победила, поскольку других участников в этой придуманной ею категории не было.

После 30-го круга некоторые курсанты и даже руководители практики перешли на оздоровительную ходьбу. Но я не останавливался и продолжал бег. Не спешил, берег колено, вытирал пот длинным рукавом тельняшки и радовался, что догадался её надеть.

Необходимые 67 кругов я пробежал за 1 час 6 минут. Получилось чуть быстрее, чем 1 круг в минуту. На эту скорость я и рассчитывал. В своей категории мог прийти первым. Но меня на пару минут опередили выбежавшие из 5‑километровой группы курсант Павел Деркач и юнга Савелий.

Реактивный юнга не остановился и на 10 км и продолжил бег. Но тут за ним погнался рукпрак Вячеслав, пытаясь остановить 15-летнего атлета, пока тот не выиграл все призы. Юнге после соревнований ещё на вахту идти.

Олег и Стас – лидеры марафона

Практиканты Сергей и Светлана Косаревы вели подсчеты кругов. Лада Залетова объявляла время. Роман Маричев выдавал бегунам воду. Елена Комратова танцевала для поднятия боевого духа бегунов.

После 8 вечера, уже в темноте и без ужина финишировали курсанты-полумарафонщики. Брат Павел отчаянно болел за него, но курсант Иван Деркач не смог осилить полный марафон и в процессе забега перевелся на дистанцию 21 км, в которой и победил.

Наша группа поужинала и вернулась. Марафонщики продолжали бежать. К ним присоединились курсанты, стартовавшие позднее, и оператор Евгений, решивший принять участие в забеге, поскольку в темноте снимать невозможно.

Стас Ляховецкий не сдается

Внимание болельщиков было приковано к Олегу и Стасу. Они бежали вместе в одном ритме. Правда, держать темп 1 круг в минуту уже не получалось. Выходило около полутора минут. Мокрые, уставшие, но не сдающиеся. Девять вечера – бегут. Десять вечера – бегут.

После 200-го круга у Стаса свело ноги. Он остановился, чтобы размять их. За это время Олег опередил его на круг. Стас собрался с силами и продолжил забег. Раз в несколько кругов бегуны плескали на себя водой из ведра, съедали кусочек шоколадки или дольку апельсина.

На стоящие на столе сладости попытались покуситься старший боцман и вахтенный механик. Но практикантка Лада Залетова зорко стояла на страже и воспрепятствовала хищническому набегу.

Участники героического забега.

За полчаса до отбоя марафонцы финишировали. Сначала старший матрос Олег Анищенко, а затем практикант Станислав Ляховецкий. К их финишу на грот-мачте включили прожектора. Собравшиеся аплодировали героическим спортсменам, полностью пробежавшим марафонскую дистанцию. Весь марафон занял 5 часов. Уникальное в истории учебных парусников спортивное мероприятие было успешно завершено.

< Предыдущая записьСледующая запись >

Кругосветка «Паллады». День 51. Парад победы

9 мая. Утреннее построение назначили на 8:40. Курсанты выстроились в парадных кителях вдоль правого борта. Высший офицерский состав — на мостике. Команда и практиканты на квартердеке. Удивительно было увидеть знакомых людей в белоснежных парадных рубашках с погонами.

Боцман фока Владимира Ганцалев несколько кругосветок подряд ходил в одной и той же рабочей футболке, но, оказывается, бывает и нарядным. А какие красивые буфетчицы! И стоматолог Борис Корсаев отлично выглядел в парадной форме. И матросы.

Женский батальон

Старший боцман Николай Абрамов вышел в погонах капитана 1‑го ранга. Врач Василий Коваль в погонах полковника медицинской службы.

Капитан Зорченко приказал торжественно вынести флаги — российский и точную копию флага Победы, знамени, поднятого над Рейхстагом.

Группа знаменосцев, чеканя шаг, прошла по палубе. Тройка юнги Савелия подвязала флаг Победы. Три других юнги промаршировали на квартердек, чтобы поднять российский флаг. Не обычный утренний, а праздничный, огромный.

Поднимают флаг Победы

Капитан сказал торжественную речь и объявил минуту молчания. Потом одновременно подняли флаги и прокричали «ура». Подул ветер, и оба флага развевались как положено.

В России решили перенести Парад Победы из-за вируса. А на «Палладе» парад был в правильное время. Даже с авиацией. Оператор Евгений запустил в воздух съемочный дрон, и тот пролетел вдоль палубы.

— Я весь вспотел, — позже поделился впечатлениями Савелий. — Такая ответственность! Идешь перед строем, несешь копию того самого Знамени Победы, все на тебя смотрят, даже капитан. А во время минуты молчания я вспоминал прадедушек, которые воевали. Один был летчик, другой танкист.

Некоторые из курсантов и членов команды получили по судовой почте фотографии сражавшихся на войне дедов и прадедов. Распечатали их на принтере и устроили возле фок-мачты акцию «Бессмертный полк».

«Бессмертный полк» на паруснике

День был объявлен выходным. Можно было отсыпаться в кубрике, заниматься спортом или репетировать песни к вечернему концерту. Судя удовлетворенному выражению лица помпоуча Владимира Раменского, курсанты с репетициями справлялись.

Мы тоже репетировали — в кубрике. Кроме нашей основной песни, я заявил сольный номер. Написал военную песню и музыку к ней. Прячась от всех, разучивал её в потайных углах «Паллады», но понял, что времени не хватает. Не справлюсь. Нужно убирать её из программы. Или рискнуть, надеясь на чудесное вдохновение? Решил рискнуть. Хотя куда мне тягаться с профессионалами песни и пляски?! Но подумал, что если откажусь, буду жалеть, что испугался.

По громкой связи капитан объявил, что завтра состоится марафон в честь Дня Победы. Желающие могут записаться. Я записался на скромную дистанцию в 5 километров.

— Ты что! Давай хотя бы десятку, — набросились на меня матросы фок-мачты Олег и Максим. Сам Олег планировал пробежать 42 километра, то есть 282 круга по палубе, титанический забег на пять часов.

Ну, так и быть, парни, записывайте на «хотя бы десятку».

Старший матрос Олег Анищенко в парадной форме

Я уже давно не бегал. А 10 км — вообще никогда. А тут жара, качка, деревянная палуба. Справлюсь ли? Попробовал пробежать пару километров ради тренировки. После 15-го круга понял, что обгорел на солнце, старые травмы разболелись, голова кружится. А если хочу сохранить ноги, то походные кроссовки лучше оставить в кубрике и бежать босиком.

За съемкой праздничных мероприятий, лихорадочными репетициями и пробежками я не заметил, как подошло время концерта. Скоро выступать. Сердце колотилось так, что в кардиологическом кабинете Василия Коваля мой случай произвел бы фурор. Как споют наши практиканты? Смогу ли я достойно им аккомпанировать, не забуду ли аккорды? А что там с моей песней? Я учил её три дня подряд, а сейчас не помню ни строчки!

Собрался полный зал, включая офицерский состав. Открыл вечер и объявлял номера юнга Савелий. Курсанты и юнги играли на гитарах и пели хором. Не знаю, кто постарался больше, они или Владимир Раменский, но номера были поставлены и отрепетированы по высшему разряду. Хотелось выйти на сцену и присоединиться к ним, встав плечом к плечу, столько было мощи в этих молодых ребятах!

Четвертым номером вышли мы, все девять человек. И тоже спели достойно. «Дымилась роща под горою, и вместе с ней горел закат, нас оставалось только трое, из восемнадцати ребят…» Хорошая военная песня.

— Раньше я бы ни за что не стала учить военную песню, — призналась после концерта практикантка Елена Комратова. — А здесь спела. И так здорово!

А Роман Маричев добавил:

— Полтора месяца назад, когда я узнал, что нас не высадят на Маврикии, я был в шоке. А теперь мне здесь так нравится, что не хочу уходить!

Роман Маричев: так нравится, что не хочу уходить!

К сожалению, мой сольный номер вышел неудачно. От волнения я забыл слова и аккорды. Песня еще была такая… грустная. Я её писал, пытаясь представить себе образ героя, вернувшегося с войны, прочувствовать его историю. И теперь, когда её пел, у меня стоял комок в горле, ничего не мог с собой поделать. Но зал меня простил и тоже аплодировал.

Прости, родная, что вернулся поздно,
С победою приехал я домой.
В безжалостном бою, в атаке грозной
Был ранен, но остался я живой.

Прости родная, что вернулся поздно,
В глазах война, контужена душа.
И в летний жар, и зимней ночью звездной
Мечтал скорее к дому сделать шаг.

Припев:
Истоптана трава чужими сапогами,
Над пашнями клубится черный дым.
Сгоревшая земля нас разделила,
И только небо осталось голубым.

Прости, родная, что вернулся поздно,
В поселке нашем не видать людей.
Сынок подрос и смотрит так серьезно,
Застывший над могилою твоей.

Прости, родная, что вокруг руины:
С войны домой был слишком длинным путь.
Я всё отстрою, всё верну для сына.
Прости, что не могу тебя вернуть.

Припев.

После концерта Капитан Зорченко дал салют в честь Дня Победы, вышел на мостик и семь раз выстрелил из ракетницы. Семь красных ракет взлетели над Южно-китайским морем, осветили его и, под крики «ура», медленно опустились, замерцали и превратились в семь едва заметных дымков.

< Предыдущая записьСледующая запись >

Кругосветка «Паллады». День 50. Да не обвиснет флаг!

Во время штиля море бывает гладким как отшлифованный драгоценный камень. Утром — сапфировым. Днем с изумрудным оттенком. К вечеру засияет рубином и гранатом, а после заката станет обсидиановым. Эх, если бы можно было отколоть от него куски и взять с собой на память!

Я немного завидовал старшему боцману Николаю Абрамову. Каждое утро он выходил на палубу, зачерпывал ведром на веревке кусок драгоценного моря и выливал себе на голову. Может поэтому 72-летний боцман оставался крепок как алмаз? Днем в свободное от работы время он разгуливал по палубе в трусах, загорал. Не иначе готовился к пляжному сезону, собирался знакомиться с девчонками. Я бы не удивился.

Николай Абрамов дал мне прочитать написанную им книгу. Это дневниковые записи, воспоминания о годах службы на подводных лодках. Книгу можно читать как рассказы Эдгара По. Что ни глава, то мистическое происшествие, связанное с риском для жизни.

Старший боцман Николай Абрамов. Всегда впереди

То охраняющий лодку караульный ружье в воду уронит. Штатный водолаз найти не может, а Николай Александрович ныряет и находит.

То на подъемнике матроса чуть не раздавят по халатности, вспомнят про него через несколько часов, и окажется, что он немного приплюснут, но всё ещё жив.

То новоприбывшего мичмана во время учений попытаются протолкнуть через заклинивший торпедный люк. Мичман не пролезает, но Николай Александрович нажимает сзади, и скомканный мичман вылетает из торпедного аппарата в воду. И тоже остается жив. Вот в этой истории я вообще не сомневаюсь. Силища в старшем боцмане ого какая!

А когда на боевой подводной лодке чуть не случилась авария, он вошел в её ядерный отсек, разобрался в проблеме, спас лодку и людей на ней, хотя и получил серьезную дозу облучения. Что ему теперь тропическое солнце?

Мы шли вперед со скоростью 6 узлов. Ни крена, ни качки. Начали репетировать Парад Победы. Курсанты выстроились вдоль борта. Знаменосцы тренировались выносить флаг, держали осанку, тянули носок, синхронно топали по палубе.

Большая часть знаменосцев — юнги морских классов при общеобразовательных школах. Они и узлы вяжут лучше взрослых курсантов, и строевая подготовка у них хорошая, и парусными ялами самостоятельно управлять умеют.

Знамя Победы на параде понесет юнга Савелий Дроздов. Ему всего 15 лет, но в прошлом году он уже шел в знаменной группе на параде в Севастополе. А осенью участвовал в параде кадетов в Москве. За оба парада получил памятные медали от Министерства обороны России.

15 лет, а наград как у адмирала

На репетиции Савелию выдали другой флаг, олимпийский, для тренировки. Его нужно было привязать к фалу, спущенному с грот-мачты, а потом поднять. Флаг подвязывали двое курсантов из знаменной группы. Но управлялись с узлами неловко и медленно. Вязать-то нужно не бантиком, а прочным брам-шкотовым узлом.

Звучащая из динамиков песня «Вставай страна огромная» закончилась, а флаг еще не подвязан. Савелий досадовал на курсантов, но приходилось выбирать — или выносить флаг, или подвязывать. Выносить почетнее. Досаду усиливало то, что ветра не было, и тренировочный флаг с пятью кольцами отказывался развеваться. Бессильно обвисал, дискредитируя олимпийское движение.

Савелий впервые отправился в морской поход в море и сразу на три месяца. Юнги сели в Ушуайе, а выйти должны были вместе с нами, практикантами, на Маврикии. Но теперь шли до Владивостока и были очень довольны этому обстоятельству: вместо возвращения в школу, пересекли экватор, прошли три океана. Савелий рассказывал, что чувствует себя настоящим моряком. Но пока не определился: идти на военный флот, становиться инженером, или может заняться творчеством? У Савелия всё получалось. Осталось только заставить флаг развеваться.

< Предыдущая записьСледующая запись >

Легендарный барк «Седов» станет героем выставки

Ее экспозицию составят предметы, собранные командой парусника во время кругосветной экспедиции в честь 200-летия открытия Антарктиды. Эта экспедиция завершилась 27 ноября 2020 года, когда «Седов» вернулся в родной порт. В ее организации участвовал Музей Мирового океана.⠀

Во время пути на борту «Седова» работали сотрудники музея — художник Евгений Машковский и старший научный сотрудник Павел Матвиец. Музейщики привезли из рейса более 500 артефактов со всех концов света, рисунки, фотографии, которые пополнят Государственный музейный фонд. О кругосветке 2020 года они расскажут участникам будущих походов в предстоящих лекциях в музее.⠀

На итоговой пресс-конференции похода и встрече с капитанами главных кораблей кругосветки генеральный директор Музея Мирового океана Светлана Сивкова сообщила о решении создать выставку в честь юбилея легендарного барка «Седов». Выставка откроется в феврале 2021 года.

Фрегат «Мир»

Парусник построили на верфи им. В.И.Ленина в Гданьске. Длина судна 109,6 метра, осадка 6,6 метра, общая площадь парусов 2771 кв.м., высота средней мачты — 49,5 метров. Вмещает до 200 человек. Считается самым быстрым большим парусником в мире. Максимальная скорость под парусами — 21 узел. Это 38,9 км/ч.

«Мир» — учебная площадка для курсантов Государственного университета морского и речного флота имени адмирала С. О. Макарова. Это место, где будущие моряки познают особенности мореходного дела, тонкости парусного мастерства и делают первые шаги в будущей карьере. Именно здесь у курсантов появляется прекрасная возможность получить опыт работы в большом коллективе и научиться принимать быстрые решения при постоянно меняющихся обстоятельствах.

График у экипажа судна напряженный. В течение трех месяцев в году курсанты проходят практику на борту парусника. Кроме учащихся академии, такая морская практика доступна студентам других отечественных мореходных ВУЗов. В общей сложности корабль прошел более чем 200 тысяч морских миль, побывал в портах разных континентов — Стамбуле, Копенгагене, Амстердаме, Гамбурге, Лондоне, Нью Йорке.

Первым капитаном фрегата «Мир» был назначен Виктор Николаевич Антонов. В разные года должность капитана занимали другие опытные мастера морского дела — В. Зорохов, С. Тимошков, Ю. Галкин. Но именно Виктор Николаевич неразрывно связал свою жизнь и карьеру с фрегатом «Мир». Опытный капитан-наставник обучал морскому делу практически всех курсантов «Макаровки». Сейчас место в капитанском салоне заслуженно занял преемник Антонова — Андрей Орлов.

Капитан Виктор Николаевич Антонов

С 1987 года парусник неоднократно занимал призовые места на самых престижных парусных регатах, в том числе «Катти Сарк». В 1992 году выиграл большую регату, посвященную 500-летию открытия Америки. В 2019 году группа наших практикантов участвовала на «Мире» в регате Tall Ship Races. И мы пришли первыми! 

Другим достижением команды «Мира» можно назвать участие в трансатлантической регате «Tall Ship Races 2000». Для «Мира» регата была уникальна — в это время была обнаружена неисправность в руле, с которой продолжать соревнование теоретически было невозможно. 

Несмотря на это, экипажу удалось получить четыре приза в различных номинациях, а также занять в финишной линии класса «А» четвертую позицию. В этой же регате, только в 2003 и 2004 годах, «Мир» завоевывал главный приз. В истории регаты этот случай — беспрецедентный. 

Несмотря на сложную ситуацию в мире, «Мир» продолжает знакомить будущих моряков с морем. Так, 29 ноября 2020 года закончилась программа плавательной практики у курсантов ГУМРФ имени адмирала С.О. Макарова. В морском походе также участвовали курсанты Института «Морская академия» и Арктического морского института имени В.И. Воронина — филиала ГУМРФ в Архангельске. Всего — 127 курсантов и три руководителя практики. 

Французский макси-тримаран идет на рекорд

У французов во главе со шкипером Тома Ковиллем на сегодняшний день 388,18 миль преимущества перед прошлым рекордом!

Напомним, что рекорд кругосветной гонки с 2017 года принадлежит шкиперу Франсису Жуайону. Его тримаран IDEC Sport без швартовок и заходов в порты обогнул Землю за 40 дней, 23 часа, 30 минут и 30 секунд.⠀

Яхтсмены Sodebo Ultim 3 прошли приблизительно четвертую часть дистанции — 5319 морских миль. Но впереди еще 17142 мили океанских просторов. И еще погодный сюрприз — гигантская клиновидная штилевая полоса. Обойти ее невозможно. Значит, на пути к мысу Доброй Надежды команде Sodebo придется терять драгоценное время. Этот мыс — первый из трех великих мысов, которые преодолевают все претенденты на Трофей Жюля Верна.⠀Настроение у великолепной «восьмерки» — отличное и боевое. Это доказывают классные снимки с борта Sodebo Ultim 3. А вы хотели бы испытать такие же эмоции и стать участником крутой спортивной регаты? Например, летом 2021 на Байкале) Ссылка в первом комментарии!

Почему вода в море соленая?

Традиционная версия

Основная часть морской соли поступает из разрушающихся скальных пород на суше. Дождевая вода, обладая определенной кислотностью, смывает минеральный коктейль в море, где происходят химические реакции. В результате этих процессов появляются соли. Так что причина солености морской воды — круговорот воды. При воздействии на горные породы осадков из структуры вымывались минералы и попадали в реки. А те, в свою очередь, подобно артериям перенаправляли соленую воду в моря. Затем в дело вступало Солнце. Под воздействием его палящих лучей шел процесс испарения воды, уже не содержащей солей, которые оставались в океане. Очищенная вода снова выпадала в виде осадков, опять насыщая воду морей и океанов солью. 

Этот процесс, по гипотезе ученых, шел на протяжении около 2 миллиардов лет. И итогом стал привычный нам химический состав воды, который практически не меняется. Кстати, озерная и речная вода тоже соленая. Но на вкус это не особенно чувствуется, поскольку уровень содержания в ней соли в 70 раз меньше по сравнению с морской. Попадающие в моря вместе с речной водой элементы поддерживают химический состав, но никак не меняют его. 

Альтернативная версия

Вода в море стала соленой из-за вулканов — во время их высокой активности шел процесс образования земной коры. В воздух попадали соединения брома, фтора и хлора. Потом эти химические элементы выпадали в составе кислотных дождей. 

То есть изначально земные моря были кислыми. Взаимодействуя с горными породами, морская вода постепенно вымывала из них щелочные элементы – калий, натрий, магний. Они образовывали соли, обеспечивающие нейтрализующее воздействие. В конечном итоге кислотность морской воды снизилась. В привычном современном виде морская вода появилась около 500 млн лет тому назад. Большинство исследователей сходятся во мнении, что обе этих гипотезы логичны, достоверны и не исключают, а дополняют одна другую. 

Народная версия

Обыватели периодически выдвигают оригинальные предположения, почему море соленое. Вот две из них: 

  • моря на планете изначально сформировались с соленой, а реки – с пресной водой; 
  • на заре эволюции воды рек тоже были солеными, но их воду употребляли для питья животные и «выпили» все запасы хлорида из речной воды. 

Версии скорее относятся к разряду занимательных, а не научных. 

Мифологическая версия

Люди, жившие на берегах морей, хотели понять, почему море соленое. Не имея возможности постичь истину, древние сочиняли мифы, легенды, сказки: 

  • В Древней Греции полагали, будто соленое море из-за слез, которые непрестанно льют земные девушки в плену у бога Посейдона.
  • Викинги верили, что виноваты волшебные жернова, которые вовремя не остановили. Они мелют беспрестанно соль, которая растворяется в воде. 
  • Индусы поддерживали скандинавскую версию с жерновами.

Легенды и предания, дошедшие до наших дней, доказывают, что еще в древности человеку было интересно, почему море соленое. Этот интерес стал отправной точкой для научных исследований состава морской воды. 

Три интересных факта о соленой воде

  1. Если предположить, что вся морская вода опреснилась бы в один момент, то это привело бы к экологической катастрофе. Большая часть морских организмов погибла бы. А климат, вероятнее всего, изменился бы кардинальным образом.
  2. Самое соленое море на планете — Мертвое море. Высокая соленость объясняется тем, что в него вливается только одна небольшая река Иордан. Климат очень жаркий, происходят сильные испарения, а дожди выпадают очень редко. А самым пресным морем является Балтийское, потому что в него впадают около 250 рек, которые «опресняют» воды.
  3. Морская вода излучает огромное количество ионов озона. Он убивает микробов. Поэтому морской воздух очень полезен. Прогулки у моря полезны для тех, кто болеет гипертонией и астмой. А еще морская соль — это хороший антисептик. В старину с морской солью даже готовили соленый коньяк. Еще его называли «морской коньяк». Для приготовления лекарства в бутылку коньяка заполненную на 3/4 добавляли морскую соль до тех пор пока коньяк не поднимался под пробку. Это лекарство применяли для лечения многих внутренних и наружных болезней: вывихи, растяжения, болезни позвоночника, головные боли, раны и прочее.

Пожилого моряка спасли через два дня после кораблекрушения

В воскресенье утром, 29 ноября, Стюарта заметили с проходящего контейнеревоза в 138 км от берега. Лодка мужчины перевернулась, он цеплялся за ее нос. Стюарт все это время находился по пояс в воде.⠀

«Меня разбудил срочный звонок. Мне сообщили, что мы должны кого-то спасти. Моряки на торговых суднах обучены действовать во время самых серьезных бедствий. Однако реальная сцена часто бывает иной. После осторожных маневров мы успешно спасли мистера Стюарта. До того, как я начал расспрашивать его, Стюарт опередил меня и спросил: «Какой сегодня день?», «29 ноября!», – ответил я.⠀

Я увидел слезы на его глазах. Он несколько дней был в открытом море, держась за лодку. Мы предложили ему сухую одежду и горячую еду. Я решил дать ему свою «счастливую рубашку». Я мог бы дать ему новую, но эта моя любимая», — сказал один из моряков, находящихся на судне.

Кругосветка «Паллады». День 49. На безымянной высоте

Мы шли по Южно-китайскому морю, считающегося частью Тихого океана. Это был уже третий океан на нашем переходе. На море стоял штиль, да такой, что парусник отражался в воде.

Прозрачная вода звала искупаться, но её безмятежность была обманчива. Практикант Михаил Голованов заметил в воде пять змей, каждая около метра в длину.

Матросы и курсанты долбили и скоблили на солнцепеке старую краску. Работали раздетые, в надежде приобрести тропический загар. Загар у них уже был такой, что в любом ресторане возьмут работать неграми в гардероб.

Я выходил на палубу лишь изредка и не понимал, как здесь можно находиться дольше 10 минут.

Наши женщины-практиканткам — Лена, Ирина и Лада — увлеклись подъемами на мачты.

Лена давно стала профессионалом, влетала наверх самостоятельно и всякий раз норовила коснуться рукой клотика — крышки на конце мачты.

Ирина Закожурникова выходила на марсовую площадку в седьмой раз. Она решила подниматься на марсовую ежедневно, как курсанты во время зарядки.

Практикант Ирина Закожурникова покоряет марс

У Лады была высотобоязнь, но она уже победила марсовую площадку, а теперь ещё и салинговую. В марсовой площадке есть проход, «собачий лаз», через него можно выбраться наверх. У салинга такого прохода нет, нужно идти в обход по путенс-вантам под отрицательным углом. Для этого нужны сильные руки и смелость: приходится висеть над палубой на высоте 12-го этажа.

Я поднимался вместе с женщинами, следил за их безопасностью. Но спускался такой мокрый, что можно был выжимать бейсболку. Очень уж жарко было.

Лишь поздно вечером, когда садилось солнце, палуба становилась комфортным местом. Но ненадолго. На вахте 3‑го помощника Дениса Шишина на палубе выключали свет, чтобы следить за встречными лодками. Мы уже вышли из Малаккского пролива, но рыбацкие лодки и грузовые суда попадались часто.

Иногда мы собирались на баке у фок-мачты, но там было запрещено светить экранами телефонов, так как с мостика этот свет в темноте можно было принять за огни встречных лодок. А тут ещё вышла полная луна вышла, и каждый вышедший на палубу норовил её сфотографировать со вспышкой. На огоньки и вспышки 3‑й помощник ругался по громкой связи. Понять его было можно: то курсанты сидят на баке с телефонами, то члены команды, то пассажиры. Одних выгонишь, другие приходят.

Но где-то собираться нужно? Тем более, что к 9 мая нам поручили отрепетировать песню. Текст мы не помнили и подглядывали в телефоны.

Репетиция перед концертом

Из песен, которые записал радист, выбрали «На безымянной высоте». Детский писатель Юрий Парфенов затеял шумный спор о том, как именно петь строчку «стою на огненно-о-о-ой черте» и разобиженный решил выйти из состава хора.

Мы теряли людей, жались у стены надстройки, а с мостика в нашу сторону светили лучом прожектора и кричали в громкоговоритель: «Практикантиш, мы знаем, что ты там. Бросай телефон и сдавайся. Покидай палубу с поднятыми руками. В кубрике ты получишь прощение и банка паштет». Или что-то в этом роде. Мы вжились в роль, и решили, что так просто позицию не оставим. Русские не сдаются. Спрятались от биноклей мостика и пели вполголоса: «…Тот не забудет, не забудет, атаки яростные те. У незнакомого поселка, на безымянной высоте».

< Предыдущая записьСледующая запись>

Кругосветка «Паллады». День 48. Огненный шар

1 градус северной широты, 105 восточной долготы. Мы шли в рваном ритме. То двигались, то стояли. То ставили паруса, то убирали. Неужели на мостике не могли решить, что делать? Или мы снова ждали «Седов»?

Говорили, что «Седов» после Сингапура пойдет своим маршрутом. И военный буксир «Калар» тоже оставит нас и пойдет заправляться на базу Камрань во Вьетнаме. Мы же направимся к берегам Борнео. На этом острове живут племена даяков-головорезов.

Во время Второй Мировой англичане решили платить им за головы убитых японцев. Но даяки оказались хитрыми и вместо того, чтобы охотиться на японских военных, предпочитали убивать безобидных китайских крестьян и сдавать их головы. Когда англичане поняли, что их обманывают, то прекратили выплаты и запретили даякам охотиться на людей. Так что с середины 20-го века они больше не режут головы иностранцам.

Высаживаться на остров и проверять мы не планировали. Пиратством в местных водах вроде бы тоже никто не занимается, так что вооруженный эскорт нам был не нужен.

Близился праздник 9 мая, и помощник капитана по учебной части Владимир Раменский поручил нам разучить хорошую военную песню. Курсанты тоже готовились к концерту и забрали себе все известные песни: «Катюшу», «Смуглянку», «Темную ночь», «Журавлей», «Бери шинель», «День Победы», «Десятый наш десантный батальон» и даже «Вставай страна огромная». Нам пришлось выбирать из редких песен, слова которых никто не помнил. Берег был далеко, и воспользоваться интернетом мы не могли.

Вечером собрались на палубе для репетиции.

— Ну, вспоминайте же: «горит свечи огарочек, ля-ля-ля… налей дружок по чарочке по нашей фронтовой»! — кипятился детский писатель Юрий Парфенов, сжимая в руках гитару. Но все только разводили руками, никто этой песни не помнил. Все с надеждой посмотрели на практиканта Михаила Голованова. Он единственный из нас, кто помнит тексты старых песен. Михаил кивнул, что «ля-ля-ля» звучит знакомо, но текста не помнил и он.

Решили, что попросим «Смуглянку» у курсантов. В крайнем случае споем с ними: «Как-то утром на рассвете заглянул в соседний сад. Там смуглянка-молдаванка собирает виноград…». Но наш хор оказался нестроен. Голоса низкие, хриплые, еще и аппетит разыгрался. Слушаешь и не веришь, что будем краснеть и бледнеть, перелезая через забор. Поищем калитку, проигнорируем смуглянку и займемся виноградом.

Попробовали спеть другую песню: «Еще немного, еще чуть-чуть. Последний бой, он трудный самый». Вышло дружнее и почти про нас: «А я в Россию домой хочу, я так давно не видел маму». 

Решили не торопиться и попытать радиста Василия Ивановича, нет ли у него текстов? Каждый вечер он крутил военные фильмы по судовому телевидению, и эти песни должен был знать наизусть.

Пока мы пели на палубе, стоящая рядом матрос-уборщица Людмила Геннадьевна вскрикнула:

— Смотрите! Огонь в небе.

Мы подбежали к левому борту. В той стороне, где остался Сингапур, в воздухе пылал огромный огненный шар. Рядом летал вертолет или самолет, по миганию бортовых огней было сложно определить.

— НЛО? Взрыв? Гигантский летающий фонарь? — гадали мы.

— Учения военных, — заявил практикант Сергей Косарев. — Сбрасывают огненную ракету над объектом, который нужно бомбить, и всё становится видно, как днем. Отбомбятся, и она потом сама гаснет.

Если так, что же за ночные учения шли возле Сингапура? Может не зря мы встретили по пути столько военных кораблей?

< Предыдущая записьСледующая запись >

Кругосветка «Паллады». День 47. Тропические фрукты и родные сугробы

На рассвете мы вышли из Сингапура. Курсанты построились вдоль борта и помахали берегу. Но с берега никто их не увидел, слишком далеко. Через час Сингапур сделался маленьким и далеким. Нас снова окружали берега Малайзии и Индонезии с маяками, вышками и цистернами нефтеперерабатывающих терминалов. 

«Палладу» обогнал военный корабль американского производства, построенный по стелс-технологии. Я его толком не успел разглядеть, только буруны за кормой. Следом прошли несколько индонезийских военных кораблей, довольно современных, судя по виду.

Хотя мы не выходили на берег, все равно осталось ощущение, будто отдохнули. Походили по твердой палубе, повидали новых людей, увидели высокие здания. Главное — пообщались с родными по телефону. Еще и запаслись продовольствием.

На завтрак был клубничный йогурт, а на полдник выдали нарезанные куски папайи и ананасов. Вроде бы это была посылка от российских дипломатов в Сингапуре. Ходили слухи, будто экзотические фрукты достанутся только комсоставу, но они оказались ложными. Фрукты выдали всем, причем буфетчица Анна в конце полдника появилась с тазиком и предложила желающим добавку. К ужину подали крупно нарезанные помидоры и огурцы. Вот оно счастье! С таким рационом можно идти хоть куда.

Новый маршрут появился на экране всех телевизоров на «Палладе». Пойдем вдоль берегов острова Борнео, мимо Филиппин и дальше на север. Начался третий и последний этап: Сингапур — Владивосток.

Ночью часы снова перевели на час вперед. Уже в седьмой раз. Будем жить по токийскому времени. А ближе к Владивостоку переведем стрелки в последний раз.

На севере начнет холодать. Знакомые прислали фотографии: на Сахалине сугробы снега. В это сложно поверить, ведь у нас 40 градусов в тени. Но если выбирать, то заграничной жаре я предпочитаю родные сугробы.

< Предыдущая записьСледующая запись>

Год Антарктиды: открытия, большие путешествия и неизвестные факты

Начиная с 16-го века на географических картах стал появляться новый предполагаемый гипотетически материк в районе Южного полюса. Но доказать его существование не могли долгое время. Джеймс Кук отправился на его поиски в 1772 году и не нашел.

И только через полвека русские моряки, отправившись к Южному полюсу на шлюпах «Восток» и «Мирный». Антарктида открыта под руководством Фаддея Беллинсгаузена и Михаила Лазарева. Русские моряки 15 декабря 1819 года нашли небольшой остров недалеко от острова Южная Георгия и назвали его в честь Михаила Анненкова.

Художник Самсонов А.М. «Восток» и «Мирный» у берегов Антарктиды

В этой экспедиции было открыто в общей сложности 29 островов Антарктиды. А дальше было много экспедиций и притязаний на эту территорию. 

В итоге 1 декабря 1959 года группа крайне заинтересованных стран, включая СССР, подписала Договор об Антарктиде, провозглашающий ее демилитаризованной зоной. То есть территорией мирных инициатив, на которой запрещается размещение военных подразделений и баз. Также Антарктиду закрыли для ядерных испытаний и захоронения радиоактивных отходов. На южнополярных станциях даже запрещено хранение огнестрельного оружия.

Договор обеспечил использование Антарктики в интересах всего человечества. Он установил свободу научных исследований и мирное международное сотрудничество на территории континента.

Антарктида по-настоящему невероятное место, с которым мы хотим вас познакомить. 

И начнем с 10 уникальных фактов, которых вы, наверняка, не знали:

1. Группа Metallica дала единственный арктический концерт на материке под крышей полярной станции. 

Легендарная рок-группа 8 декабря 2013 года выступила с концертом на аргентинской научной станции «Карлини». Станция находится на острове Кинг-Джордж. Все происходило в небольшом шатре, который вместил музыкантов и 120 зрителей. Ими стали работники станции, ученые с соседних зимовок и счастливчики-победители особенного конкурса от компании Coca-Cola. В тот день Metallica стала первым и единственным в мире коллективом, за год давшим концерты на всех семи континентах.

Концерт назывался Freeze „Em All («Заморозь их всех») и шел около около часа. Чтобы не потревожить животных Антарктиды, Джеймс Хетфилд и Ко играли без усилительной аппаратуры, а зрители слушали выступление через наушники.

2. У Антарктиды есть свой интернет-домен первого уровня — .aq. 

Было бы несправедливо, если бы у такого огромного континента не было домена! В 1992 году Питер Мотт из Новой Зеландии зарегистрировал его. Получить домен могут только государственные организации, занимающиеся какой-либо деятельностью в Антарктиде или неправительственные организации имеющие «постоянное присутствие» на континенте. Причем государство, запрашивающие домен должно входить в Международный договор об Антарктике 1959 года. 

На одну организацию выдаётся только один домен — бесплатно и на 2 года. Буквы «AQ», выбранные для домена, являются сокращением от слова Aqua (вода), а не производным от названия страны или территории, как это принято при именовании национальных доменов.

3. Здесь есть зловещий красный водопад, вытекающий из ледника Тейлора. 

Кровавый водопад ( Blood Falls) — так называется этот удивительный природный объект, находящийся в Антарктиде. Удивительно видеть, как вода насыщенного красно-оранжевого цвета вытекает из белоснежного ледника Тейлора. Этот уникальный поток открыл австралийский геолог Гриффит Тейлор. Вначале ученые полагали, что необычный цвет воде придают красные водоросли. Но сейчас известно, что дело в содержащемся в воде оксиде железа.

Кровавый водопад берет воду из подледного озера, которое находится в нескольких километрах от поверхности ледника. Вода в озере очень соленая — концентрация соли в водоеме в четыре раза выше, чем в морской воде. Озеро населено бактериями, которые из-за отсутствия солнечного света получают энергию, перерабатывая сульфат в сульфит. Его микроорганизмы окисляют с помощью соединений железа, которыми богато дно озера. Вода поднимается на поверхность ледника, взаимодействует с кислородом воздуха… и попросту «ржавеет». Отсюда и красно-бурый цвет водопада.

4. За всё время изучения Антарктиды на научных станциях родилось 10 человек.

Антарктида — единственный на планете континент, не имеющий постоянных жителей. Первым уроженцем белого континента 7 января 1978 стал аргентинец Эмилио Маркос Пальма. Мальчик родился на станции Эсперанса. Его отец был главой аргентинского отряда армии на станции. А мать, Марию, доставили в Антарктиду специальным рейсом на седьмом месяце беременности. 

Таким образом Аргентина обозначила свои претензии на антарктические территории. Эмилио Маркос Пальма занесён в Книгу рекордов Гиннесса как первый человек в истории, который родился на континенте Антарктида. С тех пор там родились еще 10 человек.

5. У полярников есть «Клуб 200».

Чтобы стать членом Арктического клуба, кандидат должен зимой сперва посидеть в бане, нагретой до +120 °C, а затем голышом выскочить наружу, когда температура там не выше ‑80 °C. Разница температур получается как раз 200 градусов.

6. Самое сухое место на Земле находится в Антарктиде. 

Если спросить любого, где находится самое засушливое место на Земле, то воображение начнет рисовать раскаленные солнцем пустыни. Однако самое сухое место находится на самом холодном континенте! Сухие долины Мак-Мердо — это около 8 тысяч км² бесснежных долин антарктических оазисов, не покрытых льдом. 

В некоторых районах долин уже более двух миллионов лет не было никаких осадков. Вдобавок здесь дуют катабатические ветра, с рекордной для Земли скоростью до 320 км/ч. Благодаря этому происходит испарение и долины остаются практически свободны ото льда и снега на протяжении около 8 млн лет. 

Ученые НАСА проводили здесь испытания спускаемых космических аппаратов «Викинг», так как местные реалии очень близки к природным условиям Марса. Как и на Марсе в пробах грунта одной из самых сухих долин, не обнаружили никаких следов жизни. Это означает, что долины Мак-Мёрдо еще и самое безжизненное место на поверхности Земли.

7. Крупнейший из антарктических айсбергов был в длину 295 км, в ширину до 37 км.

Он откололся от ледников Антарктиды в 2000 году. Гигант получил кодовое имя B‑15. За ним пристально следили, потому что весил он 3 трлн тонн, а площадь его равнялась 11 000 кв км — как площадь Ямайки. При таких размерах он был потенциально опасен для судоходства и нефтяных платформ. Позднее течения вынесли его в теплые широты, где B‑15 растаял к 2010 году.

8. В 1961 году советский врач В. Рогозов на научно-исследовательской станции сделал сам себе операцию по удалению аппендикса.

Вас не допустят к работе в Антарктиде, если у вас не удалены зубы мудрости и аппендикс. Сейчас это сделано для того, чтобы не случилось экстренного случая, когда некому будет провести операцию в полярных условиях. Но в 1961 году молодому хирургу, единственному врачу шестой экспедиции на станции «Новолазаревская» в Антарктиде пришлось делать операцию самому себе!

29 апреля 1961 года Владиславу Роговозу стало плохо на полярной станции, он диагностировал себе воспаление аппендикса и попытался сделать всё, чтобы обойтись без операции. 

Из дневника Рогозова: 

«К вечеру 30 апреля общее состояние ещё более ухудшилось, признаки гнойного воспаления червеобразного отростка стали угрожающими. Только немедленная операция могла спасти жизнь. Оставалась единственная возможность — попытаться оперировать себя самому».

Хирург выбрал из участников экспедиции ассистентов: метеоролог держал ранорасширители, а механик-водитель — зеркало, чтобы Рогозов мог видеть то, что делает.

Операция началась 30 апреля в десять вечера. Хирург-пациент вколол себе обезболивающее и сделал первый надрез. Более получаса понадобилось, чтобы нащупать аппендикс. Рогозов чувствовал сильное головокружение и слабость. Воспаленный аппендикс оказался с прободным отверстием. Это значит, что врач просто умер бы от перитонита и внутреннего кровотечения, если срочно не приступил к операции. Врач быстро отрезал собственный аппендикс, антибиотик пришлось ввести прямо в брюшную полость. После этого он зашил рану, а ассистент вколол ему снотворное. Единственна в мире операция по удалению аппендикса самому себе длилась 2 часа и закончилась ровно с наступлением первомая.

9. Единственный в Антарктиде бар находится на украинской исследовательской станции «Академик Вернадский». 

Бар «Фарадей» назвали одним из лучших в мире. О нем в своей книге-рейтинге Straight Up написали британские знатоки напитков Джоэл Харрисон и Нейл Ридли. Они назвали «Фарадей» самым удаленным и экстремальным баром.

Бар в Антарктиде открыли британцы, но сейчас он принадлежит Украине. В заведении на семь мест можно заказать пиво, водку или вино, это обойдется вам в три доллара. Станцию «Фарадей», переименованную в «Академик Вернадский», британская антарктическая служба передала Украине в  1996 году за один фунт стерлингов.

10. Собаки здесь под запретом. Чтобы не гоняли пингвинов.

Ученые завезли первых ездовых собак на Антарктиду в 1880‑м году. Длительного времени их использовали для перевоза грузов и самостоятельного передвижения. Собаки — наиболее экологически чистый транспорт в Антарктиде и они лучше всего приспособлены к суровому климату. 

Но оказалось, что собаки опасны для местных животных: болезни, которые они могут принести на материк могут оказаться смертельными для экосистемы континента. Животные Антарктиды не обладают иммунитетом к болезням привезенных животных. Поэтому в 1991 году был разработан «Мадридский протокол», который запретил использовать собак на континенте с 1994 года.

У Антарктиды еще много любопытных историй и еще больше невероятных видов. Мы приглашаем вас отправиться с нами исследовать белый континент и совершить личные географические открытия. Идем на яхте ледового класса, 21 день, через пролив Дрейка и остров Десепшен! Нас ждет Антарктида, экспедиция под парусами, полярные станции. Это будет приключение всей жизни! Ссылка здесь. 

Кругосветка «Паллады». День 46. Огни большого города

Поднимаясь по лестнице, я увидел бившуюся в иллюминатор стрекозу. Земля где-то рядом! Я толкнул металлическую дверь и вышел на палубу.

«Паллада» стояла на рейде в окружении сотни кораблей. Якорь был спущен, судно больше не качало. Перед нами открывалась береговая линия с небоскребами и самым большим в мире колесом обозрения. Моросил дождь, и небоскребы выглядели неуютно. Но на палубе всё равно было оживленно. До города близко, связь отличная, можно связаться с домом, проверить почту, отправить снимки.

На палубе было оживленно

В небе пролетали самолеты. Несколько военных, но в основном гражданские. Значит рейсы из Сингапура есть, отчего же нас не пускают в город? Гражданских яхт и лодок я не заметил, зато было много полицейских катеров с пулеметами, которые патрулировали рейд.

— Раньше китайские джонки ходили, а сейчас нет ни одной, — заметил капитан Зорченко. И рассказал историю: 

— В 1992 году мы пришли на «Палладе» в Сингапур и встали в этом самом месте. Экипаж отбыл в город, осталась дежурная вахта. Начался тропический ливень. С водой на судне тогда были проблемы, поэтому мы все вышли на палубу с мылом и мочалками, чтобы помыться под дождем. И вдруг вспышка, удар! Уши заложило, пароход затрясло, запахло серой. Оказалось, молния ударила в штаг бизань-мачты. Он оплавился, но выдержал. Хорошо, никто в этот момент за него рукой не держался!

Заправляемся топливом

Ливня не было, но как знать, чем может обернуться тропическая изморось? На всякий случай я отошел от штагов подальше. 

Один за другим к нашему борту причаливали кораблики портовых служб. Один привез масло, другой — топливо, третий — документы и сим-карты, четвертый — продовольствие. Матросы были смуглые, неопределенной национальности. В Сингапуре сложно понять кто откуда родом. Китайцы, малайцы, индонезийцы, индийцы, пакистанцы — все вперемешку. Прибывшие были в масках или кутали лица в шарфах.

Прибыли припасы

Погрузка оказалась непростым делом. Кран на «Палладе» поднимает до 700 кг. А контейнеры с маслом и упаковки с продуктами весили до тонны. Кран скрипел и, казалось, вот-вот треснет. Часть продуктов пришлось разложить по разным сеткам. На палубе поставили 850-килограммовую упаковку на тележку с колесиками. Тележка издала «хрясь», и колесики подломились. Не беда: курсанты выстроились в цепочку и передавали одну коробку за другой.

В погрузке участвуют все

В коробках были польское молоко, немецкий зернистый творог, голландские йогурты, сок с Кипра. Эти продукты обошли полмира, чтобы попасть на российский парусник.

Шесть недель мы провели в изоляции без контактов с внешним миром. До Владивостока осталось ещё четыре недели. Теперь они не казались долгим сроком. Мы уже привыкли к кубрикам, привыкли к кораблю. Отвыкли от связи. Целый день звонили домой и читали почту, но к вечеру отложили телефоны в сторону. Какая всё-таки радость не читать ни новости, ни ленту в соцсетях! Там суета и тщета, страхи и истерики, а здесь море, небо, всё настоящее.

Стоим на рейде с сотней других судов

К вечеру облака разошлись по сторонам, большое красное солнце покрасовалось перед нами и спряталось за стрелами портовых кранов. Сто кораблей вокруг нас зажгли бортовые огни, сто небоскребов перед нами вспыхнули окнами и вывесками. Жаль, что мы не могли оказаться на берегу.

— «Большие города, пустые поезда, ни берега, ни дна, всё начинать сначала…», — процитировала песню группы «БИ‑2» вышедшая на палубу буфетчица Анна Рубцова. Про нас написано. Ни берега, ни дна. И что ждет дома? Радость встречи с близкими или карантинное заключение? Привычная жизнь, которую оставили, когда поднимались на борт, или жизнь, где всё придется начинать с начала, искать новое занятие, сидя в домашней изоляции?

Но к чему беспокойные мысли? На судне всё просто: есть сигнал тревоги, будем тревожится. В остальных случаях это не приветствуется, а после отбоя и вовсе запрещено. Поэтому взглянув последний раз на светящиеся небоскребы большого города, я пошел спать в кубрик.

< Предыдущая записьСледующая запись >

Кругосветка «Паллады». День 45. Идем на Сингапур

Большая приборка была в разгаре. Матросы чистили палубу «кёрхером», курсанты приводили в порядок кубрики. Даже к нам заглянул капитан, внимательно всё осмотрел и остался доволен порядком. Мы старались держать кубрик в чистоте. Заправляли постели, убирали вещи по рундукам и шкафчикам.

Раз в день к нам приходит протирать пол матрос-уборщица Людмила Геннадьевна Богомолова. Матросом она решила стать в 60 лет. Она бывшая учительница географии и геоморфолог. В молодости ходила в походы, на физкультуре стояла на четвертом ярусе в пирамиде, встречалась со знаменитыми чешскими писателями-путешественниками Зикмундом и Ганзелкой, в 70‑е года объехавшими весь мир на легковой «Татре». Людмила Геннадьевна сочиняет стихи, поет песни и любит фотографировать природу. Даже выпустила календарь со своими фотографиями. В свободное от работы время она гуляет по палубе с фотоаппаратом и снимает закаты. Парусники притягивают необычных людей.

Матрос Людмила Богомолова

Часть дня я отсыпался после вахты, но сон был беспокойным. Зуб мудрости разболелся, и я твердо решил его удалить. Стоматолог Борис Корсаев посмотрел на меня с сочувствием, принес в свой кабинет на подносе несколько щипцов и клещей самого устрашающего вида. Сделал обезболивающий укол и выдернул несчастный зуб. От боли и действия укола моё лицо перекосило, и теперь я сам похож на пирата. Могу попробовать захватить идущую мимо землеотсосную шаланду. Думаю, если меня увидят, то даже сопротивляться не будут. Сразу отдадут всё имущество: старое ведро, канистру из-под масла и пачку доширака.

Берег недалеко, и на судне появилась связь. Курсанты и члены команды забыли о пиратах и прочих заботах и расселись на палубе, чтобы звонить домой, отправлять снимки, проверять накопившуюся почту. Даже заниматься спортом вышли немногие. Все прочие виды спорта вытеснил новый – киберспорт. Ну, и хорошо. Главное – знать, что дома все в порядке, и сообщить, что мы тоже в порядке. Идем на Сингапур.

Детский писатель Юрий Парфенов сочинил отличную песню на эту тему и исполнил её вместе с юнгами.

Остался за кормой Кейптаун,
И злые волны мыса Бурь.
Но нет покоя капитану,
И мы идём на Сингапур.

Пусть на пути встают циклоны.
Но нам не страшен их прищур.
Нас ждут бананы и лимоны:
И мы идём на Сингапур.

Помашут нам с Мадагаскара
Циветта, фосса и лемур.
Не смолкнет в кубрике гитара.
И мы идём на Сингапур

И солнце, раскаляя ветер,
Дерёт с матросов десять шкур.
И волны хлещут словно плети.
Но мы идём на Сингапур.

Вскипает океан открытый,
И судну нужен перекур.
Но порт закрыл для нас Маврикий,
И мы идём на Сингапур.

На мачты ветер налетает
И щиплет снасти, будто кур.
Но белый парус мы латаем:
И мы идём на Сингапур.

Пусть нам нигде не бросить якорь
И царь морской суров и хмур.
Фрегат перемахнёт экватор,
И мы идём на Сингапур!

< Предыдущая записьСледующая запись >

Кругосветка «Паллады». День 44. Про жуликов, водку и землеотсосную шаланду

Всё ближе к Сингапуру. В порт не попасть, но на судне решили сделать большую приборку. Традиция! Малую приборку и так делали дважды в день: курсанты подметали коридоры и палубу, натирали до блеска медные ручки. Большая приборка — должно быть что-то грандиозное.

Малаккский пролив сузился. Навстречу плыл мусор: конфетные обертки, пластиковое ведро, канистра из-под масла, коробка от доширака. Не мешало бы и в проливе сделать приборку.

Елена Комратова красит палубную надстройку.

Вокруг было оживленно. Рыбацкие лодки, буи. Пролив был разделен на полосы. Нас обгоняли танкеры, балкеры, газовозы. Мы двигались в крайнем левом ряду, рядом с «разделительной полосой». Это на автомобильных дорогах тихоходы жмутся к обочине, в судоходстве наоборот — медленные идут ближе к встречке. Но иногда нас обгоняли и слева, если встречная полоса была свободна.

На мостике мне показали пришедшую радиограмму. Малазийские портовые власти предписывали судам обращать внимание на укрытые парусиной рыбацкие лодки. На таких лодках перевозят нелегальных иммигрантов, по 200–500 человек в лодке. Перевозки организовывают криминальные синдикаты, а пираты на лодки нападают и грабят беззащитных мигрантов. В случае обнаружения таких лодок следовало сообщить об этом в антипиратский центр.

Лодку с пятью сотнями нелегалов мы не увидели, зато мимо прошла землеотсосная шаланда, опутанная колючей проволокой.

— Проволока — чтобы жулики не залезли, — заметил капитан Зорченко. — Такие шаланды часто на якоре стоят, это небезопасно.

Вспоминали истории про жуликов

На мостике начали вспоминать истории про жуликов. Как на большие суда они забираются по якорной цепи через клюз. Как шастают по каютам, пытаясь украсть что-нибудь ценное. Как в Египте ватаги жуликов орудуют на Суэцком канале, притворяясь чиновниками и сотрудниками порта, и в каютах пропадает зубная паста, а на палубе обрезают веревки.

— В 2009 году я работал на машиновозе под филиппинским флагом, — вспомнил рукпрак Сан Саныч — 200-метровое судно шло из ЮАР в Сингапур, как и мы. Я тогда был 3‑м помощником, стоял на ночной вахте. Шли мимо берегов Суматры. В полночь на борт незаметно поднялись двое, вахтенные их не заметили.

Так выглядит машиновоз.

Пираты подошли в темноте на двух резиновых лодках, натянули трос, выключили моторы и ждали. Судно уперлось в трос носом, и лодки оказались подтянуты к бортам с двух сторон. Преступники закинули на борт кошки и залезли наверх. А снаружи остались ждать подельники с гранатометом.

— И вот я стою на вахте, — продолжил Сан Саныч. — Заходит ко мне на мостик незнакомец. В руках автомат, нож, грудь пулеметными лентами обмотана. С виду похож на самоанца или филиппинца. И на хорошем английском говорит: «Спокойно! Какой груз везем?». Я достаю документы. У нас были какие-то запчасти, кругляк дерева. В общем, барахло. Он хватает меня, говорит: «Пошли». Заглянул в трюм, действительно ничего интересного. Спрашивает меня: «Ты откуда?» Я говорю «Русский». Он: «Водка есть?». Я говорю: «Найдем». Дал ему несколько бутылок. Он на себя их подвесил, в лодку спустился. И они ушли.

Я начал пытать других офицеров, встречались ли им пираты. Но больше никто не признался. Может зря раскатали пожарный шланг? Скорее всего пиратов мы не увидим. И буксир «Калар», как мне показалось, больше дежурил на случай, если у «Седова» откажет двигатель. Идти под парусами в узком и оживленном проливе слишком опасно.

Ночью я встал на вахту за штурвал и управлял «Палладой». Мне задали курс, я ему следовал. Вахтенные курсанты время от времени проверяли, ровно ли я держу курс. Под двигателем и на спокойной воде это было несложно. Нас пытались увести в сторону случайные течения, но я сразу выравнивал курс, за что получил похвалу старшего штурмана и поощрение в виде кружки кофе.

Черное судно на черном фоне

Мимо проходили громады судов, черные на черном фоне, слабо светились их бортовые огни. Иногда на мостике включалось радио, и суда с индийским акцентом договаривались между собой о том, кто кого будет обгонять. Впередсмотрящие и вахтенные регулярно докладывали, что всё спокойно, на судне происшествий нет. Ближе к утру пошел проливной дождь, и вахтенные надели оранжевые штормовые куртки. В такую погоду жуликам самое время попытаться залезть по якорной цепи. Но в наш якорный клюз они не пролезут, он слишком узкий. Не стоит и пробовать.

< Предыдущая запись Следующая запись >

Кругосветка «Паллады». День 43. Первомайская монстрация

Утром капитан поздравил всех с праздником 1 мая — днем Весны и Труда. А перед обедом рассказал по радио историю этого праздника, связанную с разборкой между итальянскими рабочими и ирландскими штрейкбрехерами. Я слушал невнимательно и так не понял, кто же был виноват.

На камбузе к 1 мая сделали кремовые пирожные, а в коридоре вывесили стенгазету. На плакате были изображены:

  • рыболовный траулер, раскрашенный в цвета российского флага,
  • автомобильный конвейер,
  • пашущий в поле трактор,
  • воздушные шары и тюльпаны.

Очень нарядный вышел плакат, красочный.

По радио объявили, что в 12:30 к нам подойдет «Седов». Он пройдет совсем близко и в честь праздника поприветствует нас гудком.

Поздравляем всех работников!

Но «Седов» появился гораздо раньше — в 11:45, и это вызвало неразбериху. Ночью мы перевели время на час вперед, а на «Седове» нет, и на мостиках двух парусников никто не догадался сверить часы.

По радио раздались взаимоисключающие приказы. Одни предписывали курсантам строиться на палубе и приветствовать «Седов», другие приглашали курсантов второй смены и практикантов на обед. В спешке курсанты выстроились вдоль борта, но вид имели растерянный.

«Седов» обходил нас на большой скорости. Там успели подготовиться к празднику. Нашли на складе огромный красный флаг с серпом и молотом. Курсанты и члены команды вышли на палубу с плакатами и транспарантами. На плакатах было написано что попало: «Мы за связь», «Даешь уборку снега», «Родные берега», «Рыбалка вместо малой приборки», «Буфетчик звучит гордо» и даже «Докинете до Владивостока? Плачу 100 долларов». 

Все надписи мне прочитать не удалось, было далеко. Парусник шел быстро, как украшенный кумачовыми растяжками паровоз с сидящими на нем пролетариями. С песнями и залихватским свистом он пронесся мимо нас, а мы завистливо смотрели вслед. Один лишь детский писатель Юрий Парфенов выскочил на бак и радостно махал кепкой уходящему паруснику.

Забыли сделать транспаранты.

Чтобы сгладить неловкость от того, что мы не успели достойно ответить «Седову», на палубу выставили колонки и включили музыку. У нас тоже будет праздник! Но палубные работы никто не отменил. Поэтому в ритм песни «Ты морячка, я моряк», матросы заклеивали резиновую лодку, а курсанты отбивали молотками ржавчину. Ну, а что? День Труда! Ударный труд — лучший способ его отметить.

< Предыдущая записьСледующая запись >

Кругосветка «Паллады». День 42. Медицинские страсти

Нас вызвали с «Седова»: одному из членов команды понадобилась операция. На «Седове» был судовой фельдшер, но наши врачи лучше.

Алексей Черников много лет работал на «скорой», умеет оперировать, Василий Коваль вообще профессиональный хирург.

Расчистили палубу, приготовили носилки, чтобы поднять больного. Все замерли в волнении: настоящая спасательная операция на море!

К борту подошла моторная лодка. Все находящиеся в ней были в масках. Что такое? Неужели кто-то заболел коронавирусом?! Как это возможно в море, после 6 недель отсутствия контактов с внешним миром?!

Носилки спускать не стали. Больной сам ловко поднялся по штормтрапу. Оказалось, проблема не страшная, легко удаляется небольшим разрезом. Пациента увели в медпункт, а через 20 минут он вернулся, улыбающийся и здоровый. Операция прошла успешно.

Что касается масок, то это требование руководства. Любые контакты — только в масках, даже друг с другом. Требование справедливое, я считаю. Вдруг ночью на палубу одного из парусников заберется пират, начихает — и пойдет гулять зараза. Поэтому ночные вахты были усилены, дежурные внимательно следили, чтобы ни одна лодка близко не подошла.

Медицина у нас оказалась на высоте. Я был рад, что на «Палладе» есть стоматологический пункт. У меня разболелся зуб мудрости. К дантисту Борису Корсаеву я ходил каждый день как к психоаналитику.

Стоматолог Борис Корсаев

— Борис Нармаевич, может вырвем его? — стонал, лежа в кресле.

— Почему вы хотите его вырвать? — спрашивал стоматолог. Его восточные глаза смотрели на меня с сочувствием. — Вдруг это не он болит, а соседний?

— Так что же, не рвать пока? Потерпеть?

— Не стоит терпеть боль. Лучше бы вырвать. Но у нас нет рентгена, и мы не можем знать наверняка. Давайте пока не будем рвать.

Подобные разговоры продолжались на протяжении нескольких дней. Как ни странно, меня они успокаивали. В недеянии заключена буддийская мудрость. Мои страдания из-за страсти к сладкому, которую разжигали выдаваемые нам шоколадки, конфеты и сахарные булочки. Я полоскал зубы соленой водой с содой, и боль отпускала. А если что, решил я, оставлю зуб мудрости в подарок Нептуну. То-то он удивится.

< Предыдущая записьСледующая запись >

Кругосветка «Паллады». День 41. Борьба с мифами

Ночью мы двинулись в путь. Шли под двигателем со скоростью 10 узлов. Узел — это 1 морская миля в час, то есть разогнались до 18 км/ч. У «Паллады» два двигателя по 570 лошадиных сил, не самые мощные движки для такого большого судна. Обычная скорость под машиной — 6–7 узлов. Идти быстрее судно может только под парусами — до 18 узлов (33 км/ч).

Оказалось, что для «Седова» наша скорость слишком мала. Он напирал, гнал вперед. У них что-то случилось с двигателем? Идти медленнее они не могли. Приходилось и нам выжимать из мотора максимум. Но долго так продолжаться не могло. В итоге решили, что мы пойдем по Малаккскому проливу в своём ритме, а «Седов» будет останавливаться, а потом догонять. «Калар» последует за ним, а мы, если что, от пиратов отобьемся.

На входе в Маллакский пролив оживленно

Говорят, на входе в пролив безопасно. На всякий случай расстелили на палубе пожарные шланги. Будем сбивать лезущих на борт пиратов мощной струей воды.

По правому борту были видны острова. Навстречу шли караваны судов — контейнеровозы, сухогрузы, газовозы. 

Днем подошел индийский военный эсминец и некоторое время шёл с нами параллельным курсом. Практикантка Елена Комратова выскочила на палубу:

— Давайте ему помашем! — и начала махать индийцам руками. Эсминец резко заложил лево на борт и ушел в сторону.

К нам подошел индийский эсминец.

Индийцы в каком-то смысле наши союзники. Возможно, им было любопытно разглядеть, что за корабли пришли в их воды. А может их попросили с «Калара» присмотреть за «Палладой», пока военный буксир охранял «Седов».

Вряд ли мы были интересны пиратам, на борту никаких ценностей, даже сгущенки почти не осталось. Зато в кубриках полторы сотни спортсменов, хлопот с ними не оберешься. Но кругосветка — проект серьезный, нужно было обеспечить безопасность курсантов.

Днем капитан Зорченко организовал в своей каюте собрание. Обсуждали важность объективного освещения экспедиции. Присутствовали: помощник капитана по учебной части Владимир Раменский, помощник капитана по радиоэлектронике Василий Мазнинов, помощник капитана по связям с общественностью Ольга Щедрова, оператор Евгений, фотограф Женя и я. 

На повестке дня стоял важный вопрос. В прессу, соцсети и на официальный сайт Дальрыбвтуза просочились неправдоподобные и глупые слухи о том, что происходит на «Палладе». В числе появившихся вредных мифов были следующие:

  • «Палладу» атаковали пираты;
  • во время праздника Нептуна мучили курсантов, а по палубе бегали голые женщины без трусов;
  • на обед дают только макароны с мясом и больше ничего.

Мы пообещали бороться со злонамеренной и недружелюбной пропагандой изо всех медийных сил. В качестве рядового корреспондента и очевидца заявляю:

Первое. «Палладу» никто не пытался атаковать. Один раз близко прошла индонезийская рыбацкая лодка с улыбающимися людьми, которые махали нам руками. Раньше в Малаккском проливе действительно случались нападения морских грабителей на моторных лодках, поэтому были приняты меры предосторожности, чтобы избежать риска. С нами отправили военный корабль!

С нами военный корабль. Хоть и буксир.

Второе. Во время праздника Нептуна мучили только практикантов, юнг и помощника капитана по связям с общественностью Ольгу Щедрову. Должны были еще мучить матроса-плотника, но он сбежал. Курсантов никто не мучил, так как экватор они проходили раньше — в Тихом океане. Мучения были не страшные и даже веселые. Никто не пострадал. Это морской ритуал, без него настоящим моряком не станешь.

Что касается бегающих голых женщин на палубе, да еще без трусов, то слухи преувеличены. Более сотни мужчин на паруснике давно и внимательно изучали палубу, не пробежит ли кто-нибудь в этом роде? Но нет, не было. Во время праздника Нептуна самым зорким наблюдателям удалось обнаружить помощника капитана по связям с общественностью Ольгу Щедрову и практикантку Елену Комратову, гуляющих по палубе в купальных костюмах. Но ничего нарушающего общественную мораль и нравственность в этом не было.

Третье. На обед давали не только макароны с мясом. На самом деле на «Палладе» кормили вкуснее и разнообразнее, чем на других парусниках. Но зелень и свежие овощи (огурцы, помидоры и пр.) относятся к скоропортящимся продуктам. Их можно покупать во время заходов в порты, но долго хранить нельзя. На Маврикии захода не было, и мы надеялись пополнить припасы в Сингапуре. А так у нас в рационе попадалась жареная картошка, сало, цветная капуста, квашеная капуста, котлеты из печени, гречка, рис, винегрет, рыба, супы, каши, вареные яйца и выпечка. От голода мы не страдали. Просто ждали, когда придет долгожданный скоропорт.

На судне всё в порядке

< Предыдущая запись — Следующая запись >

Кругосветка «Паллады». День 40. Охота на царь-рыбу

Дождь продолжился и шел весь день. Мы стояли в дрейфе, тянули время. «Седов» и «Калар» качались неподалеку. Путь в Малаккский пролив был открыт, но нам заранее объявили дату бункеровки в Сингапуре, прийти раньше указанного времени мы не могли. Оставалось ждать.

Возле борта резвилась морская живность. Токарь Сергей Евтишин поймал трех крупных кальмаров. Когда кальмар плюхался в ведро, он надувался, наливался красным, сучил щупальцами, потом фыркал и белел. Кальмара было жалко, но, побелев, он принимал настолько съедобный вид, что жалость отступала и просыпался аппетит.

— Пожарю с пловом, — сказал токарь и унес ведро с кальмарами в недра «боцманата», в ту часть судна, где жила палубная команда. Снасти у токаря были на загляденье — удочка с приманками-кальмароловками и светящейся лампочкой.

У практиканта Сергея Косарева тоже с собой была кальмароловка, но на сахалинских кальмаров, огромных. Каждая блесна в два раза больше, чем нужно. Индийские кальмары слишком щуплые для таких приманок и не интересуются ими. Зато Сергей Косарев и механики поймали на удочку несколько черных рыб с синими пятнами. Рыбы были толстенькие, с губами уточкой, будто позировали для селфи. Что за порода, никто из членов команды не смог определить.

— Ядовитые. Тропические, — собравшиеся с сомнением разглядывали их.

— Да ладно вам! Нормальная рыба. Я её съем, — заявила практикантка Елена Комратова и начала потрошить рыб, выкидывая внутренности за борт. — О, смотрите, сердце ещё бьется!

Хотя Елена работала на руководящей должности в банке, но параллельно училась в медицинском и мечтала стать медсестрой. Поэтому препарировала рыбу с интересом. Бьющееся на ладони рыбье сердце вызвало у неё восторг. Чего нельзя было сказать об остальных, кому она это сердце протягивала.

— Давайте положим рыбу в холодильник! — предложила Елена.

— У меня в холодильнике места нет, — заявила присутствующая на палубе завпрод Наталья Федоровна Лукаш. И уточнила: — Для человеческих трупов нет!

Дескать, тропические рыбы более ядовитые, чем кажутся. Но Елена не сдавалась и начала разделывать тушки на приманку. Если другие рыбы будут есть, то, наверное, и человеку можно?

На запах крови и потрохов к борту приплыла корифена. Царь-рыба — зеленая, с лобастой головой и длинным хвостом. В длину метра полтора, не меньше. Она начала хватать плавающие в воде потроха и в азарте вцепилась в кусок рыбьего мяса, которое насадил на крючок Сергей Косарев.

— Ага, попалась! — закричал Сергей и все подхватили: «А‑а-а, попалась!».

Никто не ожидал, что удастся зацепить такую большую рыбу, как из рассказов Хемингуэя. Корифена дернулась в одну сторону, другую, выпрыгнула из воды, попыталась скрыться. Откуда-то из глубины всплыли ещё три рыбы. Тоже корифены, но меньшего размера и синего цвета. Они заметались вокруг зеленой подруги, будто пытаясь помочь.

Все кто был на палубе с волнением следили за борьбой. Корифена то выскакивала, то стремилась в глубину, но прочная леска не давала ей уйти. Сергей настойчиво тянул тяжелую рыбу, пытаясь вымотать её. Зеленая красавица сделала очередной пируэт и всё-таки сорвалась с крючка и исчезла под водой. Следом за ней ушел эскорт из трех синих рыб. Больше к нашему борту корифены не подходили.

< Предыдущая запись — Следующая запись >

Кругосветка «Паллады». День 39. Что такое «багрянец»?

Погода стояла отличная. На утреннем построении практикант Роман Маричев вздохнул:

— Еще один день в раю! 

Сказал вроде в шутку. Но ведь так и есть. С фруктами в нашем раю не очень, но климат райский. И вокруг чудесные морские существа плавают. 

К нам прибыл «Багрянец». Он пришел ночью, а теперь покачивался рядом с «Седовым». Огромный буксир оранжевого цвета, похожий не на военный корабль, а скорее на небольшой ледокол. На самом деле «Багрянец» — просто позывной, для конспирации. Настоящее название судна — «Калар».

80-метровый буксир был построен в Польше в 1989 году, как и «Паллада». Два мощнейших двигателя по 3600 лошадиных сил, и скорость до 15 узлов.

Я надеялся, что «Калар» подойдет ближе, и с него на нашу палубу высадятся вооруженные до зубов спецназовцы, призванные нас охранять. Или что мы вместе отправимся караваном в Сингапур. Но ничего не происходило. Два судна — белое и оранжевое покачивались в стороне, не проявляя к нам интереса. Правда, мне рассказали, что буксир уже прогнал любопытный рыбацкий баркас, подобравшийся слишком близко.

Наши соседи – «Седов» и военный буксир «Калар».

В сторону соседей отправилась делегация с нашей стороны. На надувную моторку сели капитан, старпом и стармех. Настала очередь «Седова» угощать гостей.

Практиканты в число приглашенных не попали, и мы решили заняться чем-нибудь полезным. Например, заштопать старую волейбольную сетку. Вытащили её на палубу, расправили. Принесли веревку и инструменты для ремонта. Тут на палубе появился капитан-дублер Сергей Толовиков:

— Зачем вы мучаетесь? У меня есть новая волейбольная сетка.

Капитан-дублер Сергей Толовиков

Ну и дела! Судно полгода в рейсе, а никому в голову не пришло поменять старую сетку на новую. Правда новая сетка оказалась слишком длинной, на «Палладе» не было места, чтобы её повесить. Но рядом оказался старший боцман Николай Абрамов:

— Сложим пополам и обошьем по краям.

Мы с практиканткой Леной Комратовой и старшим боцманом спустились в парусную мастерскую. Чтобы обшить сетку по периметру, нарезали полос из старого паруса. Вставили внутрь длинные веревки для растяжки и тщательно прошили на машинке.

Николай Абрамов колдует в парусной мастерской

Вечером натянули новую сетку. Как говорит старший боцман, «красота неописуемая». 

72-летний Николай Абрамов вышел на игру в шлепанцах и встал на пару с 15-летним юнгой Савелием против нас с Романом Маричевым.

Иногда веревка мяча запутывалась, но на технические заминки здесь говорят:

— Не беда. Это же морской волейбол.

Страсти по волейболу

Еще мы отвлеклись на закат невозможного оранжевого цвета. Вот, оказывается, что такое «багрянец»! Это когда собравшиеся вокруг парусника тучи вспыхивают оттенками оранжевого, желтого, красного. И всё вокруг сияет: небо, море, мачты и реи над нами, лица курсантов на палубе, два судна напротив нас.

А потом пошел дождь, и мы играли на закате под дождем. Юнга и парусный мастер обыграли нас с Романом. Но мы не расстроились. Это была красивая игра. И она была бы такой, даже если бы мы просто сидели с мячом на палубе и смотрели в небо.

< Предыдущая запись — Следующая запись >

Кругосветка «Паллады». День 38. Пираты Андаманского моря

Исполнилась ровно половина нашего «бесконечного плавания», если считать запланированной датой прибытия в Россию 3 июня. Правда, никто не обещал, что нас сразу выпустят на берег, а не посадят на карантин. Хотя я был уверен: к началу лета мы настолько оздоровимся, во всей стране таких не найдешь! 2,5‑месячная изоляция, морской воздух, четырехразовое питание, ежедневная зарядка и спортивные тренировки. Каждый день врач Василий Коваль снимал мою кардиограмму, она была как у космонавта.

Мы лежали в дрейфе в Андаманском море. Утром во время зарядки я увидел на горизонте мачты «Седова». Теперь нас не 158 человек, а в два раза больше! Мы как колонисты из фантастического романа, летящие в космическом вакууме к новым землям. Кое-кто из нас проводил свободное время в криосне — на койке в кондиционированном кубрике, но большинство тратило его на физический труд и учебу.

К встрече с «Седовым» боцмана направили курсантов на покраску корпуса. Полдня курсанты висели на дощечках со всех бортов парусника. Иногда парусник качало, и курсанты прямо на дощечках опускались в воду, но были страшно довольны.

А на «Седове» к встрече приготовились не очень. На белоснежном корпусе барка были видны ржавые потеки. Белый цвет сложно поддерживать в чистоте. На море парусник постоянно ржавеет. Отбивание ржавчины, шлифовка и покраска — постоянная и ежедневная работа, в которой заняты десятки курсантов и матросов.

Белый цвет — красиво и исторично. Но лично мне «Седов» больше нравился черным. Казался внушительнее что ли, и ржавчины было не видно.

Четырехмачтовый барк подошел и встал в стороне, чтобы течением нас не столкнуло друг с другом. Осталось дождаться военный корабль.

— Там какое-то судно прямо на нас идет, — встретил меня на лестнице юнга Савелий.

Я выскочил на палубу. На баке собралось несколько человек, гадавших, кто это несется к нам? Тот самый «Багрянец», который мы ждем? На нас с большой скоростью шла неизвестная лодка. Судя по виду, скорее рыбацкая и совсем не похожая на военное судно. Неужели пираты?

— Что у нас есть из оружия? — спросил кто-то из руководителей практики. — Ракетница? Ракетницу бы сейчас…

— Ничего нет, — ответил капитан-дублер Сергей Толовиков и повернулся к застывшему от любопытства курсанту. — Снимай футболку, будешь пиратов своим торсом пугать.

Курсант захихикал. Хотя если выставить вдоль борта лучших спортсменов «Паллады», редкий пират решится лезть на палубу.

На мостике несколько раз ударили в колокол, предупреждая о неизвестных гостях. Лодка притормозила, сменила курс и начала обходить нас с левого борта. Теперь её было хорошо видно. Деревянная, рыбацкая, с краном на палубе. Красно-белый индонезийский флаг. Называется «Алеппо» в честь города на севере Сирии. На лодке человек пятнадцать — слишком много для рыбацкого баркаса. Они начали махать руками и кричать «Хело!», но не остановились, прошли мимо.

— Разведчики пиратов, — предположил кто-то. Либо простые индонезийцы решили посмотреть на российские парусники. Я бы на их месте тоже полюбопытствовал. Редко к берегам Суматры подходят сразу два таких удивительных судна. Больше неизвестные лодки нас не беспокоили.

Практикантка Ирина Закожурникова отмечала сегодня день рождения. Мы заранее приготовили ей поздравительные открытки с марками и печатями, а Светлана Косарева составила письмо-квест. Ирина должна была в определенное время появляться в тех или иных местах судна, где её поздравляли разные люди и вручали эти открытки.

День был хороший и полный радостных знаков. Сначала мачты «Седова», потом веселые индонезийские разведчики пиратов. Да еще к борту судна подплыл огромный скат, метра два шириной.

Во второй половине дня с «Седова» прибыла делегация на моторной лодке. Пять человек. Двоих я знал: это были старпом с «Крузенштерна» Павел Старостин и старший матрос Азис. Павел теперь работал старпомом на «Седове». Я успел только обнять его, но не узнал, чем вызваны кадровые перестановки. Офицеров увели в каюту капитана, чтобы накормить и расспросить.

Старший матрос Азис

На палубе остался лишь матрос Азис, чтобы наблюдать за лодкой. Оглядев «Палладу», Азис заметил, что у моторных лодок двигатели хорошие. Но деревянные перила и доски на судне красят неправильно. И на «Седове» неправильно. Только на «Крузенштерне» правильно. Темноту нужно шкурить тщательнее, а первый слой грунтовки разводить водой вдвое, потом только наносить лак.

— Азис, как вы там на «Седове»? — спросил я.

— Практикантов нет. Заходов нет. Курсанты грустят, толстеют, — меланхолично ответил он.

Питание на «Седове» хорошее, а со спортом не очень. Хотя в Кейптауне «седовцы» соревнование по перетягиванию каната выиграли, но на «Палладе» в тот день все спортсмены в увольнении были. По крайней мере, так говорят.

Выйдя из каюты капитана, делегация с барка отбыла в обратном направлении. И «Седов» отошел в сторону.

Вечером мы долго гуляли по палубе, разглядывая светящийся огнями «Седов» и подплывающих близко к нашему борту кальмаров и тропических рыб. Рыбы выглядели съедобно, но на «Палладе» почему-то никто их не ловил. Лишь токарь Сергей поймал двух небольших кальмаров и тут же их унес.

< Предыдущая запись — Следующая запись >

Кругосветка «Паллады». День 37. Судовая почта

Мы лежали в дрейфе. Было пасмурно, дельфины ушли. Хотелось идти дальше, и ветер задул хороший, парусный. Но мы стояли и лишь качались туда-сюда как тростник на болоте.

Целый день я сочинял статью для журнала «Форбс». Журнал интересовался, как чувствуют себя члены команды и курсанты, изолированные на паруснике во время пандемии короновируса. А что напишешь? Также чувствуют, как обычно. На судне вируса не было. Если кто и шмыгал носом, то лишь пересидев под кондиционером. На улице жара под 40, а в помещениях на 20 градусов ниже. Но никто даже не чихал толком, зато много ели, дышали морским воздухом и занимались спортом.

За новостями мы не следили, их просто не было. Дважды в неделю капитан зачитывал по радио обзор событий. Он готовил этот обзор сам, собирая информацию из приходящих на адрес «Паллады» домашних и рабочих писем. В основном его новости были про ситуацию в Приморском крае. Но иногда что-то про Москву или Трампа — предметы от нас равноудаленные и почти абстрактные.

Стас и Лена красят борт

Все были заняты судовой рутиной. Сергей Косарев в машинном отделении, Светлана Косарева в прачечной, Стас и Лена красили черной краской борт, сидя на висящей над водой доске. Лада пропадала в парусной мастерской. Роман изучал английский вместе с нигерийцем Артуром и осваивал гитару, пытаясь сыграть «Звезду по имени Солнце».

Я задумался: завтра у практикантки Ирины Закожурниковой день рождения. А что ей подарить, если всё давно раздарено, съедено и выпито?

Ирина была связана с «Почтой России» и увлечена посткроссингом. Она переписывалась с корреспондентами по всему миру. Это плавание она задумала как часть проекта по рассылке открыток. Но мы были заперты в плавучем трудовом лагере. Почтовую открытку отсюда не отправишь.

Ирина драит палубу

Но, возможно, Ирине будет приятно получить открытки от нас? Сделаем их сами. Мне представлялось, что это будут самодельные открытки с корабликом, типа тех, что младшие школьники дарят мамам. Но оказалось, на «Палладе» есть некоторые технические возможности.

Мы отобрали фотографии с участием Ирины и распечатали их на плотной бумаге на цветном принтере в кабинете зампоуча Владимира Раменского. Потом напечатали лист с «марками», нашими портретиками с подписью «Почта Паллады». Отправляя марки на печать, Владимир Иванович спохватился, что цветные картриджи ему самому нужны для работы, и выставил низкое качество. Портреты на марках вышли страшноватые. Ничего, будем считать, что это офсетная печать.

Роман в парусной мастерской сделал перфорацию для марок, и они стали выглядеть как настоящие. Я их наклеил на открытки и проштамповал штемпелем «Паллады». Получилось нарядно. Теперь каждый из нас должен был написать пожелание и завтра вручить Ирине.

Почтовые открытки

Девушки на кухне приготовили пирожное-картошку из сухарей, обломков печенья и оставшейся после полдника булки с корицей. На камбузе им выделили сгущенку, какао и сливочное масло. Пирожные вышли отличные.

Вечером банковские работники Стас и Лена выступили с лекцией о безопасности в банковской сфере. Рассказали команде о подводных камнях, связанных с банковской ипотекой и кредитами. На прыгающую по палубе с краской или раскачивающуюся на вантах Лену посмотришь и не подумаешь, что под началом у нее работает более 60 сотрудников.

В судовой иерархии мы находились в самом низу, так — зелень подкилевая, мазут береговой, пассажи-и-иры. Нет более страшного наказания для курсанта, чем быть разжалованным в «пассажиры» и платить за еду и койку. Всё же и мы, «пассажиры», кое-чего стоим.

На самом интересном месте лекцию пришлось прервать. Объявили парусный аврал. На мостике услышали позывной «Багрянец» и определили точку встречи с военным буксиром. Теперь мы пойдем навстречу друг другу. Туда же придет и «Седов».

Вечерний аврал

< Предыдущая запись — Следующая запись >

Кругосветка «Паллады». День 36. Кино и китайцы

Мы обошли район падения метеорологических ракет. Что это за ракеты, как я не пытал старшего штурмана Константина Романова, так и не выяснил. 

— На бумажной карте 2006 года указано, что нужно обходить, мы обходим.

Хотя в этом районе давно пасутся рыбаки и прочие суда. Не боятся падения ракет? Надо было рискнуть и зайти, выловили бы упавшую ракету сачком, хоть разобрались бы, что это такое.

Убрали паруса и легли в дрейф. На северо-западе от нас были Никобарские острова, на северо-востоке — Суматра, всё такое интересное, но никуда нельзя. Мы ждали встречи с военным буксиром, который проведет нас через Малаккский пролив и защитит от пиратов и террористов. Его позывной — «Багрянец». Заодно к нам присоединится «Седов», отставший на пару сотен миль, не больше. Пойдем целой эскадрой. Этак мы и остров какой-нибудь можем захватить, свободный от коронавируса.

Если понадобится, захватим остров.

Днем мимо нас прошло грузовое судно, везущее плавучую рыбную ферму в Норвегию. Со стороны было похоже, что это движется сорвавшаяся с опор огромная буровая платформа. Она обошла парусник кругом и прошла совсем близко. Оказалось, что на судне российский экипаж. Они захотели поздороваться с «Палладой» и передать по радио привет землякам.

Вечером мы провели кинофестиваль. Группа у нас небольшая — всего 9 человек. Получилось 4 съемочных бригады и 4 фильма.

Супруги Косаревы сняли фильм по мотивам «Приключений Электроника». Сергей Косарев играл одновременно беспечного практиканта и старательного робота, делающего за него всю работу.

Сытая праздность только кажется заветной мечтой, реализовать которую помогут услужливые роботы. А попробуй посиди без работы — с ума сойдешь. Сам Сергей бездельничать не умеет. Если в машинном отделении его не занимают, начинает грустить на койке.

Они грустят вместе по диагонали: у иллюминатора снизу Сергей, а в проходе на верхней койке детский писатель Юрий Парфенов, который приуныл после того, как не смог выйти на Маврикии. Но Сергей общительный и настойчивый, поэтому в машинном отделении, кажется, теперь вообще ничего не делается без его участия.

Михаил и Ирина сняли веселый фильм про парусного боцмана Семеновну, которая пыталась научить трусливого курсанта подниматься на мачту. Ничего не помогало: ни крики, ни уговоры. Финальной угрозой был наряд на МОП. И курсант — в его роли был Михаил, проявивший незаурядный актерский талант — взлетел по вантам стрелой.

Лада и Роман сняли фильм о тревожном сне практиканта, в котором капитан решал, в какое бы наиболее удаленное на глобусе место направить судно без захода в порты? В Казахстан? В Монголию?

Елена и Стас сняли кино о совместном подъеме на клотик мачты под романтическую музыку. Там они увидели вспышку света и очнулись лежащие рядом на салинговой площадке. Ангел небесный сказал им, что тот, кто доберется до клотика, обязательно вернется на «Палладу» в другой раз.

Совместный подъем до клотика

Я был поражен, сколько оптимизма в наших практикантах! Это бы плавание завершить, а они уже о следующем думают.

В результате тайного общего голосования приз «Серебряный Палладий» получила короткометражка Косаревых про робота. Из единственной и тщательно хранимой бутылки бренди я хотел сделать золотую статуэтку, но нашел только серебряную фольгу от шоколадок. Серебряный приз тоже был воспринят с энтузиазмом.

Ночью на паруснике включили фонари. На свет собралась рыба, а за ней пришли дельфины. Несколько десятков афалин устроили большую охоту. Прыгали, резвились, фыркали у самого борта. Крутились, показывая то серую спину, то светлое брюхо. Заодно к судну подошли стаи кальмаров. Они с важным видом плавали вперед и назад.

Практикант Сергей Косарев выскочил с кальмароловкой. Но она не сработала. Кальмары посмотрели на неё, фыркнули и поплыли по своим делам. У кальмара главное дело — отъедаться и расти. Кальмар растет всё время, пока его не съедят или не умрет от старости. Но жить он может долго, некоторые особи вырастают до 15 метров в длину, эти тонкие и не самые опасные. Есть покороче — по 5 метров, зато толстые и агрессивные. К «Палладе» видимо подходили кальмары-курсанты, всего по полметра, но уже имеющие задатки будущих хозяев моря.

Морской вечер

Я зашел в рубку к старшему штурману Константину Романову. Он нес ночную вахту, и я надеялся услышать от него какой-нибудь интересный рассказ. И не ошибся.

— В конце 90‑х я работал на мини-плавбазе, — вспоминал Константин. — Это так говорится — «мини», а в длину она была как две «Паллады». База занималась приемкой и переработкой рыбы, но состарилась, и судовладелец решил продать её в Китай на металлолом. Договорились так: миллион китайцы переведут по договору, а еще миллион отдадут наличными, когда получат корабль.

Плавбаза вошла в реку Янцзы, подошла к указанному месту и выбросилась на мель. Но покупатели решили обмануть. Дескать, какой ещё миллион? Всего один по договору, больше ничего не знаем. Хозяин судна никуда не денется — судно тяжелое, с мели не вытащишь. Моряки могут сидеть на корабле сколько захотят, но потом начнут голодать, всё равно сбегут. Судовладелец в шоке: что делать?!

Решили выбираться. Но как? Во время прилива начали раскачивать руль, влево-вправо. Освободили от ила гребной винт. На плавбазе были подъемные краны. Приспустили тяжелые носовые якоря и подцепляя их одним краном, потом другим, третьим, протянули вдоль борта и вывели за корму. Якоря с двух сторон упали на дно. Дали задний ход и одновременно начали вытягивать якоря. Судно подалось назад и с мели соскочило. Китайцы как увидели это, сразу решение поменяли и всю сумму выплатили. Продавец судна был счастлив и команде выдал премию: молодцы! 

< Предыдущая запись — Следующая запись >

Кругосветка «Паллады». День 35. МОП закрыт

На судне, как в армии, любят сокращения.

— Дежурному по УСС прибыть к рубке УСС, — распоряжалась радиоточка.

Или:

— Наряду по МОП прибыть в МОП.

И самое частое:

— МОП закрыт.

МОП закрывался регулярно на 10 минут, на 20, на полчаса, а иногда на час. Первые дни я не интересовался, что такое МОП. Какое-то техническое заведение, необходимое для управления судном. Явно вспомогательное, ведь основное — на капитанском мостике. Но важное, раз о нем постоянно напоминают.

Оказалось, МОП — это места общего пользования. Курсантский гальюн на 11 кабинок. Его закрывали во время уборки или когда менялась вахта. Дежурные по МОП должны были сдать его новым дежурным, а те принять.

Убирать МОП не хотелось никому. Если предыдущие дежурные убрали плохо, то новые вахту не принимали, требовали закончить уборку. Потом им мстили следующие вахтенные и так до бесконечности. Некоторые курсанты, по слухам, сознательно пользовались МОП без должной аккуратности. Дескать, мы за вами убирали, теперь ваша очередь.

Наряд на МОП считался худшим на судне и самым действенным наказанием за проступки.

В курсантских туалетах были общественные стульчаки, пользоваться которыми не слишком приятно. Опытные курсанты бегали со своими. У кого какой: в цветочек, в горошек. Сотня курсантов и чуть меньше стульчаков. Где интересно они висели? Я стеснялся спросить.

У нас, практикантов, был свой МОП. У девушек — женский, вполне приличный. У мужчин попроще и больше размером — на три кабинки. Душевая рядом на три кабинки, и рукомойников три. Последние были устроены своеобразно. Если сверху надавить на кран, две секунды текла узенькая струйка, потом переставала. Это в среднем рукомойнике текла, а два боковых, вероятно, установили просто так — для красоты. Очень экономно, но мытьё рук и чистка зубов давались непросто.

Зато из душа хлестало как из брандспойта. Помыться целиком было проще и быстрее, чем, к примеру, вымыть лицо. Во время качки вода из душа лила в непредсказуемую сторону. Приходилось ловить водный поток головой. Отличное упражнение на баланс, ловкость и реакцию. Вот поэтому мы на «Палладе» стали такие подтянутые и собранные.

< Предыдущая записьПродолжение следует >

Кругосветка «Паллады». День 34. Мяч за бортом

Во время каждого плавания, мы с практикантами проводим морской кинофестиваль. Все делятся на команды по 3 человека и снимают свои ролики. Не имеет значения, умеешь ты снимать кино и есть ли у тебя навыки монтажа. Сегодня можно снять и смонтировать фильм прямо на телефоне. Главное — азарт, находчивость, художественный вкус. А если вы не замечали у себя подобные качества, то самое время их обнаружить.

Я дал задание практикантам снимать кино, и они отправились творить. А мы с оператором Евгением занялись съемками документального фильма про «Палладу». Поймали на лестнице курсанта и повели к стоматологу, чтобы снять как проходит профилактический осмотр. Оказалось, что у курсанта на самом деле дырка в зубе, к врачу он давно не заходил. Судовой стоматолог Борис Корсаев пожурил курсанта и записал на лечение.

Ежедневно стоматолог принимает минимум трех пациентов. Интересно, что делают на других судах во время кругосветного плавания? Терпят и мучаются? На «Крузенштерне» и «Седове» от стоматологических кабинетов избавились, чтобы не тратиться на их содержание, а тут долгий морской поход, да еще без заходов в порты. С минимумом свежих овощей и с большим количеством сладкого: сдобные булочки, конфеты, повидло, сгущенка. На «Палладе» курсантам-сладкоежкам помогут, а на других судах будут проблемы.

Вечером на палубе натянули волейбольную сетку. Впервые с выхода из Кейптауна. На паруснике попасть в волейбольную команду — привилегия. Это позволяется лишь курсантам, сдавшим зачеты. Капитан и стармех — ветераны игры, но молодым справиться с ними сложно. «Старики» играют азартно, заводятся, кричат команде соперников:

— На игру! Мы вам покажем, как собак стригут!

И промазавшему курсанту своей команды:

— Куда кидаешь? Сейчас в наряд пойдешь, от тебя пользы будет больше, чем на площадке!

Это в шутку. За промахи не наказывают. Но если вышел играть в команде ветеранов, придется соответствовать уровню.

В волейбол на «Палладе» играют давно. Нынешнюю сетку сделал один из боцманов 15 лет назад. Её натягивают между грот-мачтой и леерным ограждением надстройки фока. Во время крупных чемпионатов палубу размечают, но в обычное время все и так помнят, где заканчивается условная площадка и считается, что мяч улетел в аут. Чтобы игра не закончилась после первого аута, мяч прикреплен к веревке. Всё-таки за бортом океан.

— Был случай, игрок так сильно ударил, что мяч оторвался и улетел в воду, — вспомнил капитан. — Мы объявили учебную тревогу «человек за бортом», спустили лодку. В итоге, мяч обнаружили и спасли.

Играть привязанным мячом непросто. Веревка длинная и постоянно запутывается. С непривычки то рука в петлю попадет, то нога, а то шея. Не опасно, но досадно. Приходится время от времени распутывать игроков и делать подачу заново. Постепенно привыкаешь, от веревки уворачиваешься. А потом и вовсе забываешь, что находишься на движущемся паруснике посреди Индийского океана в нескольких градусах к северу от экватора.

< Предыдущая записьСледующая запись >

Кругосветка «Паллады». День 33. Йо-хо-хо и ящик рома

К нам в кубрик зашел Владимир Раменский с прайс-листом.

— Вы во Владивосток с нами? Будете заказывать товары в Сингапуре? Нам во время бункеровки привезут.

— А если нам разрешат сойти на берег, и мы полетим домой? — спросили мы.

— Тогда всё что закажете, останется нам, — невозмутимо ответил Раменский.

Мы согласились: если вернемся домой, заказанных товаров не жалко.

В прайс-листе было несколько десятков позиций. Половину из них занимали напитки и сигареты. Остальное — чипсы, орешки, шоколад, да еще шампунь, бритва и зубная паста. Лаконичный набор моряка.

Боцман фока Владимир Ганцалев

Приобрести овощи, фрукты, зелень, соусы, колбасу, сушеное мясо и прочее, что мы себе нафантазировали, оказалось невозможно. Продукты поставляются на судно по заранее утвержденному списку. Всякая экзотика не приветствуется. Мало ли? Накупишь дурианов на валюту, а от них курсанты пупырышками покроются. От яблок с грушами вреда не будет, проверено.

Персональные заказы принимал боцман фока Владимир Ганцалев. К нему выстроилась очередь с листочками. Идти до Владивостока далеко, все заходы в иностранные порты отменили. В Сингапуре то ли выпустят, то ли нет. Но скорее нет. А тут придет катер с торговцем в защитной маске и доставит вам ящик рома и зубную пасту. Всё радость.

Я не стал брать ром, а заказал бритву. До родных берегов полтора месяца пути, зарасту как Робинзон, родная мама не узнает. На флоте главное — дисциплина, порядок и приличный внешний вид.

Утром хочется поспать подольше, но я решил, что на рассвете буду обязательно выходить к подъему флага. В светлой парадной рубашке и бейсболке. 

Подъем флага — торжественный и важный ритуал. Он позволяет быть собранным и с уважением относиться к судну, на котором находишься, и к стране, которую представляешь. Даже если вся суша скроется под водой, боевой дух на судне будет сохраняться, пока по утрам поднимают флаг.

— Похож на рукпрака, не хватает погон, — одобрительно хмыкали в мою сторону рукпраки. И я радовался их одобрению. А после Сингапура — мечтал — еще и чисто выбритый буду.

< Предыдущая записьСледующая запись >

Кирилл Умрихин: что случилось на Камчатке

— Кирилл, нас волнует ситуация вокруг Камчатки и Халактырского пляжа. Ты был там, когда океан изменился. Что ты там видел?

Самая главная опасность того, что сейчас происходит на Камчатке — неочевидность. Ты не видишь, что за опасность в океане. На пляже лежат погибшие моллюски, но нам непонятно что это значит. В соцсетях появилось видео про экоситуацию на Камчатке. Его снимали в дальнем краю Авачинской бухты. Туда сложно добраться, нужна проходимая машина. Ведь дорог как таковых в тот край нет — одни направления.

Кирилл Умрихин

Да, на пляже действительно было много мертвых моллюсков. Я никогда раньше не видел, чтобы столько живности выбрасывалось на берег из-за шторма. Еще песок пляжа был усыпан мелкой рыбой, мальками. А так — пляж, как пляж. Бери серф, приходи и катайся. И вот тут начинается главное — ребята, кто пробовал покататься на волнах утром, рассказывали, что выходили из океана с белой пеленой на глазах. Они практически ничего не видели.

Мы пробыли на пляже около часа, пока дети бегали, играли. Внезапно с океана подул ветер, от которого стало перехватывать горло, появился кашель. Это было необычно. Симптом прошёл, когда мы ушли с пляжа.

Я позвонил руководителю серф-станции «Snowave» Антону Морозову. Хотел узнать, как у них обстановка. Он сказал, что в океан пока заходить не надо. Вода кислая и вязкая, вообще непохожа на нормальную.

Антон Морозов. Фото: snowave

Больше всего меня удивило, что местные серферы чувствовали недомогание на протяжении двух недель. У ребят были проблемы с глазами, горлом и они не придавали этому значения. А за неделю до огласки их всех рвало. Причем досталось многим — тут катаются сейчас не меньше сотни человек. Два лагеря, заточенные именно под серфинг. Границы закрыты и ребята едут на Камчатку.

— Цвет воды в океане изменился?

Я этого не видел. Но на видео из соцсетей вода странная, желтая, с какой-то кислотной пеной. От обычного шторма такого не бывает. Цвет воды в океане бывает разный — это условное понятие. Поэтому судить о том, что он изменился, можно только наблюдая его днями и неделями в одном месте.

Фото: Антон Морозов

— Получается, что пострадала достаточно большая акватория?

Да, Халактырский пляж — это полоса около 100 км. Он достаточно большой. Я никогда не был на левом краю этого пляжа, только на правом. Речь идет про большой регион загрязнения. И никто не может понять, что это. Хотя уже несколько раз брали анализы.

Фото: Антон Морозов

— У тебя есть какие-то гипотезы насчет того, что происходит?

Есть три версии:

1. Загрязнение человеком. Это более реалистично, чем остальные варианты, которые выглядят как фантастические ужасы. Причём это явно не нефтепродукты, а другие вещества. Нефтепродукты обычно проявляются на воде пятнами характерного вида. Когда происходит разлив нефти с танкера, то видно эту нефтяную лужу.Тут такого нет. Поэтому, когда приезжает Роспотребнадзор, снимает всё на видео и говорит, что все хорошо, то хочется ругаться. Попробуйте зайти в воду, а потом сказать, что всё хорошо.

2. Водоросли. Да, действительно, есть такие водоросли, которые могут выделять ядовитые вещества, убивающие всё вокруг.

3. Землетрясение. Вариант, что из-за него в океане на поверхность вышли ядовитые газы, которые погубили всё. Но природные газы типа сероводорода имеют ярко выраженные резкие запахи. Тут такого нет.

Больше всего непонятно, какой объём должен быть этого вещества. За две последние недели произошло два больших шторма. Это масштабные перемещения воды. И пока ничего не изменилось. Хотя с момента начала всей этой шумихи стало лучше — пропала ядовитая пена.

Фото: Антон Морозов

— Как ты считаешь, могут ли наши подписчики как-то помочь в этой ситуации?

Главное — не сеять панику в аккаунтах, сохранять спокойствие, следить за новостями. Потому что сейчас много людей начинают выдвигать совершенно разные версии и начинают писать совершенно невразумительные посты, отмечать меня. Я, как один из участников этих событий скажу — не стоит попусту кричать. Потому что, как это устранить в данном случае пока вообще непонятно.

— Мы слышали версию про военные учения.

Да, пляж — территория военных. Там периодически проходят учения Тихоокеанского флота.

— Очевидно, что масштабные действия со стороны ученых и власти начались после эмоциональной реакции общественности в тех же соцсетях.

Благодаря этим постам, в том числе и моему, мы привлекли внимание к проблеме. Людям свойственно так реагировать, когда они видят большую катастрофу. Да, на самом деле есть какая-то проблема. Самое страшное, что она не настолько очевидна. У кого-то першит в горле, кто-то временно потерял зрение. Хуже стало, когда океан выбросил погибших животных. Это произвело определенный эффект.

Погибшие морские обитатели на Халактырском пляже. Фото: Антон Морозов

Сейчас нужно ждать, что скажут ученые, которые брали пробы воды и грунта. Надеемся, что они не ангажированы. Нужно посмотреть, какие результаты они выдадут. Ведь к проблеме Халактырского пляжа подключились местные и федеральные власти, научные структуры. Это значит, какой-то результат мы получим. Не исключено, что они могут быть разными или вообще отрицательными, как заключение МЧС. Я на самом деле буду только рад потом написать, что это была ложная тревога, что это было какое-то природное явление, а не сотворенное руками человека. Потому что Камчатка — это наше природное достояние, которое абсолютно точно нужно беречь и сохранять.

Аренда гулета в Турции

Что такое парусный гулет

Гулеты — потомки рыбацких шхун с косым парусным вооружением. Это были универсальные лодки — на них османские моряки перевозили грузы и людей, добывали морскую губку и ставриду. В 50‑х годах XX века в Турции начал развиваться туризм. И в неприметных рыбацких лодках турецкие бизнесмены увидели стали прообраз роскошных чартерных яхт. В Бодруме и Мармарисе появились частные верфи, которые строят гулеты по традиционным технологиям из дорогих пород дерева.

Экипажи судна поднимают паруса паруса, чтобы добавить гостям романтическую составляющую путешествия. В основном гулеты ходят, используя двигатель и идут со скоростью 10–12 узлов. Такие лодки не предназначены для океанских странствий — они любят неспешные прибрежные путешествия. Такое приключение рассчитано на неделю или больше.

Брать такую лодку в чартер в эгейских и средиземноморских водах — истинное удовольствие. А ее деревянная конструкция напоминает о романтических приключениях в морях-океанах из книг детства. Но морская романтика может быть приправлена хорошей порцией комфорта. Высококлассный гулет — это роскошные каюты, дорогая отделка, надежное инженерное оснащение. А еще экипаж моряков-профессионалов — их работа уже включена в стоимость аренды парусника.

Особенности и преимущества путешествия на гулете

Гулет представляет собой крупную, как правило, деревянную яхту. Его габариты колеблются от 10 до 30 метров. Дизайн судна включает комфортную верхнюю палубу, на которой расположены зоны для релакса с шезлонгами и площадкой-кокпитом с удобными диванами и столиками. На паруснике есть удобная кают-кампания, напоминающая великосветский салон. В каждой каюте есть все для комфорта и удобства путешественников — душ, кондиционер, туалет. Каюты напоминают гостиничные номера — здесь достаточно места для хранения личных вещей и одежды. Поэтому, собираясь на гулет, можно брать с собой достаточно багажа. Также судно оснащено объемными танками для воды и топлива. Это позволяет паруснику не заходить в гавани для дозаправки во время всего путешествия. Гулет идеален для сравнительно большой компании до 18–20 человек. Для сравнения — если брать яхту в аренду в Турции, тот на ее борт смогут взойти максимум 12 пассажиров.

В отличие от парусной яхты, на турецком гулете работает команда профессионалов. Это опытный шкипер, повар-кок, стюарды, тренеры и горничные. Вам сервируют ужин, вымоют посуду, научат азам водных видов спорта: катания на сапборде, дайвингу или управлению моторной лодкой. При этом экипаж и гости проживают раздельно. Экипаж строго соблюдает правила общения с путешественниками.

Когда же наступает сезон для отдыха на яхте в Турции. При этом нужно выбрать оптимальный гулет, спланировать маршрут приключения. Стоимость аренды гулета при этом будет ненамного выше, чем прогулка на яхте. Если настраиваться на чартер яхты на неделю в Турции, нужно учесть один момент — аренда считается с утра субботы и длится до конца пятницы. Краткосрочная аренда — редкий случай. На сутки или выходные вы сможете зафрахтовать гулет в начале весны или в ноябре. Самое благодатное время для путешествия на гулете — бархатный сезон. Именно в конце октября уже нет палящего зноя и дует приятный термический ветер.

Стоимость аренды гулета

Цена на отдых на гулете в Турции формируется из нескольких параметров:

Аренда судна

В нее включены душевые принадлежности, постельное белье, транзитлог — документ на право ходить в определенной акватории Турецкой Республики. А еще сюда входят услуги экипажа судна. Команды парусников сотрудничают с чартерными компаниями по долгосрочным договорам. Расценки таких экипажей обойдутся вам ниже, чем стоимость услуг команд со стороны. Есть традиция — оставлять чаевые капитану и команде в конце путешествия. Это примерно 10% от стоимости рейса.

Питание

Питание пассажиров гулета можно организовать в частном порядке или принять вариант чартерной компании. Как правило, это готовые решения по трехразовой схеме или по системе «all inclusive». Затраты по «пакетным» схемам составят примерно от 45 евро на человека в сутки. Также организаторы путешествия вам могут предложить внести 30% от стоимости чартера. Эти деньги пойдут на согласованные продукты, напитки, ужины в ресторанах на берегу, закрытые пляжи и яхтенные стоянки и разные активности. 

В конце путешествия капитан отчитывается перед гостями о затратах. Остаток возвращают участникам плавания или они доплачивают при необходимости некоторую сумму. Удобство депозитной системы в том, что путешественников не тревожат ради согласования дополнительных затрат. Они наслаждаются покоем и полным сервисом как в хорошей гостинице.

Дополнительные факторы

На стоимость влияет класс судна, его технические данные, комфортабельность, порты выхода-захода, сезон плавания, объем дополнительных услуг на борту. Самые низкие цены, как правило, в «несезон» — в мае и октябре. Взять в чартер средний гулет на 12 гостей/6 кают в среднем стоит 6000 евро на неделю. То есть, один путешественник потратит на путешествие по морю около 500 евро. Поэтому больше людей — больше экономия для каждого.

Есть роскошные дорогие лодки, цена которых за неделю доходит до 30000 евро. На их борту масса дополнительных развлечений: живая музыка, гидроциклы, оборудование для дайвинга и много чего еще. А далее — нет предела роскоши и комфорту. Гулет «Регина», что участвовал в фильме «SkyFall» про Джеймса Бонда, стоит в июльскую неделю 100000 евро.

Где найти чартер гулета

В этом направлении в Турции сложилась четверка гаваней-лидеров: Мармарис, Бодрум, Гёчек и Фетхие. Тут яхтинг возведен в абсолют и является частью национальной морской культуры. Из этих портов удобно ходить не только по турецким водам. Через Эгейское море на гулете легко попасть на греческие острова. Для такого международного вояжа лучше запланировать минимум двухнедельный морской поход.

График чартерных фирм владельцы гулет выстраивают в зависимости от маршрутов и плотности заявок. Иногда вы можете зафрахтовать лодку в Бодруме, но сойдете уже в порту Гёчека. Порты выхода и возвращения совпадают, если вы заранее оговорите трансфер парусника. Эти нюансы аренды гулета нужно выяснять, как говорится, на берегу. И, если вам понравилось какое-то конкретное судно, придется подстраиваться под его расписание.

Виды отдыха на гулете

Турецкие гулетычасто арендуют европейцы. Наши соотечественники пока не приняли гулет как альтернативу отельному отдыху. Гулеты, как правило, выбирают большие семьи или компании молодых людей, которые ищут комфортного уединения среди безлюдных островов и нетронутой природы.

Также такой морской отдых интересен новобрачным. Ведь неделя отдыха на деревянном паруснике — это прекрасное романтическое путешествие. Также популярны корпоративные мероприятия, презентации, тренинги и оздоровительные программы. Также некоторые компании предлагают яркие тематические программы. Такие, как наш морской кинофестиваль с журналистом Алексом Дубасом, актерами Павлом Деревянко и Артемом Ткаченко. Это приключение пройдет на роскошном гулете Aegean Clipper с 10 по 17 октября. Маршрут путешествия можно посмотреть здесь.

Дмитрий Лидковский: «Турция — самое комфортное место для начинающих яхтсменов…»

— Вы возвращаетесь в Турцию снова и снова — почему?

Собственно, с Турции у меня яхтинг и начался. Я там бывал много раз, точно больше 10. В Гечек Лимане я в первый раз вышел под парусом и понял, что не представляю для себя другого отдыха, кроме как на яхте.

— Какой из турецких регионов понравился больше всего?

От Бодрума до Кемера все побережье очень интересное. У Бодрума в Эгейском море, часто бывает крепкий ветер. В Гёчеке, откуда стартует осенняя регата «Дикая мята» под парусами» ветер более комфортный, но всегда есть. Больше всего нравится именно Гёчек – уютное, тихое место с яхтенной историей. А Турция по праву считается одним из лучших мест для яхтинга. 

Вообще, турецкий яхтинг 30–40 лет назад начинался с Бодрума и Мармариса. Мармарис тогда был небольшим рыбацким поселком. И в итоге эти места превратились в мировые столицы яхтенного спорта. Гёчек, откуда мы стартуем, по сравнению с ними невелик. Об этом месте мало кто знает, за исключением яхтсменов. Но именно в этом прелесть Гёчека— отсутствие толп туристов, уютные рестораны и магазинчики. 

— Что особенного для вас в яхтенной Турции?

Это природа, ласковое море, много удобных для стоянки бухт. Ну и конечно, люди, которые тут занимаются яхтенным бизнесом. Они совершенно по-особенному гостеприимные. Я нигде такого не встречал, это очень ценно. Считаю, что и обслуживание лодок в Турции — лучшее в мире. Мало кто так следит за флотом, как турки. Сложно объяснить, почему так. Видимо, ментальность у них такая. 

В Турции очень развита яхтенная инфраструктура. Почти в каждой бухте есть стоянка с мурингами или буи. Это не как в Греции, когда ты приходишь в марину, а тебе никто не помогает. Условия комфортные для яхтсменов любого уровня — для новичков и опытных моряков. В Турции совершенно уверенно можно брать лодку в чартер у известных компаний и знать, что все будет хорошо. А даже если что-то и произойдет, то проблема будет решена моментально. 

Тут есть хорошая система: если ты швартуешься у прибрежного ресторана и идешь в него обедать или ужинать, то стоянка и все остальные удобства бесплатны. Я такого больше нигде не видел. 

— Можно сказать, что вы рекомендуете Турцию как место обучения парусному делу?

Конечно. На это работают три фактора: очень комфортные условия для новичков, несложная и интересная навигация плюс обилие яхтенных школ. Нашим соотечественникам кроме Турции сейчас яхтинг больше нигде не доступен. И по сравнению с Европой Турция предлагает в чартер лодки по ценам ниже, чем в Европе. Да и сопутствующие затраты на стоянки, заправки, продукты, трансфер и авиабилеты в Турции ниже.

— Что сочетается в регате как в способе отдыха, почему хочется повторить? 

Конечно, паруса — страсть и смысл жизни. Для меня в регате важен соревновательный дух, общение со старыми друзьями и знакомство с новыми людьми. Несмотря на спортивный уклон, в яхтинге присутствует романтика моря. За тем и иду. Для меня яхтинг — это способ общения с морем, можно сказать. И этот способ более доступный, чем многие думают. Нужно лишь сделать первый шаг. 

— В этом году лето в Турции выдалась очень жарким, а сейчас стоит прекрасная погода, море прогрелось до +27 градусов. Какие у вас ожидания от предстоящей регаты? 

Я им прямо завидую. У них будут самые яркие и положительные впечатления. Первопроходцев ждет уникальный эффект новизны, который в отношении яхтинга можно испытать лишь однажды. Именно это случилось со мной в Гёчеке. Тогда я первый раз встав за штурвал, поймал много ветра, положил лодку и получил много адреналина.

Мы выйдем из гавани Гёчека 26 сентября, доверившись морю, хорошему ветру и надежным капитанам, среди которых будет Дмитрий Лидковский. Есть еще время стать частью классной яхтенной истории. Ссылка для регистрации на регату здесь!

Андрей Запорожец: «Иду в море как чистый лист!»

— Андрей, что для тебя «путешествие»? Что ты привозишь домой в рюкзаке за плечами? 

Могу сказать, что провёл в путешествиях большую часть своей жизни. Впечатления и воспоминания — это ярко и приятно! Люди творческие в основном живут как дети, сегодняшним днём, не задумываясь и не заботясь о будущем. Мой рюкзак пуст, я за путешествия налегке!

— Опиши приключение в путешествии, которое оставило яркий след в твоей судьбе и изменило твою жизнь.

Первая поездка в Германию в 12 лет сильно повлияла на меня. С тех пор я ни разу не заправлял футболку в штаны. Еще меня поразило, что не все люди живут в панельных домах, как оказалось!

— Многие музыканты черпают вдохновение в дороге. Писал ли ты музыку и песни во время и после путешествия? 

Всякое бывало. Чаще в пути я делаю наброски стихов, иногда напеваю мелодии на диктофон. Но в основном творчество начинается, когда можешь сосредоточиться на одной идее. Пожить где-то хотя бы пару недель, чтобы выразить её в полной мере.

— Как рождаются твои песни? Открывается портал из космоса, случается озарение или это ежедневный труд?

Я не владею инструментами. Поэтому большую часть песен написал с другими музыкантами. У меня есть несколько очень талантливых единомышленников и соавторов, которые полностью пишут музыку. Я лишь добавляю мелодии и стихи. Иногда приходится долго оттачивать какие-то строки или делать несколько вариантов припевов. Но чаще все происходит быстро и без больших усилий. От написания песни до ее записи может пройти от двух дней до двух лет. Тут нет правил — никогда не знаешь, как будет в этот раз.

— Интересно, случился ли у тебя новый виток, когда ты вышел на пятый десяток? Изменились ли приоритеты или пришла новая жизненная задача?

Все меняется вокруг, я остаюсь прежним — возраст не важен. Есть что-то еле уловимое, на что можно опереться. Я это чувствовал с разной интенсивностью и в 20, и в 40. Мастерство оттачивается, тело стареет. А мы пытаемся выразить своё понимание любви, грусти, восторга. Передать красоту или переживания этого дня. По большому счету во мне ничего не изменилось.

— Мы несколько месяцев вынужденно просидели дома. А как у тебя прошла самоизоляция? Концерты онлайн? Репетиции дома? 

Это был самый творческий период за последние 20 лет. Не на что было отвлекаться, мы сделали много нового дистанционно. Я понял, что люблю создавать и записывать больше, чем выступать, пожалуй.

Без концертов не было ощущения, что это крайне необходимо моим слушателям и мне.

— Что ты вообще думаешь о последствиях коронавируса для музыкальной индустрии? И вообще — куда катится мир?

Мир поделился на миллиарды клеток, где каждый теперь делает себя сам. Сам себе герой и звезда. В этом потоке информации можно найти что-то ценное. А можно утонуть и погрязнуть в историях чужих жизней, так и не создав свою. Иллюзия стала плотнее, тучи сгущаются. Для кого-то это кризис. Для меня — прекрасное время для развития. Нас торопят свыше, мы должны понять, для чего мы здесь.

Мы будем свидетелями невероятных метаморфоз в ближайшее время. Кто-то уйдёт офлайн и будет сидеть у костра и запекать выращенный им же картофель. Кто-то внедрит себе в мозг искусственные нейросети со всеми языками планеты. Столкновение демонов материальной власти со свободомыслием и знанием неизбежно. Но полный контроль невозможен. Те, кто на пути, лишь станут сильнее. Пройдут сквозь все препятствия к познанию своей сути.

— «Ничего не бывает случайно» — строчка из твоей песни. В жизни все так?

Думаю, у всех так. 

— Когда мы познакомились с Евгением Фёдоровым, он описал свой «Зов Моря». Это череда знаков, следуя которым, он оказался на легендарном «Крузенштерне». А у тебя какая связь с морем? 

Я эту связь давно чувствую! У меня многое в песнях связано с морями, океаном, реками, лодками и кораблями. Образы пространства, безграничности, закаты, рассветы — все это радует и наполняет!

— Какие у тебя ожидания от предстоящей регаты в Турции? Ты поедешь как «чистый лист» и пусть все будет, как будет?

Попробую быть чистым. Для меня это новый опыт — парусные гонки. Думаю, это будет невероятно здорово!

— Говорят, за мечтой надо ухаживать. И рассказывать о ней людям, которым доверяешь. Есть ли у тебя мечта, связанная с путешествиями? Поделись, если можно.

Я верю в последовательные действия. Сейчас мои мечты связаны скорее с постановкой конкретных целей. Хочу записать песню с друзьями из Занзибара. Это будет наша версия народной африканской песни, которую я перевёл на русский и английский. А еще моя задача отправиться с вами в путешествия Звука!

26 сентября Андрей выйдет в море под парусом. Это произойдет в солнечной Турции. Мы зовем вас с собой на музыкальный фестиваль «Дикая Мята» под парусами» с участием нашего героя. Будем искать вместе новый путь и получать уникальный опыт морских путешествий!

Михаил Дрёмин: «Вулканы выше денег…»

— Что тебя связало с Камчаткой?

По порядку. Сейчас я живу в Санкт-Петербурге. Переехал из Москвы пять лет назад, чтобы быть ближе к северу. Однажды съездил в поход на Кольский полуостров. Проникся Колой, тундрой, тайгой. Заболел ими. Причем до этого был далек от туризма. А тут накупил кучу всякого снаряжения, рюкзак большой. Смотрю и думаю: «Где я это буду испытывать?»

Михаил Дрёмин на яхте «Oberon»

Однажды позвонили заказчики, пригласили на Камчатку фиксировать поездку. Для меня было важным сделать комбинированную съемку: репортаж и пейзажные фото с людьми. Камчатка схожа по условиям с моим любимым Севером. Не люблю статичные пейзажные снимки: вот гора, рядом стоит человек. Скучно и сухо. А в этой поездке мне было интересно сравнить, как московские ребята из офисов преображаются в контакте с дикой природой, несутся по волнам на яхте, сидят у костра. Хотел поймать в кадр их внутренние трансформации.

Фото: Михаил Дрёмин

— По поводу яхты, на которой вы тогда ходили. Это был первый опыт путешествия под парусом?

— Нет, до этого я немного ходил на маленькой спортивной яхте в Севастопольской бухте. Но на такой лодке, как камчатский «Oberon», я вышел в море впервые. Что было важно — мы ощущали, что команда вкладывает в этот трип душу, делится опытом, а не просто зарабатывает на тебе.

Фото: Михаил Дрёмин

— Интересно… То есть ментальность камчатского моряка отличается от отношения к жизни столичного менеджера? 

Абсолютно. Меня зацепило то, что люди на Камчатке готовы тебе помочь просто, потому что ты есть. Без условностей. Тут ты их гость, ничего не знаешь. А у них вроде как ответственность передо мной, как у родителей перед ребенком. Они честные, открытые, окружают теплом и заботой. Не испорчены так называемой городской «цивилизацией». Отношение камчадалов к ближним мотивирует перенять это. Тоже стараешься быть открытым и добрым, помогать людям. Так что Камчатка меняет людей в лучшую сторону!

Фото: Михаил Дрёмин

Или вот история:

Мы с товарищем собрались сгонять на знаменитый Халактырский пляж с черным песком. Он находится недалеко от Петропавловска-Камчатского. Решили добираться на попутках. Возле нас остановилась женщина на микроавтобусе, отвезла нас на пляж. Мы около часа гуляли по берегу, созерцали океан. Когда мы вышли к дороге, чтобы вернуться в город, увидели необычную картину. Женщина-водитель не уехала. Она нас ждала, чтобы отвезти обратно. Более того, она собрала у машины стол. На нем был термос с ароматным чаем, печенье, бутерброды. Она окружила нас заботой, которую не встретить в городских «каменных джунглях». А после бесплатно отвезла нас обратно. Через нее Камчатка покорила наши сердца.

Фото: Михаил Дрёмин

— Твой Камчатский инсайт

Если честно, ощущение, что я часть команды. В таких экспедициях чувство локтя и принадлежности к делу воодушевляет. Был момент, когда мы поехали после яхтенного путешествия к вулканам на внедорожниках. Застряли, повредили подвеску. Я помогал камчатским ребятам с абсолютным вовлечением и удовольствием. Хотя мог сидеть и ждать — я же фотограф тут, а не слесарь. Вот это чувство сопричастности экспедиции действительно придавало сил.

Фото: Михаил Дрёмин

Еще, помню, мы встретили стаю косаток. Где-то 10 китов. Они шли параллельно с нашей яхтой на огромной скорости — просто черно-белые торпеды. Мы гнались за ними несколько миль. И когда я видел рядом огромное разумное существо из другого мира — меня охватывала оторопь. До мурашек.

Фото: Михаил Дрёмин

— Важное в подготовке к дальневосточной экспедиции

Тут дикая природа и переменчивый климат. Нужно быть наготове. Не стоит легкомысленно относиться к снаряжению. В Москве может быть + 30. А на Камчатке + 17. Термобелье, теплый спальный мешок, вязаная или флисовая шапка, непромокаемая обувь, плотная куртка — берите все это. Одежду собирайте в двух комплектах. Это не прогулка на катерке по Неве с осмотром разводных мостов. Тут может окатить волной. И будете переодевать абсолютно все.

Фото: Михаил Дрёмин

В самой экспедиции важно держаться с группой — это вопрос безопасности. У нас ночевка была в бухте Русской, и я отошел от группы на край лагеря. Решил поснимать вечерние вулканы. В момент, когда сработал затвор фотоаппарата, я услышал за спиной треск кустов. Это был медведь. Не помню, как я оказался у палаток. Ребята криками и светом фонарей отпугнули зверя. По габаритам это был небольшой молодой мишка. Но мне все равно стало не по себе. 

— У тебя до Камчатки был опыт восхождения на вулканы?

Нет, это первый трекинг был. Мы пошли на вулкан Плоский Толбачик. Жаль, пройдя две трети пути, не дошли до вершины — все затянуло туманом, идти было опасно. Я снимал в плотном тумане — вышло загадочно и немного жутковато. 

Путь к вершине был непростым. Помимо походного рюкзака я тащил 10 килограмм фотоаппаратуры. В Питере я готовился к Камчатке — наматывал по городу 30–40 километров с тяжелым рюкзаком. В поход на вулкан я взял энергетические батончики, спортивное питание. Так что шел я резвее менее нагруженных товарищей — сказались недели тренировок.

— Многие говорят, что посетить Камчатку — это как слетать на Луну. Это дорого, недоступно и не для всех.

Сразу скажу — для меня ценность Камчатки выше денег, потраченных на экспедицию. Каждая минута тут дорога. Ты понимаешь, что скорее всего не попадешь вот на эту сопку больше никогда. И только раз в  жизни увидишь косатку с детенышем. Это не то место, куда чартером можно слетать на выходные.

Логистика обуславливает цены на билеты и продукты, но это условно. Например, на Мутновский вулкан можно добраться на стареньком ГАЗ-66, а можно на вертолете. Разница в стоимости тура будет огромной. Найти доступный транспорт на суше и лодку на море не составит труда. Конечно, местные ребята зарабатывают на туризме. Но, как я уже говорил, у меня не было чувства, что меня обдирают. 

— Как думаешь, из Камчатки нужно делать подобие Исландии с асфальтом, парковками и смотровыми площадками у каждого вулкана?

Если сюда придут люди с капиталами и инфраструктурой — они все испортят. Исландия с ее вездесущими тропинками дает ощущение ухоженности и подготовленных декораций. Вся природа будто в рамочке. Ну нет атмосферы дикой природы. Именно за первобытностью едут на Камчатку. Я ехал сюда за этим.

Фото: Михаил Дрёмин

Кстати, на Камчатских маршрутах к вулканам и гейзерам, в национальных парках и заповедниках есть необходимый экспедиционный минимум — навесы, площадки для палаток, туалеты. 

 — И в заключение: если бы ты решил снова отправиться на Камчатку, чтобы ты осуществил?

Я бы повторил путешествие на яхте. Только уже углубленное — с работой на лодке, парусами и управлением. Ну и хотел бы больше снимать животных — медведей, китов, косаток, сивучей. Я туда обязательно вернусь!

Фото: Михаил Дрёмин

А мы зовем вас в крайнюю экспедицию на Камчатку в сезоне 2020. Она начнется 12 сентября. Подробности здесь. Спешите увидеть легендарный край земли с моря!

В Средиземном море археологи обнаружили 12 древних кораблей

В 2015 году неотступные поиски принесли результаты. Команда исследователей из проекта Enigma Shipwrecks (ESP) обнаружила в Средиземном море недалеко от Кипра 12 торговых кораблей, принадлежавших разным эпохам. Используя технологию сканирования морского дна, команда археологов нашла древнеримские, древнегреческие, османские и арабские торговые парусники. Они затонули между III веком до нашей эры и XIX веком. Остатки кораблей различных эпох разбросаны по небольшой площади в два квадратных километра. Это делает находку более загадочной. Видимо, навигация в этом месте была весьма опасной из-за сезонных штормов.

Огромный 13-футовый железный якорь в носовой части турецкого корабля, окруженный зелеными кувшинами. Источник: dailymail.co.uk

Корабли лежат на глубине около 2000 метров. Это сложный для исследования участок между Кипром и Ливаном, дно тут сильно заилено. Аквалангисты не могут погружаться на такую глубину, поэтому ученые использовали роботов. Они стали глазами и руками исследователей морского дна. 

Китайский фарфор династии Мин с османского торгового судна, которое, как полагают исследователи, затонуло в Восточном Средиземноморье в 1630 году. Источник: dailymail.co.uk
Работа подводных дронов обеспечивает безопасность участников проекта. Эти машины уникальны, они очищают от ила большие площади и аккуратно могут взять манипулятором хрупкую фарфоровую тарелку. Но это долгий и кропотливый труд. На то, чтобы робот опустился на глубину два километра уходит порядка двух с половиной часов. 
А сама исследовательская работа группы операторов робототехники занимает месяцы. Поэтому мы лишь в 2020 году смогли собрать достаточно большое количество видеоматериала, поделиться результатами работы и поднять со дна некоторые артефакты.
Шон Кингсли, директор Центра Западных и Восточных морских исследований и археолог проекта Enigma Shipwrecks (ESP)

Среди обнаруженных экспедицией Кингсли кораблей есть настоящий гигант. Длина этого османского корабля XVII века равна 43 метрам. Судно могло брать на борт около 1000 тонн товаров. По меркам того времени это был настоящий гигантский сухогруз. В момент трагедии османский «колосс» перевозил товары из 14 стран. На месте крушения ученые обнаружили итальянские расписные кувшины, китайский фарфор, даже индийский перец горошком. Глубоко в трюме роботы обнаружили глиняные курительные трубки. Настоящая контрабанда, ведь в Османской империи употребление табака было запрещено.

Кораблекрушение османского гиганта произошло примерно в 1630 году во время рейса между Стамбулом и Египтом. Этот парусник — свидетель торговой глобализации того времени. Артефакты, найденные учеными на морском дне, производились в Португалии, Бельгии, Китае, Индии, Персии, Египте. Самой удивительной находкой стала расписная фарфоровая посуда — 360 чашек, тарелок и кувшинов. Их создали китайские мастера в период правления последнего императора династии Мин — Чончженя. Этот монарх правил Китаем с 1368 по 1644 год.

Китайское фарфоровое блюдо с османского корабля, который затонул около 1630 года во время плавания из Египта в Стамбул. Источник: dailymail.co.uk

Турки приспособили китайские чайные чашки для питья кофе. Напиток стал популярным в Османской империи после снятия многовекового запрета на употребление. Также ученые обнаружили 12 арабских медных кофейников, изготовленных египетскими мастерами. 

Один из 12 кофейников 1630 года, обнаруженных на месте крушения османского корабля-гиганта. Считается, что именно османы принесли кофе в Европу. Источник: dailymail.co.uk

Находка ученых может переписать историю взаимоотношений Восточной и Западной цивилизаций. Изучив останки кораблей и грузов на них, исследователи подтвердили наличие морского «шелкового» пути из Китая в Европу. Торговые корабли шли из Поднебесной империи, огибали Индию и заходили в Красное море. Далее волоком по суше моряки перетаскивали суда к Средиземноморскому побережью и доставляли индийскую корицу, персидские ткани, китайский фарфор в Европу.

Стальной меч и медный щит на затонувшем в 1650–1700 годах арабском корабле. Источник: dailymail.co.uk

«Мы хотим, чтобы наши находки стали даром всему человечеству и оказались в постоянных экспозициях крупных музеев, чтобы любой мог созерцать эти прекрасные вещи», заявил Шон Кингсли.

Если хотите своими глазами увидеть древние памятники Средиземноморья, исследовать античные развалины и уникальные артефакты — отправляйтесь в октябре с нами на регату в Турции!

Регата в Турции: круче, чем «all inclusive»

Вот 10 причин, по которым стоит отправиться на регату в Турции:

1. Безвиз.

Собираем чемодан и летим в Даламан! Все. Вы на яхте, в море, обдуваемый легким бризом. Будьте внимательны с греческими островами вдоль Турецкого берега. Для захода в их гавани нужна либо шенгенская виза, либо островная. Такую можно оформить в турецких маринах. Например, в Бодруме.

Аэропорт Даламана, Турция

2. Идеальная погода.

Ведь наверняка у вас в городе в конце сентября будет грустно, слякотно и морозно. А тут ласковое солнце и прогретое море. В Турции яхтенный сезон длится с апреля по начало ноября. Зимой турки также выходят под парусами в море. В Мармарисе каждую неделю на выходных проходят гонки Marmaris Winter Trophy. 

Регата Marmaris Winter Trophy 2019

3. Удобные маршруты.

Самые популярные и красивые — от Бодрума до Антальи. Береговая линия между этими регионами — горы, небольшие бухты, живописные пляжи и хвойные деревья. Этот рельеф как природное укрытие от штормов и капризных течений. Яхтенные стоянки тут расположены недалеко друг от друга. Это избавит начинающих яхтсменов от долгих утомительных переходов. Переходы на таких участках — это настоящий chill. А еще в Турции есть система «one way trip» – фрахтуешь лодку в одной марине, сдаешь в другой той же компании. Очень комфортно. 

Яхтенная стоянка в Мармарисе

4. Пожалуй, лучшая яхтенная инфраструктура.

От Бодрума до Антальи комфортные марины с ресторанами, барами и пляжами на каждом шагу. Марины прекрасно оборудованные с комфортными лодками. Состоянию парусников позавидуют Греция и Хорватия. Марина Yalikavak Bodrum — лучшая гавань в мире для суперяхт в 2019 году.  D‑Marine Turgutreis в Бодруме — лучшая в Турции, D‑marine Göcek в Гечеке и Scopea Göcek входят в десятку лидеров.

Марина Scopea Göcek

5. Развитая культура яхтинга.

В Турции проводить на яхте время — традиция и привычка. Для жителя Измира или Антальи яхта — как машина в гараже, дело обычное. Эгейский берег и Средиземноморье — монолитная яхтенная страна. Мармарис и Бодрум считаются мировыми центрами яхтенного спорта. Тут проводятся престижные гонки под парусами:

  • Marmaris International Racing Week. Собирает более 1000 спортсменов мирового уровня
  • Русская парусная неделя Volvo, популярная среди наших шкиперов

Здесь яхтсмен — это свой среди своих. Прекрасное чувство единения с коллегами, не так ли?)

Русская парусная неделя Volvo. Источник: media.volvocars.com

6. Классная компания.

Прекрасная возможность встретить близких по духу людей! Для наших соотечественников Турция ассоциируется с развязностью и невоздержанностью некоторых земляков. НО! Турецкая яхтенная тусовка — совсем другое дело. Публика на парусных лодках интеллигентная, зачастую англоговорящая и весьма воспитанная.

7. Природа.

От красок побережья и чистоты бухт перехватывает дыхание.  Гавани Мармариса, Фетхийе и Олюдениза пестрят сочными красками цветущих растений, благоухают сосновой хвоей и дышат ярким торжеством жизни. Красоту Средиземноморской природы в панораме реально увидеть только с моря. И горе тем, кто отдыхает лишь на суше! Они лишают себя созерцания истинной турецкой красоты.

8. Античная культура и наследие. 

Почти 80% дохристианской архитектуры находится в Турции. На берегах Эгейского моря стоят античные города Эфес, Милет, Приена, Дидим. А от Бодрума к Анталье ведет древняя Ликийская тропа. Эта дорога была в древней Малой Азии важным торговым путем. Только с моря вы увидите во всей красоте высеченные в прибрежных скалах гробницы Миры и Дальяна или античные святилища Сиде и Олимпоса. А самое классное, что вы можете кинуть якорь в любом приглянувшемся городке и осмотреть все памятники во время пеших прогулок. 

Ликийские гробницы

9. Стоимость отдыха и гостеприимство.

Здесь любят принимать гостей и здесь вкусно все: морепродукты, мясо, фрукты. Турки отзывчивы, деловиты и обладают свойством оперативно решать проблемы с иностранными гостями. В стране практически нет уличной преступности. Яхтенные стоянки бдительно стерегут полицейские и частные компании. 

Цены в магазинах «на суше» существенно ниже европейских. При курсе 2020 года 1 лира = 10 рублей на 1000 рублей вы наберете базовую продуктовую корзину на 4–5 дней. В среднем ресторане потратите на ужин примерно столько же. С вином выйдет около 2000 рублей. Да, стоимость чартера яхт сопоставима с Европой. Но при доступной цене на перелет яхтенная неделя в Турции выйдет дешевле, чем в той же Греции.

Рынок в Измире

10. Доступность аренды лодки.

Взять яхту в аренду просто. Можно пригласить местного шкипера, а можно встать к штурвалу самому. Если, конечно, у вас есть лицензия Bareboat Skipper. Есть варианты пакетных яхтенных приключений. Это удобно — капитан решит все вопросы и научит при желании азам управления парусником. 

Если вы все таки сами решили встать к штурвалу в Турции, помните: при аренде лодки чартерная компания должна оформить:

  • «transitlog» — разрешение ходить во внутренних водах Турции. Его официальное название — «Turkish Ports Yacht Registration Certificate».
  • Blue card — документ о выполнении экологических требований. За слив в море грязной воды и содержимого туалета-гальюна здесь накладывают огромные штрафы. Баки с отходами опустошаются в маринах. После очистки администрация стоянки ставит в «голубой карте» отметку. Такие отметки чиновники периодически проверяют во время стоянок. С охраной окружающей среды на Турецком побережье все серьезно. 

Резюме:

Яхтенный отдых в Турции изменит представления об этой стране, покажет со стороны моря ее красоту и самобытность. Не все могут это увидеть. А еще это приятное общение с интересными людьми, активность и незабываемая морская практика под парусом! Если вы решились проверить свою яхтенную мечту на прочность, приглашаем вас на осеннюю «ДикоМятную» регату в Турции этой осенью. И, как говорят на берегах Анталии — Hos Geldiniz! Милости просим)!

Загадочная Камчатка: огнедышащие сопки, безлюдные сивучьи бухты и косатки

Скалы Три брата

Визитная карточка Дальнего Востока. Местные жители считают, что скалы охраняют город от цунами. А. П. Чехов, покидая Северный Сахалин, написал: «Я стоял один на корме и прощался с этим мрачным мирком, оберегаемым с моря Тремя Братьями, которые теперь едва обозначались в воздухе и были похожи впотьмах на трех черных монахов»

Гротовая бухта

Бухта Гротовая – одно из красивейших мест Камчатки. Окруженная скалами-исполинами, эта бухта не раз спасала моряков при штормах или высокой волне.

Остров Старичков

Получил своё название от обитающей на нём колонии обыкновенных стариков – птиц, внесённых в Красную книгу Камчатского края. 

Бухта Вилючинская

Бухта глубоко врезана в материк в северо-западном направлении, при этом её гористые берега идут практически параллельно друг другу. В бухте обитают несколько кланов хищных китов-косаток.

Мыс Зеленый

Здесь была найдена стоянка древних айнов, датированная около 3 тыс лет, видны ямы землянок (барабор), в земле много отщепов из кварцита и обсидиана, иногда встречаются наконечники стрел, микролиты ножей, скребла и прочие каменные орудия.

Бухта Русская и мыс Кекурный

Это узкий фьорд, окруженный впечатляющим горным пейзажем. В окружении столбовидных скал на камнях мыса Кекурный любят отдыхать сивучи. 

Бухта Лиственничная

Известна на Камчатке своими водными богатствами. Прекрасное место для дайвинга, морской рыбалки, подводной охоты. Летом там можно наблюдать нерест лососёвых рыб. И, конечно, бурых медведей, рыбачащих по берегам.

Бухта Бечевинская

Здесь была секретная база подлодок. Военный городок подводников, расположившийся в малозаметной бухте, включал в себя несколько жилых домов, штаб, казармы, камбуз, гараж, котельную, склад с ядерными боеголовками для торпед, дизельную подстанцию, продуктовый магазин и клуб. В 1996 году по приказу командования городок был оставлен навсегда.

Бухта Моржовая

Самая крупная бухта в Кроноцком заливе. Эти места были когда-то облюбованы моржами. Тут базировалась первая советская флотилия китобоев. Сейчас здесь хозяйничают морские львы.

Все эти места мы включили в уникальную экспедицию под парусами вдоль Камчатских берегов. Идем 24 августа на яхте «Oberon» с опытным шкипером, учимся управлять лодкой, ставить паруса и наблюдаем невероятную природу Дальнего Востока. Осталось всего ДВА места! Бронируйте место по ссылке.

Северные Курилы: вулканы, затерянные острова и музей под открытым небом

Остров Атласова

Это надводная часть самого высокого морского вулкана Охотского моря, Алаида. Совершим восхождение на прибрежный вулкан Такетоми.

Скалы Три брата

По корякскому мифу — это окаменелые братья, прогневившие морского бога. Легенда гласит, что они защищают порт от волн-цунами. 

Остров Старичков

Огромный птичий базар. Пройдем вдоль острова с мириадами галдящих пернатых. Поучил название от обыкновенного старика – редкой птицы, занесенной в Красную книгу Камчатского края.

Мыс Зеленый

Заглянем в гости к ученым, стоявшим лагерем на изумрудном берегу. Они изучают косаток. На мысе археологи обнаружили древнюю стоянку аборигенов-айнов. При желании в округе можно найти наконечники охотничьих стрел.

Бухта Вилючинская

Тут будем снимать черно-белых хищных китов на камеру и поделимся с экологами снимками. А в устье реки Вилюча можно ловить лосося практически на каждом забросе.

Остров Парамушир

Посетим столицу архипелага — город Северо-Курильск. Познакомимся с бытом его жителей и возьмем на борт местного гида, хранителя истории островов. 

Остров Шумшу

Прогуляемся по музею II Мировой войны под открытым небом. Исследуем японские береговые укрепления, сбитые американские штурмовики и места высадки десанта советских морпехов. 

Маяк Курбатова

Достигнем 80-летнего маяка и познакомимся с его смотрителями. 

Остров Онекотан

Поднимемся к двойному вулкану Креницына, похожему на торт. Наловим терпуга в Кольцевом озере около вулкана.

Остров-вулкан Анциферова

Это настоящий необитаемый остров. Понаблюдаем за огромным лежбищем сивучей на прибрежных скалах.

Все эти места мы включили в уникальную экспедицию под парусами на Северные Курилы. 28 августа идем на яхтах «Bellatrix» и «Hydra» с опытным шкипером, учимся управлять яхтой, ставить паруса и наблюдаем невероятную природу Дальнего Востока. Осталось всего ДВА места! Кто готов — бронируйте место по ссылке. Вышлем программу и маршрут.

Кругосветка «Паллады». День 32. Праздник Нептуна

Из мультфильма про капитана Врунгеля я помнил, что молодых моряков на экваторе окунают в бочку с морской водой. Но времена изменились. Теперь новичок должен пройти серьезные испытания, его будут мучить, пачкать и издеваться.

Кто-то из матросов рассказал, как ему на голый зад черти поставили печать, другой добавил, что на торговом флоте сажали обнаженных моряков задом на горячие листы металла будто на сковородки. А на паруснике «Надежда» новичков запускали в трехмерный лабиринт, в котором черти хватали их за трусы. Но Нептуна можно чем-то задобрить, если повезет.

Нас предупредили, что одежду лучше надеть старую, после посвящения её придется выкинуть.

— Что же надеть? Мне всё жалко, у меня всё хорошее, — переживал детский писатель Юрий Парфенов. Он надел семейные трусы в полоску, заправил в них выходную рубашку. Видимо рубашку ему не было жалко. Сверху нахлобучил вывернутую наизнанку кепку с надписью «Деловая Россия».

— Алкоголик из Анапы. Авоськи не хватает, — посмеялся над ним практикант Сергей Косарев. Сам он облачился в белые штаны и белую рубаху с капюшоном, отчего стал похож на врача инфекционного отделения. На голову прикрепил камеру go-pro, чтобы снять чистилище изнутри.

— Опарыш. Весь белый, а сверху черненький, — отбил атаку Парфенов.

Елена Комратова надела самодельное «маврикийское» платье из флагов. Похоже, это его последний выход.

На палубе поставили помост для Нептуна, украсили ванты изображениями раковин и морских звезд, растянули «чистилище», сшитое из паруса. На входе в парусный ад старший боцман Николай Абрамов написал фломастером «Оставь надежду, всяк сюда входящий».

Чистилище из старого паруса

И вот на электронной карте 0 градусов 0 минут 0 секунд. Буква S сменилась на букву N. Мы вошли в северное полушарие!

«Паллада» издала трубный гул и легла в дрейф. Из-за надстройки фока выскочили размалеванные черти и улюлюкая понеслись по палубе. Следом вышла процессия. Впереди Нептун с морской королевой, за ними слуги с опахалами. У Нептуна была зеленая борода до пупа, на голове корона, в руке трезубец. У королевы голубые волосы и прозрачное платье из занавески. Рядом шел звездочет в островерхой шляпе, длинной мантии и с телескопом в руке.

Нептун — руководитель курсантов Дмитрий, королева — буфетчица Людмила, звездочет — помощник капитана по учебной части Владимир Раменский. Слуг я тоже узнал: это курсант-парикмахер Миша и нигериец Артур. Белая чалма на Артуре выглядела очень достоверно. С ними были сумасшедший доктор с надписью «тропическая лихорадочная помощь» на белом халате (рукпрак Сан Саныч) и брадобрей с огромной бритвой и ножницами (рукпрак Александр).

Навстречу Нептуну вышел капитан, вручил съедобные дары и зачитал приветствие в стихах. Кроме прочего, там были такие строчки:

…есть у нас и практиканты, далеко не дилетанты, и танцуют, и поют, нам проходу не дают.

Нептун выпил с капитаном сока, закусил конфетой и предложил сесть рядом. Вся компания разместилась на помосте. Звездочет рассмотрел публику в подзорную трубу с наклеенным глазом, достал свиток и зачитал:

Гордый профиль, твердый шаг,
Со спины так чистый шах.
Песни лихо сочиняет,
На мопедах он гоняет,
Посетивший много стран,
Практикантский капитан.
Имя молодца Григорий.
Ну-ка, черти, сей же час
Доставьте молодца для нас.

Это же про меня, а я и подготовиться не успел! Черти побежали искать молодца, пришлось помахать им рукой. Меня окружили, схватили:

— На колени перед Нептуном!

В некоторых сомнениях я присел на палубу. Когда подвергаешься экзекуции первым, непонятно как себя вести. Надеюсь, это наш отечественный Нептун, а не какой-нибудь импортный. Негоже российскому моряку перед кем попало вставать на колени.

Мне щедро насыпали на голову пепла из ведра, смешанного с пухом из старых подушек. Вот оказывается почему всё утро коптила инсинераторная — жгли мусор, готовили пепел для мероприятия.

— Чем откупаться будешь, мореход Григорий? Чем задобришь морского царя? — грозно спросил Нептун с южнорусским акцентом.

— Могу встать на голову, — предложил я.

— Это ерунда! Побрить его наголо! — скомандовал Нептун. Брадобрей защелкал огромными ножницами у меня над головой. — Что? Порезался немного? Ну-ка, доктор, залечи его зеленкой.

Тропическая скорая помощь

Лихорадочный доктор вылил мне на голову ядовито-зеленую жидкость.

— А теперь в чистилище его!

— В чистилище! В чистилище! — завопили черти и попытались засунуть меня в выход из чистилища, но потом разобрались и нашли вход.

Чистилище изнутри выглядело как труба из старого паруса. Внутри были подвешены пластиковые бутылки с водой. В трубе были прорехи, из них высовывались черные руки и швырялись пеплом. Снаружи черти раскачивали трубу и били палками по ведрам, создавая дьявольский шум. Хоть посвящение в мореходы — шутливый ритуал, чистилище получилось убедительным.

На суде у Нептуна

Когда я вылез из трубы, на меня еще раз насыпали пепел и перья.

— Осознал свою повинность? — спросил Нептун. — Не танцуешь, не поешь!

Плясать в перьях мне не хотелось. Я не стал делать попыток и сам предложил: 

— В чистилище?

— В чистилище! В чистилище! — завопили черти. Нептун сделал жест рукой, и меня погнали в чистилище по новой.

Торопиться я не стал. Удобно устроился внутри трубы. Откупорил одну из висящих бутылей, вымыл лицо, промыл глаза. Плеснул водой на сунувшегося в прореху черта. Меня попытались достать палкой. Я схватил её и выдернул.

— Он у меня палку отобрал! — пожаловался черт кому-то.

— Что ты за черт, если у тебя палку отобрали! — обругали его.

Я выставил палку из чистилища, пытаясь отогнать притаившихся у выхода чертей. Те вцепились в неё, потянули, чуть не разломали всю конструкцию.

— Хватит! Хватит! — крикнул звездочет Раменский.

Пришлось выпустить палку, а то и правда разломаем с такой любовью построенный ад, а через него еще другим идти. По крайней мере, чертям я легко не дался.

Начинающий чёрт

— В купель его! — скомандовал Нептун. Купель была устроена в резиновой лодке, наполненной до краев водой. Я прыгнул в воду, и она потемнела от пепла, перьев и зеленки.

— А теперь печать на задницу! — ко мне подскочил лихорадочный доктор в очках кота Базилио.

— Не хочу, — ответил я. Глаза заливала мокрая грязно-зеленочная жижа, и я с трудом мог видеть.

— Тогда поставлю на лоб, — гнусно захихикал доктор и, прежде чем я успел опомниться, шлепнул огромной печатью мне по лбу.

— Теперь испей воды морской, полную чарку, — протянули мне кружку с соленой водой. Воду зачерпнули из бака с надписью «пищевые отходы». Но после чистилища и зеленки уже не до капризов. Выпил всю кружку.

— Ну вот, молодец! Мореход! — одобрительно загудела свита Нептуна. Так меня приняли в моряки.

Дальше черти начали хватать пассажиров, не проходивших ранее экватор, и всех практикантов по очереди. Для каждой жертвы у звездочета нашелся стих, написанный, судя по стилю, в соавторстве с Леонидом Филатовым, автором «Федота-стрельца».

Детский писатель Юрий Парфенов попытался задобрить Нептуна ловко спрятанной в недрах семейных трусов пачкой доширака и прочитал стишок «В лесу родилась елочка». Не тут-то было, пришлось идти в чистилище.

Косаревы перед Нептуном

Сергей и Светлана Косаревы предстали перед Нептуном вместе. На предложение откупиться Светлана прочитала четверостишие из песни «Спят усталые игрушки». Видимо, детские воспоминания в нас самые сильные.

— Красиво, — одобрил стихотворение Нептун и отправил пару в чистилище.

Романа, Стаса и Михаила тоже посвятили в моряки коллективно. Михаил попытался откупиться от Нептуна, предложив сотканный практикантами ковер. А Стас почти полностью прочитал стихотворение «Бородино». Но не помогло — в чистилище! И штамп.

Затем черти погнали в чистилище Лену, Ладу и Ирину. Причем Ирина умудрилась почти не испачкаться. Внутри чистилища она надела на голову заранее спрятанную шапочку для душа. Да еще отхлестала чертей веревкой. Лена не смогла выпить соленую воду, выплюнула её, и отправилась в чистилище заново. А затем была дважды шлепнута штампом.

Испытаниям подвергли и юнг, а с ними их руководителя Вячеслава. Но Вячеслав, как бывалый моряк, предъявил заранее подготовленную бумагу о том, что уже проходил экватор около 30 лет назад. Его не отправили в чистилище, а налили чарку морской воды и штамп поставили уважительно — на грудь.

На юнгах близкие к ним по возрасту черти отыгрались по полной, без жалости. Засыпали их остатками горелого мусора, залили зеленкой и играли в карты на их спинах.

На юнгах черти отыгрались

Лишь матрос-плотник не явился на суд Нептуна. Он уже проходил экватор в этой кругосветке, но и в прошлый раз спрятался. Черти не смогли его найти и сейчас, плюнули. Так хитрый и осторожный матрос-плотник не познал радостей чистилища.

А на «Палладе» появилось 16 новых признанных моряков, о чем капитан официально заявил по громкой связи. После чего сделал распоряжение о старте очередных учений по оставлению судна.

Объявление вызвало всплеск энтузиазма на палубе. Погода стояла жаркая, а океан был ровен как стекло. Курсанты по инструкции прыгали в воду в спасжилетах и поднимались обратно по штормовой лестнице. Команда и практиканты прыгали с борта без жилетов, либо спускались по парадному трапу. Капитан, как обычно, продемонстрировал мастер-класс по нырянию ласточкой.

Учения по оставлению судна

Следуя его примеру, я потренировался в прыжках головой вперед и с третьей попытки вошел в воду идеально. Это было своевременно, так как еще с прошлых учений бедра покрыты синяками от столкновения с водой. Хорош я: бедра синие, плечи зеленые, в волосах перья. Настоящий мореход.

Старший механик надел маску и поплыл проверять состояние винта. Оказалось, что винт в хорошем состоянии, несколько налипших ракушек не в счет.

В честь пересечения экватора некоторые члены команды синхронно прыгали с лееров ограждений, а это уже больше 5 метров до воды.

Так и отметили возвращение в северное полушарие.

— Теперь будем не вверх ногами ходить, а по-человечески, — заметил капитан. Все согласились: по-человечески лучше. И до дома теперь ближе.

Вечером капитан собрал новообращенных моряков на палубе и вручил каждому диплом за подписью морского царя. В моём было написано следующее:

«Диплом дан отважному „магеллану“ российскому Кубатьяну Григорию в том, что года 2020 месяца апреля дня 20-го мореход оный на фрегате славном „Паллада“, следуя путем морским кругосветным, преступил в пространстве водном линию незримую на меридиане 85‑м учеными мудрецами Экватором именуемую, обряд при этом хитростный послушно исполнил и принял крещение в водах Океана Индийского. Отныне нарекаю его именем Маркаб и беру под своё покровительство. Повелеваю подданным моим, гадам, чудищам пучин морских препятствий злых мореходу не чинить, в соблазны мерзостные не вовлекать, от пошлин и обрядов впредь освободить и ветра попутного желать во всех его странствиях. Нептун»

Очень полезный диплом. Могу его гадам, чудищам морским и портовым таможенникам предъявлять, чтобы отвязались. Осталось только выяснить, что означает Маркаб?

Новообращенные моряки дальнего плавания

< Предыдущая запись – Продолжение следует >

Кругосветка «Паллады». День 31. Пасха, прыжки на пертах и бои на палубе

На «Палладе» Пасхальное воскресение. По этому случаю радиоточка разрешила пропустить зарядку, но просыпаться настойчиво рекомендовала. Капитан Зорченко вышел на построение в парадной форме, старшие офицеры тоже оделись нарядно.

Все ходили и поздравляли друг друга:

— Христос Воскрес!

— Так точно! Воистину Воскрес!

На завтрак подали куличи и крашеные яйца. Все тут же начали стукаться, чьё яйцо крепче.

Пасхальные куличи

Выходной. Занятий не было, судовые работы шли без авралов. Но даже в праздник бездельничать скучно, поэтому молотки стучали, одежда стиралась, в парусной мастерской работала швейная машинка.

— А я чистилище сшила на завтра, — заглянула в салон отдыха практикантка Лада Залетова. Завтра будем пересекать экватор, готовится праздник Нептуна. Тех, кто пересекает экватор впервые, ряженые черти будут мазать сажей и макать в воду. 

На суше я пересекал экватор много раз: в Индонезии, Эквадоре, Бразилии, Кении. Но на море мой сухопутный опыт ничего не стоит. Все равно в чистилище засунут.

Учебный подъем на ванты

Чтобы занять время с пользой, практикантка Лена Комратова решила отработать укатку косого паруса. Она поднялась на переходные перты фок-мачты, так называются натянутые между вант стальные канаты. Но парус уже был укатан, развязывать его не хотелось. Поэтому Лена, застраховавшись, как положено по технике безопасности, начала прыгать на пертах для удовольствия. 

— Внимание! На переходных пертах прыгать запрещается! — раздалось по громкой связи. Кажется, мостик только сейчас этот запрет выдумал. Вряд ли кому-то из курсантов или матросов раньше вообще приходило в голову прыгать на пертах.

Как только дневная жара пошла на убыль, на палубу вышли спортсмены. Вынесли колонки с рэпом, дагестанским рэпом, чеченским рэпом и другой четкой музыкой, под которую приятно толкать штангу и избивать грушу. 

Вечерняя тренировка

На баке оператор Евгений устроил сеанс одновременной борьбы с юнгами. Отложил очки в сторону и борол крепких юношей по очереди. Палуба на «Палладе» деревянная, твердая. С прошлого сеанса борьбы оператор и юноши были покрыты ссадинами, замазанными зеленкой. Но сейчас ссадины зажили, и борьба продолжилась. Побежденные юнги отдыхали и снова бросались в бой.

— Может матрасы постелить? — предложил я рукпраку Вячеславу Гоголю, наблюдающему за схваткой.

— Проще дождаться, пока они коростой покроются, — философски заметил Вячеслав.

Руководитель юнг человек опытный, спортсмен, бывший военный моряк. Всегда готов поделиться историей:

— Знаете, откуда взялось выражение «проходит красной нитью»? Так говорят о сквозной теме в произведении. Так вот, на английском флоте коррумпированные интенданты воровали канаты и продавали их рыбакам. Тогда власти распорядились вплетать во все военные канаты красную нить. Если находили такие канаты на гражданских судах или лодках, судовладельцев наказывали. Поэтому спрос на такие канаты быстро исчез. И на военном флоте их перестали воровать.

Красные нити протянулись по небу, начался закат. Практикантка Лада Залетова вынесла гамак, подвязала к леерам ограждения и легла читать книгу. Рядом на палубе сидело еще несколько женщин с книгами. Но закат разгорался всё сильнее, становился всё красивее, и чтение было заброшено. Все побежали за телефонами и фотоаппаратами.

< Предыдущая записьСледующая запись >

Кругосветка «Паллады». День 30. «Своя игра» юнги Савелия

На море был штиль, вода как зеркало. Нас почти не качало, шли будто по рельсам. Из воды выскакивали летучие рыбы, мелкие, толком не разглядишь, но летели на десятки метров. Одна рыба подскочила так высоко, что шлепнулась на палубу. Вообще-то это 4 метра от воды. Может её выкинуло волной? Но откуда эта волна могла взяться?

Штиль – отличное время, чтобы поделиться захватывающей морской байкой. Капитан Зорченко рассказал, что сам не видел, но слышал, будто в океане встречаются линзы. Глубокие ямы в спокойной воде. Со стороны смотришь – вроде волна, но приблизишься – оказывается яма. Можно даже судно повредить. Мы пока ям не встречали, вода в идеальном состоянии, плоская и ровная.

С таким капитаном морские ямы не страшны

Укатали паруса, чтобы зря не жарились на солнце. 2 градуса до экватора. Температура воздуха +40.

Руководители практики выбрались позагорать на солнце. Некоторые из них были подтянуты, как молодые. Другие скорее похожи на могучих морских львов, греющихся на берегу и удивляющих юных котят своей толщиной и мощью.

Моя должность – координатор. Но на «Палладе» меня называли «руководителем практикантов», так что по статусу я был равен рукпракам и мог вместе с ними загорать на солнце. Но не хватало времени. Загорели только лицо и руки, а живот оставался белым, как у пингвина. Ну, ничего, по тропикам ходить еще долго.

Куличи к Пасхе

На камбузе кипела работа. К завтрашней Пасхе пекли куличи, украшали их кремом и цветной сахарной пудрой.

Практикант Михаил Голованов закончил в парусной мастерской ткать ковер и принес его с собой. Теперь у нас в кубрике появился собственный ковер, оставалось повесить его на стену и укрепить на нем скрещенные сабли и пистолеты, чтобы почувствовать себя на пиратском корабле.

Морской ковер, сотканный вручную из старого каната

Вечером юнга Савелий организовал викторину «Своя игра». Участвовали две команды. Сборная «Паллады», в составе которой были курсанты, юнги, рукпрак Вячеслав Гоголь и матрос-уборщик Людмила Геннадьевна. И с другой стороны практиканты Клуба Кожухова с примкнувшим к ним детским писателем Юрием Парфеновым, предложившим поменять правила и сделать всё по-другому. К Юрию уже привыкли и менять ничего не стали.

Это была вторая «Своя игра» Савелия, начиная с выхода из Кейптауна. Савелий – активный молодой человек и даже в «Что? Где? Когда?» вызвался бить в гонг. На этот раз викторина была посвящена литературе. Вопросы были парадоксальные и ставили взрослых участников в тупик.

Юнга Савелий придумывает хитрые вопросы

Какое отношение к литературе имеет слово «Чернобыльская»?

Ответ: АЭС. Потому что А.С. – инициалы Пушкина.

Что значит 66 99? 

Ответ: это дата рождения Пушкина.

Не писатель, не поэт, но оставил значительный след в русской литературе.

Ответ: баснописец Крылов.

Продолжите фразу «Ребята…»

Ответ: «…давайте жить дружно».

< Предыдущая записьСледующая запись >

На своей волне

Источник: RG.RU

Перехитрить селедку

— Самая хитрая – олюторская селедка! Пугливая, очень быстрая. Ее ловить сложнее всего, – говорит Сергей Викторович Меньшов.

Сергей Викторович Меньшов

Он родился в Петропавловске-Камчатском, был в семье последним, шестым ребенком. Шустрым, пытливым. Рано познал труд. Родители детей воспитывали строго, что называется, два раза одно и то же не повторяли.

— Купаться идет тот, кто первым окучит 20 рядков картошки, – смеется Сергей Викторович.

Морское «зерно» в него заронил старший брат — летчик. Сергей в детстве обожал компот из сухофруктов. В семье все знали, что это любимое лакомство младшего.

— Серега, а на судне кок каждый день компот готовит, — с улыбкой заметил как-то старший брат. И незаметно эта, казалось бы, несерьезная деталь в воображении парнишки выросла до большой мечты.

Вскоре после окончания школы его призвали в армию. Демобилизовавшись, Сергей осознанно решает идти в мореходное училище в родном городе. Учился хорошо, знания глотал жадно, по-взрослому.

Капитан Меньшов:

«Если ты знаешь, что тебя любят и ждут, то любая разлука и все тяготы морской жизни переносятся легче»

- Я самый старший на курсе был. Остальные совсем мальчишки, – замечает Сергей Меньшов.

Он прошел все ступеньки морской службы: от матроса до капитана большого рыболовного сейнера. Если сложить все его рейсы, получатся десятилетия жизни, прожитой в море.

Вот уже 36 лет Сергей Меньшов на капитанском мостике.

— Большой рыболовный сейнер — это, по сути, многоэтажный дом. Он и по размеру примерно такой. Живут в нем в основном мужики, молодые и сильные, с характером. И без женщин! – последнее предложение капитан произносит чуть громче.

Рыболовецкий сейнер «Капитан Кайзер»

На судне он — верховный главнокомандующий. Ему, например, доверено регистрировать браки и новорожденных. Сергей Викторович говорит, что ни разу не приходилось выступать в такой роли. Но в морской жизни полно других неожиданных сюжетов.

— Случай был. В медпункте судовой врач делал матросу полостную операцию под местной анестезией. Все прошло благополучно, парень выздоровел. Ну поволноваться пришлось,- говорит Меньшов.

Поймать секунду

Шторм в океане трудно описать словами.

— Это гул, который высверливает всю нервную систему. Волны в несколько этажей высотой. Из них нужно выйти победителем, – уверен капитан Меньшов.

Самая страшная схватка с морской стихией произошла в 2000 году. Выбило иллюминатор, на нижних палубах сейнера уже плескалась вода. Меньшов, улучив момент, сумел развернуть сейнер против волны и уйти в спасительную бухту.

Сергей Викторович убежден, что главное для моряка – это берег. Вернее, те, кто остался там.

— Если ты знаешь, что тебя любят и ждут, то любая разлука и все тяготы морской жизни переносятся легче, – убежден морской волк.

Свою Судьбу он повстречал на улице Красноярска. Он с другом – два отпускника – вразвалочку прогуливался по центру сибирского города.

— Навстречу две девчонки. Одна мне сразу приглянулась, — вспоминает Меньшов. Помолчав, добавляет: — Вот так и познакомились. Моя Галия — татарочка, красавица…

С улыбкой вспоминает, как теща назвала его «морским пиратом», узнав о том, что любимая дочка собралась на далекую Камчатку. С той поры прошли десятилетия. Выросли две дочери, подрастают внуки.

Капитан Меньшов говорит, что море не давало возможности часто общаться с детьми. Однажды, вернувшись из рейса, он зашел во двор и окликнул младшенькую.

— Здравствуй, дядя, — тихо ответила Настя на его громкое «доченька».

Этот случай стал классикой их семейного юмора.

— Благодаря жене я увидел Россию. Прикоснулся к ее истории и культуре, – считает Сергей Викторович.

Галия не признает «ленивый отдых», поэтому большинство отпусков прошло в путешествиях по родной стране. Меньшовы объехали ее добрую треть.

Сергей Викторович признался, что никогда не любил пышных встреч на берегу. На пирсе нужно встречать пассажиров, а капитан сам приедет домой:

— Главное — не букеты у трапа, а уверенность, что тебя по-настоящему ждут.

«Мы – столетние…»

Последние десять лет Сергей Викторович стоит на капитанском мостике буксира «Смелый». К этому «королю бухты» привык быстро.

— На буксире работа не менее серьезная и ответственная. Нужно швартовать к пирсу большие корабли или выводить их в море. Бывает, что капитан боится в бухту заходить. Неуверенно себя чувствует. Поэтому от команды буксира очень многое зависит. Счет идет на секунды и метры, — говорит капитан Меньшов.

Трудяга-буксир его слушается. Сергей Викторович в свои 70 не думает об отдыхе. За все время работы он единственный раз побывал на больничном.

Камчатские буксиры

Летом моряк обожает возиться с грядками. Родственники давно привыкли, что лучший урожай — у него.

— Моя мама прожила 102 года. Мы, Меньшовы, — столетние. Поэтому с морем прощаться не спешу, — сказал Сергей Викторович.

Капитан приходит на берег даже в отпуске. Говорит, что ноги сами несут.

— Посмотрю, подышу морским воздухом — и на душе легче. Веришь?

Кругосветка «Паллады». День 29. Чем образцовые матросы отличаются от бестолковых

Самая передовая мачта на «Палладе» — фок. Не только мачта, но и первая треть палубы — владения боцмана фока Владимира Федоровича Ганцалева. Его границы простирались от кончика бушприта до окончания первой палубной надстройки. Дальше начиналась территория грота. Заодно к хозяйству фока относились два действующих якоря Холла и один запасной.

Владения фока — самые большие на палубе и команда самая опытная. Под началом Владимира Федоровича трудились взрослые матросы.

Например, старший матрос-инструктор Олег Анищенко из Краснодара. Он учился на механика и судоводителя, получил документы морского штурмана и в обычное время работал вторым помощником капитана. Но очень хотел в парусную кругосветку, поэтому пошел простым матросом. 

Матросы Олег Анищенко и Максим Сметанин

Или его напарник старший матрос-инструктор Максим Сметанин, силач, боксер, добродушный парень. В свободное от палубных работ время Олег и Максим помогали в парусной мастерской. Начальник парусной — старший боцман Николай Абрамов — во время авралов тоже выходил на фок, поднимался на надстройку, следил, чтобы паруса ставили правильно, не порвали.

Первый месяц палубная команда фока тренировала курсантов, чтобы каждый знал свои обязанности и мог их выполнять эффективно. Даже неопытному глазу было видно, что курсанты фока работают быстрее и слаженнее. На фоке больше всего парусов, но аврал как правило заканчивали первыми: на гроте ещё чад, угар и грозные крики, бизань начала укатывать снасти, а курсанты фока давно лежат на палубе, отдыхают — всё сделали.

На бом-брам рее бизань-мачты

Сам я был приписан к бизани и именно туда выходил на авралы. Все практиканты выходили. На бизани боцман и матросы были немногословны. Пришел — молодец, помогай остальным. Учиться приходилось на своих ошибках. 

Вот потянули шкот крюйс-стень-стакселя. Шкот застрял, блок болтался прямо у меня над головой. Я схватился за шкот, потянул — не идет. Подпрыгнул, чтобы выдернуть его своим весом, шкот поддался и полетел. В этот момент курсанты дружно потянули его вбок, и я грохнулся на палубу, прямо на спину. От удара потемнело в глазах — нокдаун.

— Вы в порядке? — подскочили курсанты. Я показал большой палец и поковылял в кубрик отлеживаться. К счастью, у судового врача Алексея Черникова нашелся тюбик с мазью для моей спины. Ушибы прошли быстро, а ума прибавилось значительно.

< Предыдущая записьСледующая запись >

Как флотская чарка вернулась на российский флот

Хороший моряк — слегка «хлопнувший» моряк?

Питание на военно-морском флоте жестко регламентировано. Министерство обороны установило нормы продуктового довольствия для моряков законом «О статусе военнослужащих» и постановлением Правительства «О продовольственном обеспечении военнослужащих». В морских пайках присутствует и сухое красное вино. Раньше эта «роскошь» была доступна лишь подводникам. 

Банкет на подводной лодке

После 2015 года Минобороны расширило рацион моряков. Теперь каждому флотскому срочнику ежедневно положено 50 грамм сухого красного вина. А контрактники и офицеры достойны 75 грамм рубинового напитка. Моряки получают вино при условии, что выходят в открытое море на срок свыше шести часов.

С чего бы военному министерству проявлять такую щедрость? К этому решению адмиралов подтолкнули результаты исследований НИИ питания и диетологии. Ученые убедили флотских, что в умеренных количествах вино улучшает пищеварение, укрепляет иммунитет и способствует высокому уровню боевого духа экипажей. Оказалось, что подсознательно матросы принимают винную чарку как поощрение. И относятся к служебным обязанностям с должным рвением.

Флотская чарка

Откуда пошла традиция флотской чарки? «Принимать по-маленькой» на русском флоте начали одновременно с его созданием в конце XVII – начале XVIII вв. Император Петр копировал традиции западных моряков, у которых учился морскому делу. У англичан на кораблях выдавали ром, испанцы поощряли матросов вином, голландцы — пивом и джином. На новорожденном российском флоте в рацион матроса Петр I включил водку.

По Воинскому уставу 1716 года нижним чинам на парусниках полагалось 4 чарки хлебного вина в неделю. Но где пряник, там и кнут. За пьянство сверх положенного матроса нещадно пороли. А офицера лишали месячного жалования.

Чарка вмещала 123 миллилитра водки. Флотский завхоз, баталер, делил чарку надвое. Половину матрос получал утром, половину вечером. Такая порция называлась получарка. В тяжелых условиях службы на Балтийском море чарка бодрила, согревала, служила методом поощрения и наказания. Провинился матрос — лишился чарки. За заслуги получал еще одну поощрительную чарку. По выполнении тяжелых маневров или после морских побед команда получала от капитана  наградное водочное угощение.

Винная чарка на 123 мл с клеймом 1889 года.
Фото: smolbattle.ru. 

Церемония принятия

Разлив водки на флоте стал ритуалом. В назначенное время капитан с мостика давал приказ баталеру приступить к раздаче спиртного. Баталер с вахтенным матросом и помощником-юнгой спускался в трюм к винному хранилищу, ахтерлюку, и набирал ендову водки. Флотская ендова — луженый сосуд, гибрид суповой кастрюли и чайника.

Прием спиртного нижними чинами российского миноносца, начало ХХ века.
Фото: kartam47.livejournal.com 

После полную посудину баталер поднимал из трюма и ставил на палубу. Также во время ритуала вахтенный матрос мог держать ендову на руках. Боцманы свистели в дудки, созывая матросов «к вину и обедать». Этот особый свист моряки прозвали «соловьиной песней». Матросы выстраивались в очередь к ендове и подходили согласно оглашаемому баталером списку. Унтер-офицеры следили за порядком, чтобы флотская братия не толпилась и не перевернула ендову. Матросы подходили к ендове, уважительно сняв головной убор. Зачерпывали водки, крестились и медленно выпивали не закусывая. Выпивший передавал чарку следующему и бежал на обед.

Флотская чарка в литературе

Писатель А.С. Новиков-Прибой служил баталером во время русско-японской войны 1904–1905 годов. В книге «Цусима» он описал чарочный ритуал:

«В одиннадцать часов вахтенный начальник распорядился:

 — Свистать к вину и на обед!

Залились дудки капралов. Среди команды началось оживление. Одни из матросов, гремя железными укреплениями, спускали на палубах подвесные столы, другие, схватив медные баки, мчались к камбузу, третьи, те, что любили выпить, спешили к той или другой ендове, выстраиваясь в очередь. На каждого полагалось полчарки водки, а еще полчарки – вечером, перед ужином. Пили водку с наслаждением, покрякивали и отпускали шутки:

 — Эх, покатилась, родная, в трюм моего живота!

 — Хорошо обжигает.

 — А за границей ром будут выдавать. Тот еще лучше.

 — Крепись, душа, залью тебя сорокаградусной.

 — За семь лет службы я этих получарок выпил у царя пропасть – более четырех тысяч…».

«Соловьиная песня».
Матросы российского корвета «Витязь» стоят у ендовы, 1880‑е гг.

Молвим дурному «нет!»

Были и те матросы, что воздерживались от казенной чарки. Не здоровья ради, а прибыли для. Ведь цена каждой чарки складывалась, и по выслуге лет матрос получал неплохую сумму сэкономленных денег.

А в 1909 году император Николай II вовсе флотскую чарку запретил. Причиной стало негативное отношение общества к революционно настроенным, подвыпившим и дерзким матросам, сходящим на берег в портах. Нарушение флотской традиции привело к еще большему снижению авторитета самодержца среди моряков. 

Традиция судовой трезвости продлилась и после революции до Великой Отечественной войны. Во время войны появились наркомовские 100 грамм. Ими поощрялись моряки за успешное выполнение боевых задач. После победы спиртное снова ушло с флота. На кораблях появились сложные системы вооружения и навигации, ядерное оружие. Негоже выпившему моряку атомным крейсером управлять.

Возвращение флотской чарки

С начала 2000 годов вино вернулось на флот к морякам-подводникам. В условиях малоподвижности на субмаринах сухое красное помогает пищеварению и выводит из организма тяжелые металлы. А сегодня «соловьиная песня» призыва к вину и обеду звучит на всех кораблях военно-морского флота. 

Камчатское «вино» из борщевика

Логистика против пития

В конце XVII века зерно при транспортировке на Камчатку из Центральной России очень дорожало. К Западу от Уральского хребта ржаной пуд стоил 10 копеек. В Якутске цена вырастала до пяти рублей, а на берегу Охотского моря зерно стоило 10 рублей за пуд. Гнать водку из зерна по такой цене было невыгодно. Но суровые условия службы и опасные походы подталкивали пытливый казацкий ум на создание антистрессовых напитков чуть ли не из помоев. Георг Стеллер, естествоиспытатель и исследователь Камчатки, в 1740 году писал, что местные казаки гнали водку из таежных ягод и даже из перебродившей рыбы.

Алкоэврика!

Но окончательным решением проблемы винопития стала пучка —  борщевик шерстистый или медвежья лапа. Эту «сладкую траву» заприметил еще первооткрыватель Дальнего Востока атаман Атласов. Он наблюдал, как ительмены чистят и сушат трубчатые стебли борщевика. А после едят их вместо сахара.

Владимир Атласов

В начале XVIII века изобретательные служилые люди придумали технологию изготовления борщевиковой водки. Крошево из стеблей и листьев пучки заливали теплой водой, добавляли ягоды жимолости и кислые дрожжи. Полученную брагу перегоняли и пили. Впервые такую водку получили казаки-новаторы Большерецкого острога в 1732 году. В качестве змеевика к самогонному аппарату приладили ружейный ствол.

Борщевик шерстистый (пучка)

Водка из пучки стала популярной в казенных кабаках Охотского побережья. Цена была 20 рублей за ведро. Это при месячном казацком жаловании в пять рублей. Но таких баснословных денег за ведро борщевикового пойла никто не платил. Охотники-казаки выменивали напиток на пушнину, ездовых собак и моржовые клыки.

Уральский казак, конец XVIII века

Жидкое зло — друг свиней

Водка из борщевика-пучки обладала коварными особенностями. Побочные эффекты от потребления пучки описал все тот же Георг Стеллер:

«Эта водка, между прочим, весьма нежна и, следовательно, чрезвычайно вредна для здоровья… Пьющие эту водку очень быстро хмелеют. И, придя в состояние опьянения, становятся безумными и буйными. Лица их при этом синеют, тот же, кто выпьет, мучается затем всю ночь самыми странными и несуразными фантазиями и сновидениями, а на следующий день становится таким робким, опечаленным и беспокойным, как если бы он совершил величайшее преступление».

Но особо тяжкие последствия несла пучка в смеси с настоянным на мухоморах кипрейным суслом. До прихода русских мухоморы были единственным психостимулятором у ительменов и чукчей. Их галлюциногенные свойства в сочетании с алкоголем давали агрессивное поведение и сильнейшее тяжкое похмелье. 

Рядом с винокурнями паслись коровы и свиньи. Животные поедали перебродивший борщевичный жмых, что оставался после перегонки пучки. Таким образом, и хозяин, и домашняя скотина обитали в одном месте. Пока казак напивался — его свиньи наедались. А после хрюшки сопровождали пьяного домой.

Ничего личного — только бизнес

Борщевиковая водка-пучка приносила казне неплохие барыши. Так, с 1773 по 1797 год государство получило от камчатских винокурен баснословную сумму в 13 768 рублей 78 копеек. Лишь в начале XIX века хлебный спирт вытеснил камчатскую водку из кабаков Охотоморья. Наладилось морское сообщение с Большой землей и хлебное вино стало по цене не дороже травяного.

В 2020 году мы знакомимся с традициями Камчатки и Северных Курильских островов в парусных экспедициях по Охотскому морю.

«Штандарт» возвращается на Родину

Фрегат «Штандарт» — историческая копия парусника Петра I. Автором проекта стал Владимир Мартусь. В 1992 году Владимир и товарищи начали строить корабль. Парусник состоит из двух зон — исторической и современной. На первой зоне выше артиллерийской палубы судостроители сохранили облик корабля XVIII века со штурвалом, отделкой, пушками и мачтами. Техническая часть корабля включает современные навигационные приборы, каюты, двигатель и прочее инженерное оборудование.

Фото: https://vk.com/frigate_shtandart

Бюрократические препоны не давали судовладельцам поставить корабль на учет. С 1999 года «Штандарт» не раз ставился и снимался с учета, становился предметом судебных разбирательств и проверок. Была опасность, что чиновники навсегда оставят корабль у причала. Это надоело Владимиру, и с 2009 года парусник странствовал по европейским морям. В родной порт Санкт-Петербург он вернуться не мог.

Но наконец «Штандарт» вписали в государственный судовой реестр. Парусник стал спортивным учебным судном с командой в 36 человек. Он может бороздить моря в районе плавания 2, то есть ему нельзя уходить дальше 200 миль от берега и ходить под парусами при ветре сильнее 28 метров в секунду.

Владимир Мартусь

Со слов капитана Владимира Мартуся, 5 августа корабль станет в голландский док для профилактического ремонта. После докования парусник пойдет на зимовку в «теплые моря». А в 2021 году после гонки учебных парусников Tall Ships Races «Штандарт» вернется в родную гавань. Ждем земляков в Петербурге!

«Старый Грог» Вернон

Картахена — один из самых красивых городов Колумбии. Дворцы, парки, католические соборы, а на берегу величественная крепость Сан-Фелипе-де-Барахас. Её бойницы сурово вглядываются в воды Карибского моря, не покажутся ли там пираты или англичане. Что с точки зрения Картахены, одно и то же.

Внутри крепость похожа на гигантский термитник. Её тело пронизывают узкие ходы, проложенные под разными углами и без видимой логики. Некоторые затоплены, другие завалены камнями. Наверное, крепость специально строили так, чтобы прорвавшиеся внутрь англичане застряли в лабиринте.

Крепость Сан-Фелипе-де-Барахас

Еще 15 лет назад в парке напротив крепости стоял памятник британскому вице-адмиралу Эдварду Вернону по прозвищу «Старый Грог». Я помню это, потому что очень удивился, когда наткнулся на него. Надпись на памятнике гласила: «В апреле 1741 года британские герои взяли Картахену».

Что это? Насмешка над городом? Подарок британского консульства, от которого колумбийцы не нашли мужества отказаться?

Любопытно, что испанцы в тот раз отстояли город, и британским героям во главе со «Старым Грогом» Верноном пришлось отступить. Свое прозвище адмирал получил благодаря камзолу из фая, который носил постоянно (по-английски — grogram).

Адмирал Эдвард Вернон (1684–1757). Художник – Томас Хадсон

Сейчас я, сколько не пытался, не смог обнаружить, куда этот памятник делся. Больше он не стоит на площади. Ломать памятники спорным историческим персонажам придумали не в США и даже не на Украине. Может и зря убрали адмирала. Пусть боевые подвиги Эдварда Вернона на колумбийском побережье сомнительны, зато ему принадлежит полезное изобретение, названное в его честь — грог, разбавленный и подогретый ром. Что-то вроде морской разновидности глинтвейна.

В то время ром выдавали британским морякам, чтобы защитить их от инфекций. Долго хранящаяся в бочках питьевая вода начинала цвести и киснуть. Пить её было почти невозможно. Добавка алкоголя позволяла улучшить вкус воды. Но в итоге на судах процветало пьянство. Чтобы победить алкоголизм, адмирал запретил выдавать морякам чистый ром, а требовал разбавлять его водой в пропорции 1:4. Он также рекомендовал матросам добавлять в этот напиток сахар и дольку лайма.

Спустя сто лет секретарь военно-морских сил США Роберт Смит заменил грогом ранее выдававшийся морякам ржаной виски. С этого момента уже американские моряки оценили новый напиток, тут же переименовав его в «боба смита».

Что подходит военным, не годится для гражданских. Страховые компании начали выплачивать премии американским судовладельцам, если во время плавания спиртные напитки не употреблялись вовсе. Вместо этого торговым морякам предлагали пить горячий кофе. Лишь в 70‑х годах XX-го века грог перестали выдавать и военным. Теперь он полностью перекочевал в гражданские рестораны и бары.

Существует несколько рецептов грога.

Королевский — ром с водой, лимонным соком и корицей.

Карибский — ром с водой, грейпфрутовым, апельсиновым или ананасным соком, корицей и медом.

Пиратский грог-бумбо — ром с водой, сахаром и мускатным орехом.

Голландский — подогретый ром с черным чаем, лимонным соком и медом. В Европе такой грог считается средством от простуды и гриппа.

Встречаются и более экзотические версии грога: ром смешивают с яблочным сидром или сливками и подают в скорлупе кокосового ореха. Каждый фантазирует как умеет. Главное — вовремя вспомнить строгий взгляд старого адмирала Вернона и не увлекаться чрезмерно алкоголем. А то можно впасть в состояние «грогги», хорошо известное боксерам. Когда на ногах еще стоишь, но соображаешь уже не очень.

Кругосветка «Паллады». День 28. Я — рулевой

Решил, что пойду на вахту, встану за штурвал. Наши практиканты уже стояли эту вахту, некоторые по нескольку раз — и днем, и ночью. Я рулил «Седовым» и «Крузенштерном», а «Палладой» ещё нет. Пора исправить это.

Пошёл на полуденную к старшему штурману Константину Романову. Хороший дядька, веселый, доброжелательный. Вахту он не начинал без кофе и обязательно делился. Кофе — это ритуал, пока не выпьешь, за руль нельзя.

У «Паллады» два штурвала. Один из них — маленький джойстик в рубке, с его помощью можно вести судно по проливам с интенсивным судоходством. Другой штурвал — настоящий деревянный, находится перед рубкой. Он сдвоенный, им может управлять один человек, а в непогоду двое. Поэтому на вахту обязательно выходили двое курсантов. В обычное время один из них выполнял работу впередсмотрящего. Следил, чтобы навстречу судну не попадались оторванные буйки, рыболовецкие сети, потерянные контейнеры, разбитые лодки и прочие неопознанные плавучие объекты.

Курсанты менялись за штурвалом каждый час. Или как договорятся. Возле штурвала находился судовой колокол. Каждые полчаса от начала вахты впередсмотрящий отбивал склянки. Один удар — полчаса, сдвоенный — час, и так до четырех сдвоенных. Это означало, что вахте конец, заступала следующая. По склянкам можно было судить и о том, когда объявят прием пищи.

Я встал за штурвал, курсанты за мной приглядывали. Потом поняли, что курс я держу нормально, и расслабились.

Принцип работы рулевого несложный. Перед вами гирокомпас. На внешнем круге отметки курса от 0 до 359, внутренний с цифрами от 0 до 9 вращается. Если задан курс 60 градусов, нужно чтобы цифра внешнего круга стояла возле 60, а внутреннего — держалась у нуля. Но круг не стоит на месте, цифры прыгают. В пределах единицы — 59–61, хорошо. Люфт в два деления 58–62 допустим. Но если больше, то курс меняется. Судно начинает вилять или уходит с маршрута.

В рубке на экране у штурмана виден угол расхождения с заданным курсом. Ошибка в два-три градуса вроде ерунда, а через сто миль выяснится, что пришел не туда, куда планировал. Впрочем, разгневанный штурман гораздо раньше выскочит из рубки и стукнет вас кружкой от кофе.

Если внутренний диск крутится против часовой стрелки, то есть влево, значит судно уходит сильно вправо. Крутим штурвал влево на пол-оборота, на целый оборот или несколько. Смотря как резво скачет диск. Судно большое, руль отвечает с задержкой. Нужно не просто реагировать на движение диска, а предугадывать его поведение. Слишком сильно начнем крутить штурвал влево-вправо, и судно пойдет по синусоиде. Если оно идет под парусом, то может потерять ветер, паруса обвиснут, скорость упадёт, судно встанет. Придется брасопить (поворачивать) реи или убирать паруса, включать двигатель. Сотня бегущих на парусный аврал курсантов вспомнит вас недобрым словом.

Моя первая вахта за штурвалом прошла благополучно. Шли под двигателем со скоростью шесть узлов, море было спокойным, судно легко управлялось, и гипнотический диск почти не улетал за 1–2 деления. Старший штурман даже предложил мне вторую кружку кофе — высшее одобрение моих навигационных навыков. Но от кофе я отказался. Рано хвалить себя, я еще не управлял судном под парусами, не стоял за штурвалом в шторм. В конце вахты склянки пробили 4 сдвоенных удара: «вторая смена курсантов и практиканты Клуба Путешествий приглашаются на чай». Чай я заслужил точно.

< Предыдущая записьСледующая запись >

Кругосветка «Паллады». День 27. Может ли жидкая вода быть твердой?

Ветер был еле заметен. Поставили паруса, но они безвольно повисли. Ничего страшного, 3–4 узла — тоже скорость. На море было интересно. Мимо проплывали огромные буи, обтянутые сетками. На буях сидели бакланы. С утра они успели загадить нам квартердек, и теперь с важным видом отдыхали от трудов праведных.

День был чудесным и солнечным. Решили убрать паруса и провести учения по оставлению судна. Прозвучал сигнал тревоги, все побежали по кубрикам, чтобы задраить иллюминаторы по штормовому и взять спасательные жилеты. После чего курсанты, юнги и практиканты собрались в учебном классе. Здесь мы ждали распоряжений капитана.

Капитан сообщил по радио, что учения пройдут следующим образом. Курсанты будут учиться прыгать в воду в спасательных жилетах и подниматься наверх по штормовому трапу. Матросы и практиканты могут прыгать с палубы без жилетов или вообще не прыгать, а спуститься к воде по парадному трапу.

Рано утром рядом с парусником видели китов, а где киты, там и акулы. На воду были спущены две моторные лодки, которые на «Палладе» называют «джонсонами». Наблюдатели в лодках должны были подать сигнал если увидят акул, ядовитых медуз или гигантских кальмаров. Также они готовились ловить незадачливых пловцов, если те вдруг решат тонуть или их начнет уносить течением в сторону.

Все надели купальные костюмы и вышли на палубу. Курсанты прыгали в жилетах ближе к баку, практиканты и члены команды — ближе к юту. От палубы до воды — около 4 метров. В первый раз прыгать страшновато. Но вода Индийского океана была такой красивой, бирюзово-изумрудной. Вряд ли в такой воде можно утонуть или встретить ядовитого кальмара. Ближе к баку образовался компот из радостных курсантов в оранжевых жилетах.

Я набрал в грудь воздуха и прыгнул. Бамц! Я в океане. Ощущение удивительное. Даже если погружаешься глубоко, под водой не страшно. Хотя под нами было 5 километров, а на такой глубине что только не водится — загадочные квакеры, секретные военные базы, затопленные древние города и сплюснутые рыбы с выпученными глазами и острыми зубами.

Первые два раза прыгнул солдатиком. Потом увидел, как ныряют ветераны «Паллады»: капитан Зорченко, капитан-дублер Толовиков и стармех Холдобо. Все они прыгали ласточкой, изгибались в воздухе и входили в воду почти без брызг.

Надо и мне попробовать, решил я. Но одно дело сигать в воду с бортика бассейна, другое — с палубы судна. Бамц! Вошел в воду, как молот в наковальню. Поднялся по трапу с трудом. Бамц! Оказывается, даже в жидком состоянии вода может быть тверже, чем я. 

Сбегал к курсантам, потренировался прыгать в спасательном жилете, придерживая его руками. Это отдельное приключение. Если жилет не держать, то от удара он может, как нам сообщили на инструктаже, сломать шею. Я вцепился в жилет изо всех сил, и шея не пострадала.

Воодушевленный, вернулся к парадному трапу. Снова полетел в воду руками вперед. Бамц! Лучше, чем раньше. Из глубины увидел солнце, темный корпус «Паллады» и болтающиеся ноги ныряльщиков. Как сплюснутая рыба медленно поднялся наверх сквозь сияющую изумрудную толщу.

С мостика уже свистели: пора заканчивать учения. Последними прыгали молодые матросы, кто рыбкой, кто в кувырке, кто с верхней надстройки, а это уже 7 метров. Ещё бы минут двадцать, я бы тоже попробовал. Хорошо, что нам не дали этого времени. И так кожа покраснела от ударов.

< Предыдущая записьСледующая запись >

Кругосветка «Паллады». День 26. Как на паруснике возили машины, а курсантов преследовали поклонницы

6 градусов южной широты, 74 восточной долготы. Глубина 5 тысяч метров. Курс 60 градусов. Скорость 5 узлов. Температура воздуха +38 градусов. Общее состояние: ленивое. 

Не на судне, конечно. Судно было в порядке. Это я ленился. В такую жару вставать тяжело. А встанешь, хочется снова лечь. Ребята продолжали плести ковер, я тоже вплёл в него свои нити. Но работа шла медленно.

Во время обеда по радио выступил капитан с обзором новостей из Владивостока. Новости от капитана были такими: 

  • тон информации о коронавирусе в СМИ изменился в позитивную сторону. 
  • во Владивостоке выписался второй пациент. 
  • над городом летают дроны, которые отслеживают беспричинношатающихся, частные лица могут быть оштрафованы на 5 тысяч рублей. 
  • праздношатающимся юридическим лицам выпишут штраф в 50 тысяч. Создано восемь административных комиссий, занимающихся этими вопросами. 
  • во Владивостоке начнут производить кожу и волосы для человекоподобных роботов. Теперь будет трудно отличить, кто тебя обсчитывает на кассе, робот или человек.

Так себе новости, если честно. Человечество вымрет от вируса, а роботы на кассе останутся. За ними будут дроны с воздуха следить, чтобы роботы друг друга не обсчитывали.

Я зашел в гости к капитану-дублеру Сергею Анатольевичу Толовикову. Он второй капитан «Паллады». В экстренной ситуации может подменить Зорченко. Но такой ситуации пока не было, поэтому капитан-дублер стоял дневную вахту как офицер-судоводитель с 16:00 до 20:00 и командовал парусными авралами.

Толовиков был одним из немногих членов команды на «Палладе», кто прилично говорил по-английски, и по этой причине он покровительствовал нигерийцу Артуру Оге Нвабуфо. Артур часто выходил на его вахты в качестве курсанта-дублера, а по выходным они вместе играли в настольный теннис. Сергей Толовиков в шутку называл нигерийца «Артуром Намба-фо» (Number Four — англ. «номер четыре»).

Капитан-дублер на «Палладе» с первого рейса. Парусник построили в Гданьске на судоверфи имени Ленина. Это там возникло диссидентское движение «Солидарность», лидером которого стал Лех Валенса, позже избранный президентом Польши.

Тогда в 1989‑м еще мало кто думал, что СССР распадется. Советскому дальневосточному флоту нужны были опытные моряки и офицеры. Нужен был учебный парусник. Назвали его в честь исторического фрегата «Паллада», на котором ходил в Японию писатель Иван Гончаров.

«Палладу» перегнали в Ригу, где её приняли моряки из Владивостока. В их числе был Сергей Толовиков, тогда 2‑й помощник капитана, прошедший до этого практику на «Седове» и «Крузенштерне». В той же команде был моторист 1 класса Александр Кузовлев. Тот самый, что собирает модели броненосцев в своей каюте. С первого рейса «Паллады» их осталось двое.

Морякам предстояло принять судно, изучить его и отправить в новый порт приписки — Владивосток. Паруса подвязали сами и поставили уже в пути — в Атлантике. Для всей команды это было незнакомое судно, но добрались благополучно.

Спустя три года «Паллада» пошла в кругосветку. Этот маршрут 1992 года был очень интересным. 27 тысяч морских миль, 15 портов захода: Владивосток, Сингапур, Кочин (Индия), Суэцкий канал, Александрия (Египет), Новороссийск, Генуя, Кадис, Тенерифе, Сан-Хуан (Пуэрто-Рико), Панамский канал, Лос-Анджелес, Гонолулу и три японских порта: Сакайминасо, Тоттори и Тояма. Удалось поучаствовать в регате «Коломбо-92» вместе с «Надеждой» и «Седовым».

По возвращении судно ждали новые испытания, на этот раз экономические. «Паллада» продолжала обучать курсантов, но приходилось зарабатывать деньги. На судне возили автомобили и промышленные товары из Японии и Кореи. Более 40 машин на палубе! Сейчас сложно представить, где их умудрились разместить. Возили чипсы и печенье «чокопай». Башня из коробок с печеньем располагалась на гроте. Позже ситуация улучшилась, от торговли отказались. Начались новые экспедиции. 

В коридорах «Паллады» висят стенды с фотографиями. Вот кругосветка 2007–2008 года. На снимках храмы Пинанга, монументы Нагасаки. И улыбающийся стармех Петр Холдобо, знакомые мотористы, даже токарь.

В 2011 году «Палладу» провожал Дмитрий Медведев. Это была экспедиция в честь 270-летия открытия русской Америки. Шли на Кодьяк, в Ситку, заехали в форт Росс. Русские американцы встретили парусник народными танцами, курсанты сплясали в ответ. А простые американцы догоняли парусник на катере, держа в руках флаги — российский и советский, не зная точно, какой больше понравится морякам.

— В Канаде я познакомился с девчонкой. Бритни, её звали. Она нас преследовала. Ждала в Сиэтле, в Лос-Анджелесе, — рассказал старший матрос-рулевой Алексей Безуглов. В плавании 2011 года он был курсантом, два его фото можно найти на стенде. — Мне парни говорили, смотри, вон твоя рыженькая ждет на причале. Я им не верил, думал, смеются. Но она на самом деле ждала. И каждый раз со слезами провожала. Даже в Гонолулу прилетела, чтобы нас встретить. Жаль, что у нас мало времени было, пришлось идти дальше.

< Предыдущая записьСледующая запись >

Шанти — песни бескрайнего моря

Откуда взялись шанти?

Песни шанти появились среди английских моряков примерно в XV-XVI веках, в эпоху Великих географических открытий. Позже их переняли французы, голландцы и прочие европейцы, которые покоряли новый мир. В море выходило все больше кораблей, да ходили они в морские походы по нескольку лет. Так, первое кругосветное плавание Джеймса Кука длилось почти четыре года — с 1768 по 1771 год. В таких долгих странствиях морская песня помогала слаженной работе команды и развлекала моряков в условиях долгой изоляции. 

Кэпстен-шанти под волынку

Шанти — хоровая рабочая песня. От французского «chante» — «пение». Ее затягивал шантимен — самый голосистый моряк-острослов. Куплеты были просты, порой даже бессмысленны. Как в этой шанти, призывающей попутный ветер:

— Oho, why don't you blow?
A, ha, come roll him over.
Oho, why don't you blow?
A, ha, come roll him over. 

Перевод: 
— Ого, почему бы тебе не подуть?
Ага, давай перевернем его.
Ого, почему бы тебе не подуть?
Ага, давай перевернем его.

На высокую поэзию не тянет. Но и задача у шанти была не чувства возбуждать. Она помогала моряку ставить паруса, скоблить палубу да выбирать якорь. Ритм песни голосом задавал шантимен. А кто-то из моряков мог подыгрывать на скрипке, барабане или варгане. Если был свободен от вахты.

Матросы вращают кабестан. На кабестане – шантимен с гармоникой

Шанти, как они есть

Кэпстен шанти, capstan shanties

Кабестановые шанти матросы пели, вращая вал кабестана. Похожим на гриб кабестаном выбирали якорную цепь. Это была долгая монотонная работа. Главное в ней было равномерно и сообща прикладывать силу. Поэтому и песни были размеренными, с четким ритмом, Ударение в куплете попадало на шаг матросов. Пример: South Australia

— In South Australia I was born,
Heave away, Haul away!
In South Australia, round Cape Horn,
Bound for South Australia...

Перевод:
— Я родился в Южной Австралии,
Бросай, тяни!
В Южной Австралии, около мыса Горн,
Я из Южной Австралии...

Хол-ярд шанти, long-haul shanties или haul-yard shanties

Под них работали с парусами. Тяжелая работа, ведь паруса весили несколько тысяч фунтов. У этих песен двойной припев. Под куплет матросы отдыхали, а на припеве тянули фал, поднимая или опуская паруса. Количество рывков зависело от веса паруса. Расхожая хол-ярд шанти — веселая песенка про висельника Hanging Johnny:

— They call me hanging Johnny
Yay-hay-i-o
I never hanged nobody
Hang, boys, hang!

Well first I hanged your mother
Away-hay-i-o
Me sister and me brother
Hang, boys, hang...

Перевод:
— Зовут Удавкой Джонни,
Скорее в путь, скорей!
Но, не вешал никого я.
Повесь их, повесь!

Сперва повесил мать я,
Скорее в путь, скорей!
Сестру, а после брата.
Повесь их, повесь!

Рывковые шанти, short-drag shanties

Их пели когда работу матросам нужно было сделать быстро и приложить большие усилия. Сильные ударения в конце припева как бы запечатывали результат труда. Boney, Haul on the Bowline — известные шанти короткого рывка.

Помповые шанти, pumping shanties

Их пели в трюмах, откачивая морскую воду. Что делать, деревянные корабли давали течь, как их не конопать. Морякам работать в полумраке трюма без песни было бы непросто. Да еще и с крысами по соседству.

Шаговые шанти, stamp-„n”-go shanties

Моряки пели их на больших парусниках, большой командой протягивая канаты вдоль палубы. Их тащили,  маршируя в определенном ритме. Этот ритм и задавала шаговая шанти. Длинные песни с тягучими и задорными припевами. Похожи на кабестановые шанти. Вот как «Пьяный моряк» — Drunken Sailor. Можете подпевать! 

Шанти «Drunken Sailor»
— What shall we do with the drunken sailor, 
What shall we do with the drunken sailor, 
What shall we do with the drunken sailor, 
Early in the morning?

Put him in the longboat till he's sober, 
Put him in the longboat till he's sober, 
Put him in the longboat till he's sober, 
Early in the morning?

Перевод:
— Что бы нам сделать с пьяным матросом,
Что бы нам сделать с пьяным матросом,
Что бы нам сделать с пьяным матросом,
С утреца пораньше?

Положим в шлюпку протрезвиться,
Положим в шлюпку протрезвиться,
Положим в шлюпку протрезвиться,
С утреца пораньше!

Баковые  песни, forecastle songs

Их пели, собираясь в короткое свободное время на баке — носовой части судна, где традиционно проживали матросы. Это были бравые воспоминания о морских сражениях, баллады о забытом доме или покинутой возлюбленной. 

Американские моряки отдыхают на баке

Такие шанти, как Spanish Ladies, согревали сердца моряков во время праздничных застолий, пересечения экватора или прохождения опасного мыса Горн в Южной Америке.

Шанти «Spanish Ladies»
— Farewell and adieu to you, Spanish ladies, 
Farewell and adieu to you, ladies of Spain; 
For we have received orders 
For to sail to old England,
But we hope in a short time to see you again...

Перевод: 
— Прощайте, adieu, испанские леди,
Красавицы смуглые южной страны;
Приказано в Англию нам отправляться,
Но скоро вернуться надеемся мы...

Йохохо, и бутылка рома!..

Fifteen men on the dead man’s chest, в переводе «Пятнадцать человек на сундук мертвеца». Весьма известная в России шанти из романа Роберта Льюиса Стивенсона «Остров  сокровищ». Ее горланил пьяный Билли Бонс перед тем, как его хватил удар в трактире «Адмирал Бенбоу». Джон Сильвер тоже хрипел эту песенку, попыхивая трубкой.

У этой пиратской шанти есть полумифическая история. Среди моряков Карибского бассейна ходила легенда о мятеже на паруснике Эдварда Тича, более известного как Черная Борода. Капитан подавил бунт и высадил пятнадцать мятежников на острове Сундук Мертвеца. Это маленький клочок суши в архипелаге Виргинских островов. Каждому бунтовщику щедрый Тич дал по бутылке рому и не оставил ни капли воды. Об этих бедолагах карибские моряки сложили известную песню.

Шанти живы и сейчас. Посмотрите, как зажигательно Брюс Спрингстин исполнил шанти «Pay me my money down!»:

Брюс Спрингстин, «Pay me my money down!»

А вот и куплет из этой песни:

— Pay me, you owe me
Pay me my money down
Pay me or go to jail
Pay me my money down

I thought I heard the captain say
Pay me my money down
Tomorrow is our sailing day
Pay me my money down...

Перевод:
— Заплати мне, ты должен мне
Оплатите мне мои деньги
Заплати мне или пойдешь в тюрьму
Оплатите мне мои деньги

Мне показалось, что я слышал, как капитан сказал
Оплатите мне мои деньги
Завтра наш парусный день
Оплатите мне мои деньги...

Кругосветка «Паллады». День 25. Американские чайки и ковер для консула

Прошли атолл Диего Гарсия. Там американская военная база и аэродром с бомбардировщиками. Мы надеялись, что рядом с атоллом будет телефонная связь. Но если гражданская связь и была на острове, мы её не поймали. Сам атолл — группа коралловых рифов, они низкие, их еле видно. На атолле растут пальмы.

Один из руководителей практики забрался на грот-мачту, разглядел эти пальмы и погрозил американцам кулаком. В ответ на это со стороны атолла прилетели проамериканские чайки и нагадили на палубу.

Температура днем — 34 градуса. Морской ветер обдувал палубу, можно было находиться на ней без риска изжариться на солнце. 

Нам дали задание — плести коврик.

— Подарим консулу в Сингапуре, — пошутил помощник капитана по учебной части Владимир Раменский. И мы поверили.

Примерно так же ткут персидский ковер. На деревянную раму натягивают нити, получается сеть с широкими ячейками. На эти нити привязывают узелки с торчащими хвостами. Когда хвостов много, образуется мохнатая поверхность. 

Мы распилили обрывок старого каната пилой на куски по 15 сантиметров, расплели их и начали привязывать получившиеся нити на сетку. Работа долгая и кропотливая. Теперь понятно, почему ковры такие дорогие. За день закончить ковер не получилось. Но это форма медитации. Сидишь на палубе под солнцем, плетешь, ни о чем не думаешь.

Плетение ковра – форма медитации.

Каждый из нас придумал себе хобби.

Роман Маричев решил выучиться играть на гитаре, и уже прилично перебирал струны на трех аккордах.

Стас Ляховецкий бегал по палубе, готовился к будущим марафонам.

Лена Комратова экспериментировала с дыхательными практиками.

Михаил Голованов слушал аудиокниги. В основном — русскую классику

Ирина Закожурникова что-то писала.

Сергей Косарев ходит в машинное отделение и пристает к механикам, чтобы дали ему что-нибудь починить. Механики испуганно отпрыгивают: дескать, если всё починишь, что им-то делать останется?

Светлана Косарева нашла сериал, назывался «Корабль» с Дмитрием Певцовым в главной роли. Сюжет был такой: компания путешественников отправилась в путь на учебном паруснике. Пока они ходили под парусом, с миром случилась беда, и герои остались в одиночестве посреди моря. Всего 52 серии, если смотреть по одной в день, как раз хватит до конца путешествия.

Пророческий сериал. И с датой практически угадали.

Вечером мы выбрались на квартердек, чтобы поиграть на гитаре и посмотреть на звезды. Когда на судне выключали фонари освещения, звезд становилось намного больше и казалось, что они совсем близко. Рядом с экватором было видно и южные созвездия, и северные. Вот только упрямые чайки следовали за кораблем и отстреливались по нам всё точнее. Наконец, они попали в Романа.

— Больше не попадут. Снаряд два раза в одну воронку не падает, — заявил Роман, вытирая футболку. И чайки тут же попали в него еще раз. Пришлось ретироваться с палубы.

< Предыдущая записьСледующая запись >

Кругосветка «Паллады». День 24. О свадьбе, тараканах, морском клее и любви к дому.

С утра на судне было оживленно. Курсанты готовились к Тропическому карнавалу – КВНу. А ещё 12 апреля – День космонавтики. Про эту дату едва не забыли, даже пошли слухи, что КВН отменят ради концерта космической песни. Но в итоге решили не менять планы. Команды уже настроились, главные призы были испечены.

У нас тоже был готов реквизит, остались последние репетиции. Сценарий все выучили, но я волновался, не перепутают ли актеры слова и движения? Время для репетиций было, а вот места не было. Приходилось то повторять текст в кубрике, то тренироваться ночью на палубе, когда никто не видит.

Каждая команда должна была представить несколько номеров: приветствие, сценку, шуточную рекламу, танец и песню. К этому в последний момент добавили конкурс костюмов. Для последнего конкурса у нас оказались только накладные усы, капитанская фуражка и платье Лены, которое она сшила из флагов.

За 5 минут до начала КВН пошёл дождь, пришлось накрыть приготовленную аппаратуру одеялом. Но дождевой заряд прошел быстро, и начали вовремя.

Приветствие. Сценарий

Ведущий [Григорий Кубатьян]: Мы практиканты. Мы идем в море не ради денег, а по любви. Вот об этой любви и поговорим.

Представьте: молодой человек приятной наружности [Роман Маричев] ищет легкого романтического приключения.

- Девушка, а девушка, как вас зовут?

- Паллада. [Светлана Косарева]

- Какое имя красивое, а что это значит?

- Богиня такая была.

- Богиня! Потрясающе! Вы – тоже богиня. Разрешите пройтись с вами под руку?.. Ах какое море, какой закат! Мне кажется, я в вас влюблен! И готов идти с вами на край света!

- Вы уверены?

- Несомненно.

- Тогда вам нужно знать кое-что. Я рано просыпаюсь. Много работаю. И много ем.

- Ничего. Работы я не боюсь, а поесть сам люблю.

- Тогда мы можем быть вместе.

Уходят вместе под руку. Голос за кадром: прошло две недели. На сцене появляется новая барышня в экзотическом наряде.

- Девушка, а девушка, как вас зовут?

- Маврикия. [Елена Комратова]

- Какое красивое имя, а что это значит?

- Тропическая.

- Тропическая! Потрясающе! Разрешите пройтись с вами под руку?..

- Гхм… молодой человек, – на сцене появляется человек в фуражке и кителе [Стас Ляховецкий]. – Вы туда зря смотрите. Вам туда не надо.

- Почему?

- Это небезопасно. Можно подхватить нехорошую болезнь. Я вам разрешения не даю.

- А вы вообще кто?

- Я кто? Я – папа Паллады. И, кстати, вам пора к свадьбе готовиться.

- К какой свадьбе?

- А вы как думали? Поматросили и бросили? А сами говорили, что на край света готовы. Так вот, поздравляю! Ваш новый пункт назначения: край света. Дистанция: много тысяч морских миль. Предположительное время прибытия: не скоро.

- Я не хочу свадьбы. Я ничего такого не планировал. Вы что! Я еще слишком молод, а вашей Палладе уже за тридцать. Мне вообще Маврикия нравится.

Капитан широко улыбается:

- Понимаю, что вы волнуетесь. Это естественно. Кстати, познакомьтесь с вашими новыми родственниками. Это братья Паллады.

Выходят огромные хмурые курсанты в тельняшках и скрещивают руки на груди. Маврикия печально улыбается и исчезает за сценой.

- Дети мои, – говорит папа. – Очередная радость пришла к нам в дом. Познакомьтесь с вашим новым братом.

Курсанты тискают молодого человека в объятиях, звонко хлопают по плечу.

Папа:

- А теперь приготовиться к свадебному авралу.

Курсанты бегут по сцене, на бегу надевают на себя галстуки-бабочки и выстраиваются в линию. Вперед выходит Паллада. Выталкивают и молодого человека.

- Молодые, да соединят вас узы брака, – папа накидывает на руки брачующихся самозатягивающуюся петлю. – Кстати, у меня есть подарок для молодых. Свадебное путешествие. Море, закат, полный пансион. Вы отправляетесь во Владивосток!

Молодой человек теряет сознание и падает на палубу.

Фото: Евгения Романенко

Для приветствия Светлана-Паллада надела белое платье с морским воротником-гюйсом. Лена-Маврикия вышла в умопомрачительном тропическом наряде из двух покрывал и с цветком в волосах. Стас изображал капитана. Фразу «очередная радость пришла к нам в дом» капитан Зорченко повторял всякий раз, когда поздравлял по радиосвязи нового именинника. Людей на судне много, и поздравления бывали часто.

Сценка в душе. Сценарий

Входит мужик в семейных трусах с полотенцем на шее [Роман Маричев]. Судно качает, и мужик скачет на одной ноге сначала вправо, потом влево. Ворчит:

- Только помылся и опять аврал. Теперь снова мыться. Да еще эта качка!

Сзади него пробегает фигура с усами [Елена Комратова] Усы сделаны из каната и покрашены черной краской.

- Это ещё что? Таракан? Ах ты! – мужик замахивается шлепанцем.

Таракан уворачивается. Мужик за ним. Бегают по сцене. Из-за качки одновременно с тараканом прыгают на одной ноге сначала вправо, потом влево.

Таракан:

- Э, мужик, ну ты чего? Давай договоримся!

Мужик:

- Чего‑о? Еще чего! Помыться спокойно нельзя! Я вот тебя шлепанцем!

Бегают по сцене. Из-за качки прыгают вместе вправо, потом влево.

Таракан:

- Мужик, ну ты реально не прав. Чего развоевался? Шлепанцем машешь. Я на этот душ больше прав имею, чем ты.

- Это еще почему?

- Ты здесь на судне сколько? Месяц? А я тут родился. Это моя Родина. Я с детства по этой душевой бегаю.

- Нечего тебе здесь делать! Проваливай. А то… – мужик замахивается шлепанцем.

- Погоди, погоди. Да, по этой душевой все мои родственники бегали. Вот мой папа. И дедушка, – на сцену выходят еще два таракана разной комплекции. С усами из каната.

- Ах, вы! – злится мужик. Начинает гонять их, размахивая шлепанцем. Из-за качки все вместе скачут на одной ноге сначала вправо, потом влево.

Мужик спотыкается и падает. Теряет сознание.

К нему подходит таракан:

- Мужик, ты чего? Ты меня слышишь? – трясет за плечо. Проверяет пульс. – Не дышит!

- Надо ему искусственное дыхание сделать. Рот в рот, – предлагает таракан-папа [Сергей Косарев].

- Да ну. Противно как-то. Негигиенично, – отвечает таракан-дедушка [писатель Юрий Парфенов].

- Подождем, пока ему помощь окажут профессионалы? – спрашивает папа.

- Может оказаться поздно, – говорит первый таракан. И надевает перчатки. – Я знаю, что делать. Я ходил на курсы первой помощи. Дайте платок.

Дышит через платок. Делает непрямой массаж сердца.

- Одному не справиться. Давайте все вместе! – вместе давят мужику на грудь.

Мужик приходит в сознание:

- Где я? Вы чего?! Вы что это – мне жизнь спасли?

- Во-о‑т. Теперь как человек заговорил. А хотел нас шлепанцем сначала.

- Ладно раз так. Живите. Не буду вас больше трогать.

Таракан кричит за кулисы:

- Ребята, мы теперь тут официально. Заходите все.

Выходят еще несколько тараканов [Михаил Голованов, Стас Ляховецкий, Лада Залетова].

Мужик хватает тапок.

- Ах вы! – гонится за тараканами. Они разбегаются. Из-за качки все вместе прыгают на одной ноге, сначала на правой, потом на левой. Упрыгивают за кулисы.

Это был сложный номер, так как изображать качку пришлось во время реальной качки. Делать это нужно было одновременно, синхронно и не сбить друг друга. Но с погодой повезло, море немного успокоилось.

Некоторые курсантские номера были удачные. Одна из команд изобразила укатывание парусов на гроте. Одного из курсантов выкрасили желтой краской, он был мачтой. На плечах держал рей с прямым парусом. У двух других на спинах были нарисованы ванты, они встали на колени. Ещё двое изображали нерадивых курсантов, пытающихся забраться на мачту: «Ой, мама! Да это невозможно!» А боцман внизу – очень похожий на настоящего боцмана грота – их подгонял.

Ещё были разборки огромного картонного тюбика с шампунем с агрессивной бандой, в которую входили: перхоть, грязь и машинное масло.

Шуточная реклама. Сценарий

На сцене курсант с тарелкой (Михаил Голованов). В тарелке котлета. Рядом курсант за штурвалом (Сергей Косарев) и капитан в фуражке (Стас Ляховецкий)

Голос за кадром (Григорий Кубатьян): «Снова качка и крен. Всё валится из рук».

Котлета выпадает из тарелки. Штурвал вырывается из рук.
Фуражка слетает.

«Без веревки не обойтись. Иногда это очень неудобно».

Курсант привязывает котлету. Другой привязывает штурвал. Капитан привязывает фуражку. Все запутываются в веревках.

«Вы всё ещё привязываете? Попробуйте новый морской клей».

Появляется рекламная девушка с огромной банкой клея (Лада Залетова). Демонстрирует банку и подходит по очереди к каждому.

«Нанесите немного, и ваши проблемы решены».

Курсанты приклеивают котлету к тарелке, руки к штурвалу, капитан приклеивает фуражку к голове, а руку к фуражке.

«Новый морской клей. Не оторвешь».

Пытаются оторвать, не получается. Уходят приклеенные.

Покрытую пластилином бумажную котлету и трубочки макарон сделала Лена. Штурвал вырезали из картонной коробки. Пустую пластиковую банку для клея нашли у боцманов. Рекламная девушка Лада вышла в экзотическом костюме из купальника и покрывала.

Следующим был танцевальный конкурс. Мы долго обсуждали подходящую музыку. Одна слишком медленная, под другую сложно танцевать. Выбрали абхазскую лезгинку. Вперед вышла Лена в лоскутном платье для маврикийского танца. 

Мужчины стояли на заднем плане, пританцовывали, хлопали в ладоши. Мы со Стасом изобразили нечто среднее между джигитами и хип-хоперами. Прошлись этакими кренделями по кругу. Он крабиком, а я гусиным шагом. Абхазы бы удивились.

И последний конкурс – песенный. Переделали «Надежду». Получилась игра слов: «Надежда» – такой же парусник из Владивостока. Многие члены команды на нем ходили. А у нас в припеве «Паллада».

Паллада. Песня

Светит незнакомая звезда,
Про неё мы ничего не знаем.
Будет астрономия когда,
Мы тогда в бинокль её поймаем.

Здесь у нас и влажность, и жара.
Снова мы оторваны от дома.
Ждут давно родные города.
Эх, добраться б до аэродрома!

Паллада, хочу я домой.
Давно так домой не хотелось.
А песни довольно одной,
Чтоб только о доме в ней пелось

Ты поверь, что здесь издалека
На твоем борту мы все собрались.
Мы хотели моря, но слегка.
Далеко так плыть не собирались

Надо только выучиться ждать,
Надо быть спокойным и упрямым,
Чтобы от радиста получать
Домашние скупые телеграммы.

Паллада, мы будем скучать,
И за моряков выпьем рома,
И письма команде писать,
Позволь лишь добраться до дома.

Сыграли, сплясали и спели. Результат – первое место. Капитан Зорченко поздравил нас и вручил огромный торт с выведенной кремом цифрой «1».

Половину торта мы отдали юнгам. Те тоже выступили хорошо, но призовое место не заняли.

Потом все вместе спели «Земля в иллюминаторе». День космонавтики всё-таки, а эта песня – гимн космонавтов. Об этом капитану рассказал герой России космонавт Сергей Рязанцев, приезжавший на «Палладу» с предыдущей группой практикантов.

< Предыдущая записьСледующая запись >

Кругосветка «Паллады». День 23. Медицинский спецназ

На судне объявили аврал и поставили косые паруса. Появился крен на левый борт, зато почти исчезла бортовая качка. У кого койки слева были довольны, их прижимало к стенке. У кого справа — чтобы не вывалиться в проход, подкладывали под матрасы свернутые валиком одеяла, бутылки с водой, кто что найдет. У кого койка перпендикулярна борту, тем было еще лучше — они могли просто переложить подушку с одной стороны на другую.

На все парусные авралы выходил судовой врач Алексей Черников. Стоял у входа в амбулаторию у левого борта и следил, чтобы никто из курсантов не пострадал. 

На время кругосветки на «Палладе» оказался целый комплект врачей. Заболели зубы — есть стоматолог Борис Корсаев, тяжесть на сердце — есть кардиолог и хирург Василий Коваль, хоть на судно пошел с научными целями, но при необходимости может операцию провести. 

В обычное время судовой врач Алексей Черников делал всё сам — вырывал больной зуб, вправлял вывихи, проверял зрение, лечил насморк, выдавал таблетки от укачивания, проводил несложные операции. В медпункте установили настоящий операционный стол с нависающими над ним лампами.

Работать на паруснике доктора позвал приятель. Это было в 2014 году, а парусник назывался «Надежда», судно того же типа, что и «Паллада».

— Я там бы и остался, — вспоминал Алексей Анатольевич. — Но у судна в то время менялся судовладелец, и мне предложили пойти в Японию на «Палладе». Я сначала идти не хотел, но потом согласился. В Японию мы тогда не попали, зато были в Сингапуре, тоже замечательно. На «Палладе» комфортно оказалось, лучше даже, чем на «Надежде».

До этого Алексей Черников работал на «скорой помощи» во Владивостоке. 

— «Скорая» — это медицинский спецназ. Всё время в боевой готовности. Сейчас такого нет, а раньше я один работал — без фельдшера. Приезжаешь на аварию, а там 5 пострадавших, и не знаешь, кому первому помогать. Нужно носилки нести, повязки, документы заполнять ещё. 

Работа нравилась, но зарплата была 14 тысяч в месяц. Платили бы нормально, вспоминал доктор, остался бы на «скорой». Но жена заявила: «за такие копейки работать — себя не уважать, ведь ты домой еле живой приходишь!» Пришлось идти в море. На «Палладе» стармех сразу сказал ему: «у нас докторов не обижают». Так и вышло.

— Многие коллеги боялись парусников. Здесь несовершеннолетние, ответственность особая. Да еще дети 90‑х, у некоторых хронические заболевания с рождения. Но после «скорой» я смелый был. Пошёл, и оказалось не так страшно. В основном сопли и мелкие травмы. По вечерам курсанты занимаются спортом, нормы не знают. Подтягиваются, упражняются с гантелями, боксируют, а перед отбоем приходят, держась за спину — растяжение.

— После выхода из порта случаются вспышки ОРВИ — по 10–15 человек за раз приходят, но чаще — 1–2. Это не страшно, и проходит быстро. Человек может до 4 раз в год заболеть ОРВИ, простудиться, это норма. Главное — не допустить осложнений.

Я зашел к доктору просто так: у меня ни соплей, ни растяжений, и сердце стучало как надо. Но всё равно был рад, что в случае чего, на судне есть к кому обратиться. 

< Предыдущая записьСледующая запись>

Кругосветка «Паллады». День 22. Секстан, макароны и котлета из пластилина

Утренние занятия по астрономии провел капитан Зорченко. Изучали секстан. С его помощью, зная текущее время и дату, можно определить свои координаты. 

Мы на 9 градусах южной широты, 69 градусах восточной долготы. До экватора неделя пути. Там нас обещают мокнуть в бочку с морской водой и сделать настоящими моряками.

Изучали секстан

А пока что, по инициативе помпоуча Владимира Раменского, мы начали готовиться к Тропическому фестивалю – КВНу. Тема фестиваля – путешествие «Паллады».

Сочиняли сценки, готовили костюмы и реквизит, писали песню, репетировали. Сделали накладные усы из каната и штурвал из картона. По сценарию ещё нужна была котлета с макаронами. Я понятия не имел, как её сделать, но практикантка Елена Комратова изготовила: макароны свернула из бумаги, а бумажную котлету покрыла пластилином. Она взяла с собой пластилин и цветную бумагу на судно! 

Фестивальный головной убор

Первое образование у Елены – педагогическое. Она могла бы работать в школе или детском саду. Вместе с малышами что-то резать, клеить, мастерить. Хотя иногда сама похожа на ребенка. Только отвернешься, а Лена уже на вантах висит, раскачивается.

В одной из сценок мы должны были изображать качку. Прыгать по палубе синхронно. Так вот, оказалось, что самое сложное – изображать качку во время качки.

Мы старались сохранять хорошее настроение, хотя новости с суши почти всегда были плохие. Создавалось впечатление, что пораженный вирусом мир лег на спину и собирается умирать. Но у моряков это не принято. Главные морские дисциплины — укрепление остойчивости, борьба за живучесть. Мы решили, что будем развлекать себя и других — повышать остойчивость. Нас будет кренить, а мы всё равно вернемся в вертикальное положение. Путь впереди еще долгий. Лучше проделать его держась на ногах, чем лежа на спине.

На репетиции

< Предыдущая записьСледующая запись >

Группа «Ундервуд»: море — это второй воздух

Сыграло ли море какую-то роль в вашем творчестве?

Владимир Ткаченко. Главное море — то, что течет внутри. У нас есть песни из раннего творчества, связанные с водой, рыбами. Море — это символ. В последнем альбоме есть замечательная песня «Океан».

Максим Кучеренко. У меня с детства была вода перед глазами. В Крыму мы жили уже в юности, а в моем детстве это была река Днепр, очень большая. Корабли, берега, мосты, люди которым нужно что-то от воды, они рыбачат. А позже были подводные лодки, боевые корабли. Море — это больше чем окружающая среда, это глубинное измерение человеческой психики. Жизнь зародилась в море. Море — это второй воздух.

…Ты словно дама с собачкой,
За сигаретами в пачку.
Ах, сударь, в море такая качка,
И как там наши все корабли?

Небо голубое, город золотой.
Мне так хорошо с тобой
И я внутри такой пустой…
Я такой пустой,
Как в Черном море белый буй.
Возьми себе на память поцелуй.

Играют мальчики в группе,
Плывут неоны и гуппи.
Я так хочу быть сегодня глупым
Улетай купюра в размен…

«Платье в горошек», 2011

Владимир Ткаченко. Море — широкий символ. У меня первое впечатление от моря было связано с писателем Жюлем Верном. С его книгами «Дети капитана Гранта» и «20 тысяч лье под водой». Наутилус, его иллюминация, рыбки всякие. Все это очень трогало. Впечатление, которое мы получили на паруснике «Крузенштерн», совершенно иное. Там море — это ежедневная работа. Работа матросов, работа боцманов.

Море — это ежедневная работа. Фото: Ульяна Махкамова

Как вы попали на «Крузенштерн»?

Максим Кучеренко. Это своего рода туризм под парусами. В самом романтическом и художественном смысле этот продукт представил «Клуб путешествий Михаила Кожухова». Организовывались путешествия с «душой компании». В качестве таких «душ» на парусник шли артисты, певцы, медийные личности. Пригласили и нас. Мы были в открытом море 5 дней. Шли от Фарерских островов в город Бордо во Франции. Полторы тысячи миль.

Как это проходило?

Владимир Ткаченко. Не скучно. Нас кормили 4 раза в день, мы боялись поправиться. Но в итоге похудели. Было постоянное движение, физическая активность. Бегали вверх и вниз по этим сумасшедшим лестницам, забирались на реи, на мачты. Не скучно было общаться с океаном и с людьми, для которых это работа. С капитаном, боцманами, матросами. Много было уникальных биографий, характеров.

Бегали вверх и вниз по этим сумасшедшим лестницам. Фото: Ульяна Махкамова

Вы оказались в команде с незнакомыми людьми. Вам было комфортно с ними?

Максим Кучеренко. Часть моей жизни прошла в Севастополе. Там через одного все ходили в море. Некоторые друзья рассказывали про «Крузенштерн», когда еще ходили на нем курсантами. У меня был комплекс неполноценности: живу в морском городе, а никогда не был в открытом море. Когда попал на «Крузенштерн», мне показалось, что там работает очень сплоченная и опытная команда. Люди работают много лет. Их задача обморячить молодежь. Чтобы курсанты стали моряками.

А вам удалось обморячиться?

Владимир Ткаченко. Удалось. Мы поднимались на мачты и реи. Максимально высоко.

Максим Кучеренко: На марсовую площадку.

Владимир Ткаченко: Нет, марсовая внизу. А мы поднимались до бом-брам реи. Со страхом справились. Когда шагаешь по морскому берегу над обрывом, например, в Фиоленте, гораздо страшнее.

Представления о паруснике совпали с реальностью?

Максим Кучеренко. Там оказалось приятно. Контракту человека и корабля много веков. Ты работаешь, тебя кормят. И потом ты засыпаешь на своей шконочке, как в люльке. Чудесно! Гораздо уютнее, чем представлялось.

Контракту человека и корабля много веков. Фото: Ульяна Махкамова

А в авралах участвовали?

Владимир Ткаченко. Только в одном. На мой взгляд, за авралом приятнее наблюдать со стороны. Боцмана ходят с рупорами, кричат на матросов, некоторым даже отвешивают люлей. Но вообще это кропотливая техническая работа. Я не знаю, как всё это умещается у них в головах. Какой парус в каком порядке поднимать? Но мы вязали узлы. Руки их ещё помнят, хотя голова не всегда.

Вы организовывали концерт на палубе. Как это происходило?

Максим Кучеренко. Там была не совсем наша аудитория. Мальчики 18–19 лет. Офицеры говорят, что раньше курсантов интересовал алкоголь и девчонки, а сейчас — где найти бесплатный Wi Fi. Хотя в целом концерт прошел позитивно.

Какой парус в каком порядке поднимать? Фото: Ульяна Махкамова

Владимир Ткаченко. Концерт получился свежий, ветреный. Эти курсанты действительно из другого теста и другую музыку слушают, но тем не менее было видно, что им интересно.

…На лице твоем морщины
Корабли и субмарины
Бороздят твой лоб, твои виски
Пусть циклоны и туманы пеленают твои раны
Мир глубин, великий мир тоски

О‑у-океан, ты забыл то, что ты океан
Океан, ты забыл то, что ты…

«Океан», 2019

Может ли море быть источником вдохновения?

Владимир Ткаченко. Море может быть источником релакса. Там отдыхаешь иначе, чем на суше, и чувствуешь себя по-иному. То ли причина тому морская равнинность, пустота пейзажа, качка, свежесть, другая плотность воздуха. На море у меня совсем не болела голова. Мы прошли от Фарер до Бордо спокойно. Нас не качало, всё было отлично. Море может вдохновлять. На море нужно наполнятся мыслями, эмоциями, чувствами, а реализовывать всё это на суше.

Море может вдохновлять. Фото: Ульяна Махкамова

Был ли момент, когда вы почувствовали радость или даже счастье?

Максим Кучеренко. Там были точки пиковые. Когда первый раз попадаешь на судно и когда оно отходит. В момент отплытия выстраивается команда. У «Крузенштерна» важное презентационное и дипломатическое значение. Парусники любят во всех странах. Это символ, который всегда воспринимается позитивно. Люди приходят на экскурсии. На нем проходят переговоры на высшем уровне: Уго Чавес с Путиным встречались. За 50-летнюю историю парусника такого было много. Когда мы уходили, нам включили песню Городницкого «Паруса Крузенштерна». Все плакали, особенно девушки. Их было не унять. А курсанты хладнокровно покачивали фуражками, прощаясь с нами. Еще у нас был фестиваль кино, на котором мы снимали микрофильмы. Сняли 5 фильмов. Играли и пели.

Владимир Ткаченко. Путешествие на «Крузенштерне» сравнить не с чем. Запомнились душевные посиделки с боцманом Михаилом Приваловым. Удивительной души человек. В последний вечер мы с ним сидели, он пел Высоцкого, так пронзительно. Как преодолевали страх высоты, поднимаясь на мачты. У нас была шикарная компания, с которой мы познакомились еще в аэропорту по пути в Копенгаген. Невероятные люди. Мы сделали чат в whatsapp. Он до сих пор жив, из него никто не удалился. Все поздравляют друг друга с днем рождения. Это люди безумно увлеченные морем. Они участвуют во всех регатах, которые организует «Клуб Путешествий». Знакомство с этими людьми — это очень круто.

Кругосветка «Паллады». День 21. Хитрые квакеры и подводные огни

Моросил дождь. Судно качало. Часы перевели на час вперед, в третий раз после Кейптауна. Значит нужно вставать еще раньше. Хотелось спать, и кажется, не у меня одного было такое ощущение. На палубе сидели три курсанта, делали вид, будто полируют медные ручки от иллюминаторов. Но больше никого не было. Все прятались от дождя.

Учебные занятия для нас закончились — за три недели мы прослушали курс молодого моряка и теперь должны сами искать занятие по душе. Можно на вахты ходить, можно на койке валяться с книгой.

Я решил навестить кабинет Василия Коваля. Он врач, полковник медицинской службы, раньше работал на подводной лодке. А на «Палладу» пришел, чтобы провести научные исследования. Каждый день снимал кардиограммы членов команды. Изучал, влияет ли смена широт на самочувствие моряков. Согласно его теории, чем ближе к экватору, тем для сердца лучше. Насчет остальных органов сказать сложно, всё-таки в тропиках жарковато.

За день Василий Коваль снимал 2–3 десятка кардиограмм. Я тоже записался в добровольцы-подопытные. Когда обходили мыс Доброй Надежды, мы были на широте 35 градусов к югу от экватора, а сейчас уже на 10 градусах. Кардиограмма у меня хорошая. Пульс 50–55 ударов в минуту.

Полковник медицинской службы Василий Коваль

Полковник написал книгу о современных средствах диагностики и всех приходящих к нему знакомил с её тезисами:

— Знаете ли вы, что гипертонической болезни не существует? — сказал он. — Как не существует кашлевой или температурной болезни. Иногда в сосудах образуется сужение и затор. Кровь проходит с трудом, сердце повышает давление. Сбивать его таблетками — ошибка. Но может помочь стентирование. Это несложная операция, создающая для движения крови обходные пути.

Помимо кардиограмм, его аппарат иногда ловил помехи.

— Это квакеры. Помехи неизвестного происхождения, — объяснил Василий Трофимович. — Может быть всё что угодно. То ли наша подводная лодка, то ли чужая. А может работают секретные станции слежения за лодками.

Существует и совсем экзотическая версия: это цивилизация разумных саламандр, живущих на глубине 5 тысяч метров. Возможно, саламандры пытаются выйти с нами на контакт. Но мы их «кваканье» не понимаем. Думаем, что аппаратура дает сбой.

Вроде день скучно начинался, но теперь я и про работу сердца узнал, и про «квакеров».

В ночь пошел на вахту к старшему штурману Константину Романову.

Старший штурман несет вахту

— Знаешь, какой прибор самый важный на мостике? — спросил он. — Электрический чайник! Будешь кофе?

Старший штурман дежурил с нулей до четырех утра. Ночь коротал за чашкой кофе. Судов поблизости не было. Только била боковая волна, раскачивала судно. Океанская зыбь. Ветер надул её когда-то, и она гуляла по воде, хоть ветер и стих давно.

Мы шли со скоростью 8 узлов. Судно кренилось влево-вправо. У «Паллады» большая валкость. Потопить её сложно, а раскачать легко. На один борт 15 градусов и на другой столько же, вместе получается угол в 30 градусов. Внизу в кубрике раскачка не так заметна, особенно если вещи убраны. Просто катаешься по койке туда-сюда как деревянная скалка по куску теста. Да хлопают внизу в курсантском туалете металлические двери, которые кто-то забыл закрыть. Другое дело наверху — даже 15 градусов кажутся серьезным креном. Нужно постоянно за что-то держаться. После выхода из Кейптауна максимальный крен был 25 градусов. Зафиксировавшие эти числа стрелки замерли на кренометре. В следующем порту их вернут в исходное положение.

Курсанты менялись у штурвала каждый час. Один рулил, второй смотрел вперед, чтобы не натолкнулись на плавучий контейнер или другое препятствие. Каждые полчаса на мостике появлялся дежурный и сообщал, что на судне всё в порядке, происшествий нет.

Море освещал отблеск полной луны, расположившейся над бизанью. На востоке горела Венера. Южный Крест завис у горизонта.

Ночная вахта располагала к душевным разговорам.

— Страшно было в Тасманском море, — рассказывал Константин. — Шли мы тогда в Хобарт на плоском судне типа ро-ро, на пароме то есть. И так его раскачало: крен — 35 градусов. Еще 10 и всё — угол заката, назад не встанет. Вдобавок, двигатель остановился. Нас под волну развернуло, мы ничего сделать не можем. Команда уже на палубу поднялась в спасательных жилетах. Думали: конец нам. Но ничего, обошлось.

Константин налил новую чашку кофе.

— Про «квакеров» я не слышал. В колдунов и магию не верю. Но вот однажды шли мы от Камчатки. И вдруг вижу свет из-под воды. Не такой, как бывает, когда водоросли светятся. Мощный, у нас на судне даже прожекторов таких не было. Потом этот световой столб разделился на несколько. Мы идем, а вокруг нас эти огни, окружили и сопровождают. Я побежал в каюту за телефоном, чтобы сфотографировать. Сменщика разбудил, кричу: пойдем, чего покажу! Выскочили на палубу, а огней нет больше. Снова тёмное море. Сменщик меня спрашивает: переутомился? Я уж и сам думаю, чего это я? Пошёл отдыхать, а тут товарищ мой влетает: там это, это!!… Жаль, сфотографировать не успели. Исчезли огни. Что это было, не знаю. Больше подобного не видел.

Вот однажды шли мы от Камчатки…

< Предыдущая записьСледующая запись >

Кругосветка «Паллады». День 20. Молотки Империи наносят удар

На утренних занятиях по ГМССБ я сидел с трудом. Объяснения преподавателя Александра Буренина понимал через слово. Наверху на палубе у фок-мачты курсанты сколачивали молотками старую краску с металлических кнехтов. А мы сидели в учебной аудитории прямо под ними. 

— Спутниковая связь… Бам-бам-бам… Поисково-спасательные транспондеры… Бам-бам-бам… Аварийные радиомаяки… Бам-бам-бам…

На судне была «болгарка», и облезшую краску можно было счистить быстрее. Но, во-первых, опасно, вдруг кто-нибудь порежется. Во-вторых, нужно много сменных шлифовальных кругов. И в‑третьих, чем тогда занимать курсантов? Сделать работу слишком быстро никому не хочется. Поэтому самый надежный, практичный и экономичный инструмент для ремонта — молоток.

На судне я слышал байку, как однажды кто-то из руководителей наказал курсантов, отправив их в наряд сбивать краску. От скуки они начали выбивать молотками имперский марш из «Звездных войн»: там-там-там там-та-дам там-та-дам. Марш был хорошо слышен в учебной аудитории, в которой в этот момент проходили занятия. Собравшиеся в аудитории не могли сосредоточиться из-за смеха. Руководитель плюнул и отменил наряд.

После обеда в коридоре меня поймал Владимир Раменский:

— Вы готовитесь к Тропическому карнавалу — КВНу?

Скучать на «Палладе» не получится. Всей практикантской командой мы собрались в кубрике на обсуждение. Накидали идеи для приветствия и домашнего задания, придумали текст песни. Я написал сценарий. До выступления несколько дней. Нужно репетировать.

Кто не готовится к Тропическому карнавалу? Шаг вперед!

< Предыдущая записьСледующая запись >

Человек-насос

Донкерман — особая порода

Знакомьтесь — донкерман, помповый машинист. По-английски эта судовая должность звучит как «pump man». Донкерман — повелитель грузовых и балластных насосов на океанских танкерах. Он отвечает за погрузку нефти на танкер. Следит за работой балластной системы, чтобы судно не перевернулось. Как только флотские не склоняют донкермана — доберман, дуркерман, человек-насос, доня. 

Моряки называют танкеры «суперканистрами». Вроде ерунда — налил в канистру топливо, перевез из Нарьян Мара в Гавану, вылил. Но не все так просто. На танкере километры труб, тысячи соединений, контрольно-измерительная аппаратура. Три, девять, двенадцать насосных установок. Их число зависит от количества емкостей-танков на судне. Именно донкерман все это хозяйство чинит, обслуживает и головой отвечает за то, чтобы топливо не полыхнуло и не пролилось в море при погрузке-выгрузке.

«Гитара», место расположения концевиков грузовых магистралей на танкере – манифолдов. Под манифолдами – поддон для сбора пролитого продукта.

А еще опытный донкерман — умелый царедворец, этакий Фигаро морского мира. Подчиняется одновременно и старпому, и старшему механику. Старший помощник капитана эксплуатирует танкерные насосы. Стармех отвечает за их исправность. Чтобы угодить двум командирам, донкерман должен правильно настроить насосы для погрузки-выгрузки топлива. И следить, чтобы все работало исправно. И будет тогда «доне» награда. Точно премию дадут. А то и наградят знаком «Почетному работнику морского флота». Таким незаменимым человеком на танкере и был советский донкерман Анатолий Александрович Дубравцов.

Белорусский моторист

Анатолий Дубравцов родился в белорусской деревне Пацково в послевоенное время. Учился хорошо и охотно. Любил историю, географию, литературу. Отец мальчика построил в деревне начальную школу и следил, чтобы сын читал, а не штаны на заборе просиживал. Анатолий любил книги о моряках и приключениях. Представлял себя капитаном корабля, стоящим за штурвалом. Но море для белорусского мальчика оставалось лишь мечтой.

Анатолий Александрович Дубравцов (фото из личного архива)

После армии Анатолий вернулся в родной колхоз «Рассвет». Председатель предложил ему почетную должность ветеринара. Дубравцова перспектива лечить до пенсии коровьи хвори не прельстила. Он любил с техникой возиться, с армии привык. А еще молодой парень хотел романтики и мир повидать. Его морская мечта только окрепла с годами. И Дубравцов поступил в мореходную школу Кронштадта.

Хозяин суперканистры

Из мореходки Анатолий вышел мотористом — повелителем сердца корабля. И попал по распределению на свой первый танкер «Терек». Это судно было флагманом вспомогательного флота во времена Карибского кризиса. Во время холодной войны в 1970‑х годах «Терек» челноком ходил в акваторию Шетландских и Фарерских островов. Там дежурили военные суда и подлодки нашего флота. «Терек» перевозил солярку, мазут, масла для советских подлодок, которых у Фарерского архипелага вроде как не было. Танкеру приходилось по 3–4 месяца петлять и прятаться в туманах по угрюмым фьордам от самолетов-разведчиков НАТО.

Анатолий продолжил службу на танкере «Клязьма». Этот танкер возил топливо по секретным базам советских субмарин. Каждый визит на особо охраняемые объекты походил на спецоперацию. Топливо надо было перегружать не поднимая головы, быстро и тихо уходить с базы. Моторист Анатолий долго присматривался к донкерманам. Ему нравилась эта работа, ответственная и подвижная. Не то, что в полумраке машинного отделения все время торчать.

После «Клязьмы» командование направило смекалистого Дубравцова на трехмесячные офицерские курсы. Парень вышел оттуда лейтенантом и попал на небольшой танкер «Дубна». На этом судне Анатолий и стал настоящим донкерманом — правой рукой старпома.

Загадочные Бермуды и холодная Исландия

Следующие три года Дубравцов избороздил на «Дубне» Северный Ледовитый океан до самого Диксона. Небольшой танкер проходил без ледокола по замерзшему Карскому морю. Не раз попадал в полосы ледяного дождя, после которого команда сутки сбивала лед с палубы.

Танкер «Дубна»

Самым тяжелым для Дубравцова стал рейс на Кубу. «Дубна» шла в район Бермудского треугольника. Именно там холодная война могла перерасти в «горячую». Во время перехода капитан «Дубны» получил радиограмму о крушении нашего военного самолета около Бермудских островов. Самолет-разведчик летел из Кубы в Североморск. Взрыв самолета в небе заметил рыболовецкий траулер, капитан которого передал координаты места катастрофы. 

Танкер получил приказ обеспечить непрерывное ведение спасательной операции, продолжавшейся три месяца. Все три месяца Анатолий исправно заправлял корабли дизельным топливом, ремонтировал двигатели, заведовал распределением запчастей между поисковыми судами. Поиски шли непрерывно — для военных важно было найти тела погибших летчиков, бортовые самописцы и забрать с обломков самолета ценные разведданные. В районе крушения самолета постоянно кружили американские самолеты и боевые корабли. От их внимания «Дубну» и спасательные суда прикрывал крейсер ВМФ. Останки летчиков нашли и командование решило похоронить погибших в море. Данные о катастрофе были засекречены — важно было убедить американцев, что погиб гражданский самолет.

После поисковой операции планы «Дубны» изменились. Танкер шел домой на базу. Анатолий надеялся к Новому году оказаться дома. Устал от моря, хотел бросить якорь в деревне, обзавестись семьей. Но по пути капитан «Дубны» получил новый секретный приказ — следовать к исландским берегам. Причину внезапного изменения маршрута экипаж не знал до последнего. Оказывается, возле Исландии всплыла на поверхность атомная подлодка, у которой остановился реактор. И танкер превратился в буксир — «Дубна» тянула субмарину до Архангельска.

Донкерман сходит на берег

По возвращении в Мурманск экипаж «Дубны» получил благодарности и грамоты от командования Северного флота. Анатолий ушел в отставку, вернулся в родное Пацково, женился. Работал механиком-дизелистом в колхозе и дорожном управлении. Пахал, собирал урожай, занимался слесарным делом.

Сейчас Анатолий Александрович живет один в небольшом домике на окраине деревни. Его лучшим другом осталась стопка книг на старом столе. К книгам прибавилась пачка свежих газет, из которых старый донкерман узнает новости. Но память все равно возвращает Анатолия Дубравцова к запахам солярки, морской соли и шуму волн, бьющихся о борт танкера. 

Поцелуй кувалды, плафон забортной воды и баковый вестник

Погода прежде всего

В полный штиль матросы писали записку с именами девяти лысых мужиков, царапали ногтями мачту и кидали челобитную в море. Вдогонку молились Николе Морскому  — небесному покровителю мореходов. В безветрие  матросы приступали к капитану с требованием бросить шляпу или фуражку по пути ветра. А если капитан не  соглашался бросаться фуражкой, матросы со вздохами полоскали в море швабру и поливали паруса водой — призывали ветер.

Зуб за посвящение

Есть известная традиция  — день Нептуна. Всех впервые пересекающих экватор мореплавателей подвергают шуточным испытаниям: посыпают золой, обливают зеленкой, заставляют выпить ковш морской воды. Испытуемые клянутся в верности Нептуну, роль которого исполняет суровый боцман, а то и сам капитан. 

День Нептуна на фрегате «Паллада»

В российском подводном флоте тоже есть обряд посвящения. Новобранцы при первом погружении должны умудриться поцеловать качающуюся на веревочке кувалду. Расторопные платят за ритуал зубами, сообразительные целуют кувалду на излете, когда инструмент уже готов качнуться назад. Потом новоиспеченные подводники выпивают около литра забортной воды из плафона освещения и кричат: «Мама, я моряк!»

Посвящение в моряки-подводники

Баковый вестник

Матросы парусников традиционно жили на баке — передней части палубы от носа судна до фок-мачты. Офицеры располагались на юте — кормовой надстройке судна. Там же располагалась кают-компания, где офицеры принимали важные решения, готовили приказы и вели личные беседы. На ют моряку путь заказан. Поэтому до матросов доходили лишь слухи о судьбоносных новостях.

09.05.1971 Матросы военного корабля беседуют на палубе во время отдыха.
Денисенко / РИА Новости

Эти обрывки информации по пути от кормы к носу корабля обрастали небылицами и преувеличениями. На баке было разрешенное место для курения. Ведь дымить на судне где попало строго запрещено. На баке стояла бочка с водой и постоянно курящийся фитиль. Дежурный баковый матрос приглядывал за огнем, чтобы потушить расшалившееся пламя фитиля. 

Матросы в свободное от вахт и авралов время собирались у бочки на баке, курили и обменивались новостями корабельной жизни, обсуждали действия офицеров, травили байки. Тут бывалые мореходы поучали юных товарищей и вспоминали былые походы. Такие матросские посиделки и сегодня называются «Баковый вестник», аналог армейского «беспроволочного телеграфа».

Кругосветка «Паллады». День 19. Маврикийский вечер в ресторане «La Bizanь»

Сегодня мог быть последний день нашего путешествия. Мы должны были находиться на Маврикии. Но куда там! Мы шли посреди Индийского океана и уже начали забывать, что такое твердая поверхность под ногами. Впереди нас ждали долгие недели пути.

А ещё сегодня у нашей практикантки Светланы Косаревой день рождения. Утром она вышла на палубу в красивом легком платье. 

Помпоуч Раменский и капитан Зорченко поздравляют Светлану Косареву

Праздник они с мужем Сергеем мечтали отметить на Маврикии. В хорошем отеле, окруженные тропической зеленью. А вечер хотели провести в дорогом ресторане «La Veranda» на берегу моря. Но все мы стали узниками парусного корабля.

Раз так, решили устроить для Светланы праздник, используя те ресурсы, что были в наличии. Если нельзя попасть в ресторан, организуем его сами. Это будет французский ресторан «La Bizanь», по названию третьей мачты на квартердеке за рубкой. Вынесем стол, поставим стулья. Будет музыка, вино и экзотические блюда.

Обсудили и составили сценарий. Получилось так.

Сценарий праздничного вечера

Пару встречает метродотель (Роман Маричев), говорит с французским акцентом, с ударением на пос